– Я лучше в старых девах останусь, чем за такого «рачительного хозяина» замуж пойду. Все, мам, давай этот вопрос закроем, не хочу даже вспоминать об этом вашем Эдуарде, – оборвала девушка спор. – Мне пока и одной хорошо.
– Я уж вижу, как тебе хорошо, – проворчала мать. – Ты молодая женщина, и у тебя должен быть мужчина, это природа, и с ней не поспоришь.
– Это в тебе сейчас доктор говорит или обеспокоенная мама? – засмеялась Надя.
– Двое во мне говорят: одновременно и доктор, и мать. И нечего надо мной смеяться, как ни крути, а я права.
– Права, мам, конечно, права, – согласилась Надя, обнимая мать за плечи. – Обещаю, что в этом году очень хорошо подумаю о том, как завязать со своей холостяцкой жизнью, – засмеялась она. – Правда подумаю, вот тебе крест, – размашисто перекрестилась девушка, увидев, с каким сарказмом хмыкнула Вера Семеновна. – Мам, ты думаешь, что мне самой не хочется иметь нормальную семью, чтобы с мужем, с детьми? Еще как хочется, просто я стараюсь виду не показывать.
– Если бы хотелось, давно бы все это имела, – проворчала та.
– Хотеть не вредно, мамочка, – вздохнула Надя. – Только одного хотения мало. Для этого нужно встретить того единственного, с которым и в горе, и в радости, как у вас с папкой. Только где ж его взять, такого?
Глава 3
– Спасибо большое, Наденька, – улыбнулся молодой человек, съев последний бутерброд. – Наелся до отвала. Твоя мама не очень удивилась, что ты целую тарелку бутербродов в комнату отнесла?
– Нет, она и не заметила ничего, – махнула девушка рукой. – Слишком занята готовкой, у меня завтра день рождения, и я попросила ее помочь.
– У тебя день рождения? Надо же, как неудобно, – пробормотал Александр. – Я тебя поздравляю и прошу прощения, что не могу подарить подарок. При первом же удобном случае я обязательно исправлю эту несправедливость. Но зато я от всей души хочу, чтобы твои желания сошли с ума от твоих возможностей, – улыбнулся он. – И чтобы еще очень много лет ты оставалась такой же красивой, как сейчас.
– Спасибо, ты очень галантен.
– Сколько же тебе завтра стукнет?
– Кажется, я погорячилась, сказав, что ты галантен, – проворчала Надя. – Кто же о таких вещах спрашивает у женщины?
– Извини, я не подумал, – смутился Александр.
– Ладно, так уж и быть, извинения приняты, – усмехнулась девушка.
В это время в комнату заглянула Вера Семеновна и моментально превратилась в соляной столб.
– Олег? Тебя что, отпустили?!
– Мамочка, ты ошиблась, это не Олег, это Саша, – глупо заулыбалась Надежда, совершенно не ожидавшая появления матери.
– Братья, что ли?
– Да, то есть нет... вернее, да, – растерялась девушка, не зная, что сказать.
– Я что-то не понимаю, – нахмурилась Вера Семеновна. – Так да или нет?
– Они троюродные братья, мам, – выкрутилась Надежда. – А их отцы двоюродные. В общем, седьмая вода на киселе.
– А похожи-то, похожи-то как! – всплеснула женщина руками. – Прямо как близнецы единоутробные. Как же так случилось с Олегом? Как ему там, – наверное, несладко, в тюрьме-то? – обратилась она к Александру.
– Кому же там сладко бывает, мама? Что ты глупости говоришь? – вместо него ответила Надя.
– Жалко мне его, вроде хороший молодой человек, культурный, услужливый. Может, докажут, что оговорили его? Что ж ему ни за что страдать-то?
Александр недоумевающе посмотрел на женщину, потом перевел взгляд на Надежду, мало что понимая. Ведь совсем недавно девушка говорила, что Олег сидит за убийство, а ее мать почему-то говорит, что он ни за что страдает. Надя прекрасно поняла этот взгляд и торопливо проговорила:
– Разберутся, мам. Ты мне что-то сказать хотела или еще за чем пришла?
– Ни за чем я не пришла, просто смотрю – притихла ты, не слышно, думала, ты уснула, к двери подхожу, голоса услыхала, вот и заглянула.
– Мам, иди, пожалуйста, ты нам мешаешь, у нас серьезный разговор, – торопливо проговорила Надя и подошла к двери, чтобы ее прикрыть.
– Ты, Надежда, с матерью в таком тоне не разговаривай, – спокойно сделала ей замечание женщина. – Сколько раз тебе говорила: открой Писание, прочти, что об этом там говорится. «Почитай отца с матерью» – это одна из заповедей, а ты выпроваживаешь меня, будто я незваный гость, который хуже татарина, – совершенно не повышая голоса, сказала Вера Семеновна и, развернувшись, пошла в сторону кухни.
– Кажется, твоя мама обиделась, – смущенно проговорил Александр, когда Надя закрыла дверь. – Это я во всем виноват.
– Не обращай на нее внимания, она всегда замечания делает, когда я что-то не так говорю, – ответила девушка. – Она стремится жить, не нарушая заповедей, и меня этому пытается научить. Я, конечно, стараюсь не обижать ее и делаю вид, что прислушиваюсь, но у меня это плохо получается... к сожалению, – вздохнула она.
– А почему она об Олеге говорит, что он ни за что страдает? Насколько я понял из твоего рассказа, он...
– Да-да, ты прав, – перебила Александра Надя. – Просто я матери сказала, что его подставили, а на самом деле все не так и он не виноват.
– Но зачем?
– Стыдно мне было признавать, что полгода встречалась с преступником, – нахмурилась Надя. – Перед родителями стыдно, вот и придумала. Правда, у меня есть подозрение, что они мне плохо поверили.
– Но ты же не виновата, что он таким оказался.
– Я понимаю, что не виновата, но мама... в общем, тебе этого не понять. И давай пока прекратим этот разговор, он мне неприятен, лучше вернемся к твоим проблемам. На чем мы с тобой остановились?
– Я просил, чтобы ты меня на некоторое время приютила у себя, – напомнил Александр.
– Не думаю, что это удобно, – снова возразила Надя и нахмурилась. – Я постараюсь, конечно, помочь тебе найти квартиру или комнату на какое-то время, но это все, что я смогу для тебя сделать, – развела она руками.
– Я же говорил, что у меня нет денег, – напомнил Александр.
– Я заплачу.
– Мне очень неудобно обременять тебя таким образом, я никогда не был альфонсом.
– Откуда ты знаешь, был ты альфонсом или нет, если ничего не помнишь? – насторожилась Надя.
– Не знаю, просто пришло на ум, вот я и сказал, – спокойно признался молодой человек. – Иногда мое подсознание выдает какие-то странные мысли, я и понятия не имею, откуда они берутся.
– Ладно, на первый раз объяснение принимается, – согласилась девушка. – У себя на одну ночь я тебя, конечно, оставлю, но только на одну.
– Хорошо, согласен, у меня нет другого выбора, – грустно согласился Александр и вдруг полушутя-полусерьезно спросил: – А может, у тебя есть одинокая подруга, которой я мог бы понравиться? Она бы меня и приютила на время.
