Читаем без скачивания Сон разума - Наль Подольский

В Петербурге существовала любопытная организация под названием «Ассоциация по изучению перспектив развития человека». В ее проспектах указывались всевозможные сферы деятельности: научная, лечебная, издательская, просветительная, благотворительная, — направленные к увеличению благосостояния вселенной, но фактическое занятие почти всех членов Ассоциации состояло в лечении алкоголизма посредством гипноза. Туда-то и направился адвокат.

В приемной за огромным столом сидела миниатюрная девочка-подросток, и адвокат поинтересовался, скоро ли будет секретарь.

— Секретарь здесь, — пропела она тоненьким голоском и повернула к посетителю стоящую перед ней табличку: «Секретарь».

Выразив удивление и душевную радость по поводу, что столь юная особа занимает столь ответственный пост, он тем самым словно открыл кран, из которого полился поток разнообразных сведений. Она только выглядит так молодо, а на самом деле ей скоро исполнится восемнадцать лет, она учится на психологическом факультете и, работая здесь, приобретает полезный для будущего опыт. В ее функции входит, побеседовав с посетителем и поняв его запросы, порекомендовать ему наиболее подходящего врача.

Адвоката характер ее функций совершенно не устраивал, ибо ему были нужны адреса и телефоны не одного, а по крайней мере десятка гипнотизеров. Он сказал: у нее очевидный дар располагать к себе и для него огромная удача встретить здесь именно ее. Его положение несколько щекотливо, у него затруднения в интимной сфере, и он хотел бы посетить несколько докторов — разумеется, с полной оплатой по тарифу консультации — и выбрать среди них для себя постоянного лечащего врача. Кроме того, он предпочитает иметь дело с людьми солидного возраста.

Юная леди была несколько озадачена.

— Насчет возраста… гм… я не вполне осведомлена, — она раскрыла лежащий на столе справочник Ассоциации, — ага, вот на этой странице — члены правления, среди них молоденьких нет. Выбирайте кого хотите.

Адвокат, изображая крайнюю близорукость, ткнулся носом в справочник, притянул его к себе и стал переписывать в свой блокнот адреса, телефоны и фамилии подряд по списку. Девица смотрела на него со все возрастающим удивлением, но тут, к его удовольствию, зазвонил телефон, и, пока она щебетала в трубку, он успел приобщить к делу десятка два фамилий.

Далее без фотоотпечатков делать было нечего, и Александр Петрович, заехав домой пообедать, ознакомился с достижениями Карины. Продуктивность ее научной методики не вызывала сомнений: она выжала из видеозаписи практически всю возможную информацию. Присвоив всем персонажам порядковые номера, а их оказалось всего двенадцать, она выписала на карточки их приметы и, отталкиваясь от предметов стандартных размеров, как-то: канцелярские папки или стулья, даже вычислила рост каждого. Она также составила каталог элементов исполняемых пантомим и получила перечень действий, на которые в разных комбинациях кодировались пациенты. Сюда входили: самоубийство путем выпрыгивания из окна, самоубийство с помощью пистолета, убийство с помощью пистолета, похищение и перепрятывание документов и неопознанное действие, предположительно — уничтожение документов с использованием специальной машины. Холщевников, например, был запрограммирован по трем позициям: перепрятывание документов, уничтожение документов и прыжок из окна.

— Я подумала, — сказала Карина, накрывая стол к обеду, — может случиться, эти сведения понадобятся срочно и не будет времени сидеть перед плейером.

— Ты правильно подумала, дорогая, но у меня при одной мысли о такой возможности пропадает аппетит.

Помимо чисто технической, как она сама выразилась — источниковедческой, работы, Карина сделала еще одно наблюдение, с точки зрения адвоката более ценное, чем все остальные, вместе взятые. Она пришла к выводу, что гипнотизер только придуривается, будто не знает о наличии скрытой камеры, а на самом деле отлично о ней осведомлен. Она достаточно убедительно показала на стоп-кадрах настороженно-вороватый взгляд, который он время от времени бросал в сторону камеры. Еще интереснее было то, что после этого короткого взгляда он каждый раз поворачивался к объективу левым боком и затем начинал говорить с пациентом. Карина насчитала шестнадцать случаев повторения этой ситуации, и в двух из них доктор, еще не успев полностью отвернуться от объектива, начинал опускать руку в правый карман халата.

— Не сомневаюсь, — сказала Карина, остановив соответствующий кадр на экране, — он отворачивается, чтобы не видно было, как он сует в карман правую руку. Что же он ею делает дальше?

— Мало ли что, — улыбнулся адвокат.

В ответ она его смерила уничтожающим взглядом:

— Магнитофон! Карманный магнитофон, по-моему, это яснее ясного!

— Гм, недурно, — после паузы согласился адвокат, — думаю, можно принять за рабочую гипотезу.

После обеда, не предвидя подвохов со стороны Фавиловича, Александр Петрович поехал за фотографиями вместе с Кариной. Умелец подготовил их точно к назначенному сроку, и качество снимков для целей опознания было достаточно высоким.

Моросил теплый дождь, и на обратном пути Карине захотелось пройтись по мокрому осеннему городу. Они брели в сумерках под зонтом, не спеша обходя лужи, и делали иногда остановки около телефонов-автоматов — во исполнение требований техники безопасности адвокат дозванивался до гипнотизеров с уличных таксофонов. Он записался на прием на следующий день в общей сложности к шести целителям.

Самый бодрый из них назначил визит на восемь утра, и Александру Петровичу пришлось встать затемно, под звуки барабанившего по стеклам дождя.

— Ничего не поделаешь, воины и охотники просыпаются до рассвета, — уныло подбадривал он не то самого себя, не то Карину, которая тоже нашла в себе силы вылезти из теплой постели, чтобы сварить кофе и достойно проводить мужа на охоту за «доктором икс». Именно так они для себя окрестили неизвестного гипнотизера в отличие от остальных персонажей фильма, проходивших у них под кличками «пятый», «шестой» или «десятый».

Ровно в восемь адвокат позвонил в дверь по указанному адресу. Открыла девица в довольно призрачных одеждах, позволяющих обозревать ее отнюдь не призрачные формы, и провела посетителя в кабинет своего шефа.

Тот являл собой впечатляющее зрелище. Его лоб охватывала бархатная черная лента, на которой сияла выпуклая бляха из полированного, отливающего голубым металла. Густые черные волосы над бляхой стояли дыбом, а на ладони правой руки он держал два металлических шара, которые при встряхивании издавали приятный звук, тембром напоминающий негромкое кваканье. Взгляд его был дик и пронзителен, и адвокату, совершенно не к месту, пришли на ум слова «священное безумие».

Не без труда подавив возникшее желание ретироваться, он приступил к делу:

— Видите ли, несколько лет назад я лечился у одного гипнотизера и хотел бы найти его снова. — Подойдя к столу, у которого восседал целитель, он распахнул перед ним свою папку, где в левой части из кармашка торчали денежные купюры, а в правой лежали фотографии «доктора икс».

Целитель отложил в сторону блестящие шары, снял с головы ленту с бляхой и превратился в нормального человека.

— Вы просто кого-то разыскиваете, — сказал он спокойно, — но мне это лицо незнакомо.

Следующие три визита закончились столь же безрезультатно, как и первый, с той разницей, что такие колоритные фигуры больше не попадались, а в третьем по счету доме адвоката обхамили.

— С сыщиками я не сотрудничаю, — раздраженно объявил хозяин.

— Если я сыщик, тогда вы — шарлатан, — обиделся Александр Петрович.

«Все-таки от них от всех исходит какая-то дурная эманация», — размышлял он, спускаясь по лестнице и удивляясь собственной спонтанной реакции, совершенно недопустимой в его профессии.

Пятый гипнотизер оказался маленьким человечком с курчавой седой шевелюрой, повадкой и мимикой напоминающим обезьянку. Он вертел в руках граненый металлический стержень толщиной с карандаш, но раза в два длиннее, и адвокат поймал себя на том, что не может отвести взгляд от сияния полированных граней этой волшебной палочки. Не считая себя гипнабельным, он удивился и специальным усилием отвел глаза в сторону, после чего в очередной раз произнес свою вступительную речь и раскрыл папку с деньгами и фотографиями.

— Значит, вам надо доктора Буги, — задумчиво произнес человечек и некоторое время с любопытством разглядывал гостя.

— За эту сумму, — он коснулся своим блестящим жезлом купюр в раскрытой папке, — я назову его имя, фамилию и год рождения, а если вы положите еще столько же, тогда узнаете о нем все то, что знаю я.

Дождавшись ответного кивка адвоката, он переместил деньги из папки на стол с помощью все того же жезла, оказавшегося воистину волшебным: банкноты тянулись за ним, как железки за магнитом.