да поживей, пока по кругу не…
ХРЯСЬ!
Кулак Ринэи отшвырнул говорливого «атамана» в другой конец переулка. Наблюдавшая за его красивым полётом принцесса с удовольствием отметила, что её волевая сила никуда не делась. Те лесканы, в самом деле, имели немалый иммунитет к атакам, усиленным Волей. Краем глаза девушка увидела, как на неё прыгнул второй задира.
— Ах, ты, су!.. — закончить нелестное слово он не успел. Ринэя сделала быстрый шаг назад и с разворота ударила бандита ногой в бок так, что отбросила его на стену. Парень впечатался в неё и медленно сполз, оставляя кровавый след из разбитого носа.
Третий хотел тоже что-то предпринять или сказать, но, увидев жестокую расправу над своими товарищами, онемел от страха.
— Ну, ты тоже хочешь крутого поизображать? — лениво посмотрела на него Ринэя. — Давай там побыстрее, а то у меня дела.
Парень на негнущихся ногах медленно отступил в переулок, откуда вышел. Ринэя с безразличным видом пожала плечами. Принцессу хулиганы из подворотен нисколько не заинтересовали. Ни злости, ни раздражения, ни даже удовольствия от драки. Битва с этим отребьем равносильна сражению с божьими коровками. Привыкшие пинать исключительно более слабых, чем они сами, эти человекоподобные сразу же превращались в трусов почище чёрных гремлинов, едва сталкивались с кем-то хотя бы равным по силе.
Ринэя с удовлетворением поняла, что Винченцо не услышал эту возню. В трущобах постоянно стоял непрекращающийся шум. Кто-то что-то вопил, где-то дрались, а где-то громко выясняли: утяжелённые или нормальные кости используются для игры. Короткая драка была здесь делом обычным, на которые местные уже перестали реагировать. Принцесса поставила ящики возле стены друг на друга так, чтобы они давали максимально возможную высоту, то есть на малые боковые грани. Конструкция на куче мусора получилась неустойчивой, и Ринэя опасалась, что в любой момент рухнет. Одна надежда на то, что её спасёт собственная миниатюрность. И, вправду, ящики выдержали, хотя опасно шатались. Так с кем же встретился ловкий вендецианец?
Глава 4. Тайна проныры
Район Шампо — холмистая территория на юге Партанента. Расположена между Лесом Испарений и плодородными землями, что граничат непосредственно с Вендецией и Эрдонией на узком участке между гор. В Шампо можно попасть напрямую из Вендеции через горный перевал, что за Флонцией.
Эта местность известна своими виноградниками и игристым вином, что получается из него, и называется по всему миру шампанским, но более не примечательная ничем. Крупных городов здесь нет, равно как и крепостей воительниц. Также кроме партанентийцев в Шампо живут серые гремлины.
«Мемуары старой развалины», Матиас Светловзор. 478 НВ
Ринэя, даже встав на цыпочки, могла лишь чуть-чуть заглянуть в комнату. Тем не менее, она смогла разглядеть фигуры плута, стоящего перед столом, и женщины в синим платье лет сорока, которая сидела на высоком стуле. На скуле и виске у неё был старый шрам, будто когда-то давным-давно ей едва не раскроили голову. Оба располагались боком к принцессе, а потому не заметили её.
«Любопытно. Кто это? На главу бандитской шайки она не похожа».
Несмотря на простую обстановку и небогатую одежду, женщина выглядела опрятной, а комната была прибрана. Временами, то тут, то там взгляд натыкался на относительно дорогие предметы, которые не встретишь в доме бедняка. Например, нагревательный алый кристалл жрецов-сотворителей для моментального нагрева воды в ванной. Эту встречающуюся во дворцах и богатых домах вещь нужно не только купить, но и подзаряжать у какого-нибудь жреца.
— Я боюсь за тебя. Ты был на волосок от гибели совсем недавно. Пожалуйста, останься на этот раз! — женщина умоляюще посмотрела на Винченцо.
— Мне жаль, — печально вздохнул вендецианец. — Но я не могу остаться. Кто я тут, скажи мне? Плут? Вор? Мошенник? Этот путь ошибочный. И ты знаешь это.
— Останься и живи. Так будет лучше, — тихо сказала она.
— Рано или поздно итог один. Ты знаешь, как жил отец. Я не могу позволить себе стать таким же. Держи, — плут положил на стол увесистый мешочек, в котором звякнули монеты. — Лучше сразу же спрячь. Здесь достаточно для того, чтобы ты смогла переехать и жить в более благополучном районе до моего возвращения. Дядя Селвио, к сожалению, не может помочь ничем особенным. Он сам сейчас на мели.
— Пожалуйста, возвращайся, — глухо выдавила женщина. Ринэя только сейчас заметила, что она едва сдерживает слёзы.
— Я пройду свой путь и вернусь героем. Обещаю, мама, — Винченцо обнял её на прощание и направился на выход.
Девушка стояла и смотрела, всё ещё не могущая поверить в увиденное. Вот, значит, для кого Винченцо работал каждый день и откладывал свои сбережения. Он никогда сильно не тратился, когда был на виду у команды. И даже ходит с момента встречи по сей день в одной и той же одежде.
— Можешь спускаться, синьоринка. Понимаю, что ты ожидала увидеть что-нибудь иное. Владыку Мрака, лично вручающего мне инструкции, например, — послышалось откуда-то справа и снизу. Ринэя дёрнулась и едва не навернулась с ящиков.
— Винченцо? — принцесса спрыгнула со своего убежища и посмотрела на серьёзного вендецианца.
— Я заметил, что ты не очень-то доверяешь мне и решил потешить твоё самолюбие, Ринэя, — плут и проныра выглядел совсем по иному, отлично от привычного образа. Словно улыбчивый и весёлый юноша — это лишь его маска.
— Да, я тебя подозревала. Извини, — выдавила принцесса.
— Не стоит. Я понимаю, что не подхожу для вашей компании. Всегда это понимал, — вздохнул Винченцо, отходя к стене другого дома и прислоняясь к ней.
— С чего ты так решил? — подошла ближе Ринэя.
— Знаешь, многие мои поступки были странными и неподобающими истинному герою. Не так ли? — посмотрел ей в глаза Винченцо. — Знаешь, почему тогда, в Рамини я вместо того, чтобы сразу отправиться за лекарством для дяди, сидел, перекусывал и беседовал с вами?
Ринэя молчала. По лицу вендецианца было видно, что ему просто требуется выговориться, а не вести светские беседы.
— Потому что я боялся идти. Да, я трус, можешь меня презирать за это. Я имел возможность проникнуть во дворец и освободить тех несчастных солдат, которых убил Спекио. Но не освободил. Потому что боялся за свою шкуру. Когда я в первый раз уходил из той пыточной, я дрожал, как последний слабак. Моя душа ушла в пятки. И даже на арене я в последний момент испугался.
Принцесса недоумевающе смотрела на вендецианца. Сейчас он казался искренним, хотя девушка ни разу за всё время, которое его знала, не подозревала в нём труса.
— Моя заветная мечта — стать героем, —
