в Липецке, и в Воронеже. Не проще было бы продать все там и по короткому «плечу» вновь вернуться за следующей партией товара? Россия — большая страна и Москвой отнюдь не заканчивается.
— Законы рынка, понимаете ли, — развел руками Левон Альбертович, снисходительно улыбаясь не разбирающемуся в торговле министру. — В столице, с ее многомиллионным населением, реализовать продукцию гораздо выгоднее, чем в провинции.
— А здесь я с вами не могу согласиться. Вот у меня тут имеется справка от Федеральной Антимонопольной Службы. Даже не одна, а целых три — из Тулы, Воронежа и Липецка. В рамках расследования мы специально делали запрос о состоянии оптового рынка по фруктам в данных регионах. И вот какие интересные результаты мы получили. Вот, полюбуйтесь, пожалуйста, на цифири, — протянул он бумаги, слегка растерявшемуся Манукяну. — Особенно впечатляет разница в ценах между Москвой и Воронежем. В Москве средняя оптовая цена составляет 40–45 рублей за килограмм, а в Воронеже — меньше 50 рублей и не найдете. К тому же расстояние между этими городами по шоссе, примерно 516 километров, а это лишний бензин и лишнее время, которым должны так дорожить доставщики. Ну и где тут законы рыночной экономики, я вас спрашиваю?
На лбу Манукяна выступила легкая испарина. Сидеть в жару, да еще в черном костюме, было явной ошибкой лидера армянской общины. Тагаев, уязвленный ранее недоброжелательным тоном министра, на этот раз чувствовал себя в выигрышной ситуации, а потому злорадно ухмылялся, видя в какой неудобной ситуации, оказался его сосед.
— Но и это еще не все, — продолжал наседать министр. — Мы запросили сведения из Федеральной Таможенной Службы о пересечении российско-грузинской границы фурами, с государственными номерами, указанными в списке. И знаете, какой получили ответ на запрос?
— Не имею представления, — замотал головой гражданин в черной «тройке».
— Ну, так я с удовольствием просвещу вас в вашем неведении. За последний месяц ни один из указанных в списке автомобиль не был замечен при пересечении пропускных пунктов на границе с Грузией. Других сухопутных путей из Армении в Россию нет. Вариант с российско-азербайджанской границей нами даже не рассматривался, как абсолютно утопический. В связи с тем, что водители фур воспользовались своим правом от дачи каких либо показаний, мы не поленились и обратились к специалистам из Всероссийского Института Растениеводства имени Н.И. Вавилова, чтобы они нам дали официальное заключение о происхождении злосчастных абрикосов. Исследования показали, что представленные образцы абрикосов относятся к сорту «Полесский крупноплодный», специально выведенный и выращиваемый исключительно в Краснодарском крае. Нужно ли мне рассказывать о том, когда и по каким накладным был отпущен товар краснодарскими садоводческими хозяйствами экспедитору Гукасяну? Ага, я вижу, что не нужно. В таком случае, как вы прокомментируете все эти новости?
— Право же, я затрудняюсь ответить на данный вопрос, — неуверенно начал армянин, — но думаю, что, во-первых, это связано с трудностями пересечения армяно-грузинской и грузино-российской границами, отнимающими слишком много времени. А во-вторых, со сложившимися и укоренившимися в головах оптовых торговцев стереотипами о том, что, как говорится, «все дороги ведут в Рим». Ведь Москва, как вы сами понимаете, и есть не что иное, как Третий Рим, хе-хе, — попробовал он подольститься к высокому начальству. — А старший экспедитор, скорее всего, плохо сведущий в конъюнктурах рынка человек. Иного разумного объяснения его телодвижениям у меня не имеется, — туманно резюмировал Манукян.
— Хорошо. Оставим деловые качества руководителя автоколонны в стороне, — притворно-примирительно продолжил гнуть свою линию Околоков, — но ведь вы не будете отрицать того факта, что руководитель колонны является отнюдь не самостоятельной фигурой, а значит действует всегда и исключительно в рамках указаний, данных ему свыше. Не так ли?
— Вполне возможно, но я не понимаю, господин министр, что вы под этим подразумеваете в данном случае? — вновь начал нервничать и покрываться испариной Левон Альбертович.
— Мы тут провели маленькое расследование и выяснили, кому принадлежит автоколонна и ее содержимое, — хитренько, как сытый котяра прищурился Околоков.
— Кому?! — дружно и почти в один голос переспросили оба представителя национальных меньшинств.
— Хм, — усмехнулся министр, растягивая удовольствие от предстоящей сенсации. — Автоколонна, вместе с продукцией, принадлежит довольно известной в столичных кругах торгово-финансовой компании «Ташир», возглавляемой неким Самвелом Айрапетяном. Разумеется, не напрямую, а через фирмы-прокладки, которые также принадлежат этой компании, являющейся их учредителем. А уж его-то, как делового человека и жителя Москвы, никак нельзя заподозрить в незнании всех местных раскладов. Скажу даже больше, и это никакой не секрет, загляните, хотя бы в московский бизнес-справочник за прошлый год, группе «Ташир» принадлежат в одной только столице 17 торговых центров и 3 рынка, специализирующихся на сельскохозяйственной продукции. Вам не кажется странным и необъяснимым ни с какой точки зрения, что имея собственные торговые площадки, эта фирма решила воспользоваться, себе в ущерб, не своим оптовым рынком? — Согласен, — буркнул Манукян, решивший, наконец, воспользоваться платком и утереть обильно выступивший на лице пот. — Однако это не говорит о том, что Самвел Саркисович отдавал, на сей счет, какие-либо специальные распоряжения. У него слишком большое хозяйство, чтобы принимать участие в судьбе всего лишь полусотни фур.
— И опять вынужден вас опровергнуть, милейший Левон Альбертович, — проворковал Владимир Александрович. — При изъятии с места кровавой драмы, сотового телефона старшего экспедитора, нами было установлено четыре звонка, два из которых были произведены экспедитором и два звонка — самому экспедитору. Во всех четырех случаях экспедитор беседовал с одним и тем же абонентом. В соответствие с базой данных сотового оператора номер телефона собеседника экспедитора принадлежит самому Самвелу Айрапетяну. Следовательно, как минимум он был в курсе предстоящего маршрута и конечной его цели.
Тагаев, до этого смирно сидевший, как замороженный сфинкс не выдержал и хрюкнул от удовольствия, связанного с созерцанием разворачивающегося на его глазах театрального действа.
— Самвел Саркисович всеми уважаемый и очень крупный бизнесмен, в подчинении у которого находится много ответственных работников, постоянно находящихся на связи друг с другом. А так как корпоративная сотовая связь всегда обходится дешевле, то для удобства коммуникации большое количество номеров оформляются на главу фирмы. Такая практика принята повсеместно. Поэтому вполне возможно, что на имя Самвела Саркисовича оформлена не одна сотня телефонных номеров. И не факт, что разговор состоялся именно между ним и экспедитором. Экспедитор ведь не признал, что связывался с самим Айрапетяном? — широко улыбнулся на этот раз Манукян, чувствуя за собой маленькую словесную победу.
— К сожалению, гражданин Гукасян, являвшийся старшим экспедитором автоколонны, уже ничего не может признать, так как скончался от ранений в карете скорой помощи, не приходя в сознание. И вам, господин Манукян это известно не хуже, чем
