Встреча фермеров и землевладельцев с представителем министерства сельского хозяйства была назначена на полдень. Местом ее проведения избрали конференц-зал гостиницы «Королева Елизавета». На повестке дня стояло обсуждение наболевших вопросов и проблем аграрной отрасли.
Барона Стивена Кросби, возлагавшего на эту встречу большие надежды, в последний момент вызвали к одному из фермеров. Чертыхаясь, Стив побежал переодеваться и на лестнице столкнулся с Марион.
— Стив? — удивилась она. — Я думала, ты уже уехал. Что случилось?
— Джонатан позвонил. У его коровы осложнения после отела. Надо вводить лекарство внутривенно. Без меня им не обойтись, — пояснил Стив.
— Хочешь, я съезжу на встречу вместо тебя? — предложила Марион. — Послушаю, что будут говорить, запишу самое важное.
— Ты правда сможешь? — оживился Стив. — И тебя не пугает, что там будет много мужчин, которые будут пялиться на тебя? — лукаво подмигнул он ей.
— Меня? — Марион сделала удивленные глаза. — С какой стати? Главное, чтобы тебя это не пугало, — насмешливо добавила она.
Стив расхохотался:
— Один — ноль, в твою пользу. Надеюсь, я вне конкуренции?
— Конечно! — смеясь, отозвалась Марион. — Не волнуйся, ты самый лучший. Спасай корову Джонатана, а я поеду в город.
— Ты просто сокровище, и я тебя обожаю, — с нежностью посмотрел на нее Стив и наградил долгим поцелуем в губы.
Через пятнадцать минут, переодевшись и положив в сумочку блокнот и авторучку, Марион вывела свою машину из гаража и направилась в «Королеву Елизавету».
Конференц-зал гостиницы был полон. Собрались, в основном, мужчины из ближних графств — землевладельцы, фермеры, арендаторы, управляющие. Впрочем, Марион заметила и нескольких женщин.
Она приехала перед самым началом встречи и, не без труда отыскав свободное место, уселась, достала блокнот и ручку и приготовилась внимательно слушать и записывать.
— А я знаю, кто вы, — вдруг сказал ей сосед, парень лет двадцати пяти с красноватым обветренным лицом и широкой располагающей улыбкой. — Представитель прессы. Из Лондона? Я угадал?
Марион не опровергла и не подтвердила его предположение. Да и какой смысл, если он сам для себя все решил?
— Что навело вас на эту мысль? — поинтересовалась она.
Сосед принялся загибать пальцы.
— Вы выглядите как горожанка — это раз. Достали блокнот с ручкой — это два. И, в-третьих, если приезжает представитель министерства, значит, обязаны быть журналисты, — выдвинул он свои веские аргументы.
Представитель министерства — импозантный мужчина в дорогом костюме, явно весьма далекий от деревенской жизни, — вышел к собравшимся и начал свою речь, изобилующую пространными рассуждениями. Все притихли. Однако скоро в зале поднялся гул.
— Так и знал, что ничего нового он не скажет, — разочарованно проговорил сосед Марион. — Одни общие фразы. — Он наклонился к девушке и, доверительно понизив голос, сообщил: — Видите ли, этот господин собирается выдвинуть свою кандидатуру на выборы от нашего округа, потому и устроил встречу.
— И все присутствующие в курсе? — удивилась Марион. — Тогда зачем пришли, если знают, что не будет никакого толку?
— Так ведь надеялись; вдруг приедет человек, по-настоящему заинтересованный нашими проблемами. И напрасно, — сокрушенно воскликнул молодой фермер. — Но, погодите, сейчас ему покажут! — Парень многообещающе хохотнул. — Всем понятно, что этот бюрократ не сможет представлять наши интересы, потому что они ему абсолютно безразличны.
Он оказался прав. Зал заволновался, посыпались негодующие реплики, возгласы протеста. Обстановка сделалась напряженной.
— А почему вы ничего не записываете? — неожиданно поинтересовался сосед Марион, с удивлением уставившись в ее чистый блокнот.
— У меня хорошая память, — уклончиво ответила девушка.
Она бы с удовольствием сделала записи для Стива, если бы было за что зацепиться. Но человек на трибуне и впрямь только усугублял неблагоприятное впечатление о себе. Становилось все очевиднее, что он так же далек от проблем сельского хозяйства, как небо от земли.
— Нам не нужен такой представитель! — высказал вслух общее мнение пожилой фермер, сидевший неподалеку от Марион. Его натруженные мозолистые руки свидетельствовали о многолетнем тяжелом труде. Холеный господин из министерства не мог сообщить ему ничего, с чем он не сталкивался бы на практике. — Есть люди, которые разбираются в наших проблемах гораздо лучше, чем вы, политики!
Ответом на его реплику был всеобщий одобрительный гул и бурные аплодисменты.
— Вы непременно должны познакомиться с нашим землевладельцем, — шепнул молодой фермер на ухо Марион. — Этот человек знает толк в хозяйстве и всегда готов помочь людям словом и делом. Вот кому надо бы представлять наши интересы в правительстве, а не какому-то щеголю…
Он повертел головой и вдруг стиснул ее ладонь.
— Вон он, смотрите!
— Кто? — Марион обернулась в ту сторону, куда указывал фермер.
— Наш землевладелец.
Марион увидела высокого черноволосого мужчину, который стоял, опираясь о перила галереи, опоясывающей большой зал. Скрестив руки на груди, он наблюдал: за происходящим в зале. На нем был безупречный, с иголочки, костюм, и при одном лишь взгляде на него становилось понятно: он чувствует себя здесь хозяином положения, В следующий миг она узнала в нем того самого притягательного незнакомца, который в последнее время занимал все ее мысли. Сердце ее забилось чаще.
— Пойдемте, я познакомлю вас, чтобы вы сами убедились, какой это замечательный человек. Вы должны непременно взять у него интервью.
Молодой фермер потянул Марион за собой, Ее робкий протест утонул в общем шуме, и, пока она лихорадочно подыскивала предлог, чтобы отделаться от назойливого соседа, они уже поднялись по лестнице на галерею.
— Позвольте представить вам, мистер Милфорд, представительницу прессы! — с пафосом провозгласил фермер, и Марион отметила, какое искреннее уважение к графу сквозит в его голосе.
— А, Брайан, приветствую тебя! — Милфорд сердечно пожал молодому человеку руку. — Как поживает твоя достопочтенная матушка?
— Спасибо, неплохо. Нервишки, как всегда, пошаливают, а так ничего.
— Передавай ей от меня привет.
— Непременно, мистер Милфорд, непременно передам. — Брайан просиял. Было видно, что внимание такого человека, как граф Милфорд, ему льстит.
Граф между тем повернулся к Марион и взглянул на нее своими пронзительно-синими глазами, отчего у той язык тут же прилип к гортани.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
