Они не любят быть у кого-то в долгу.
Я моргнул.
Это ТОЧНО был намёк... Но на что?
Пока что я понять не мог.
— Вы же знаете, что она утратила способности? — на всякий случай спросил я.
— Невозможно утратить то, что является ПРИРОДОЙ, — вот уже второй раз за сегодняшний день я слышал это выражение. — На вашем месте, я не об этом бы беспокоился, мастер Макс.
Запихав бриллиантовый шар в пакет, я прихватил пачку сигарет, бросил на стойку мелкую золотую монету и махнув мастеру Скопику, пошел к выходу.
Ночь несколько остудила мне голову.
Не скажу, что в Сан-Инферно есть такое явление, как ночная прохлада. Просто... Воздух ночью не чувствовался таким варёным, словно его только что вытащили из кастрюли с кипяченным бельём.
Лёгкий ветерок взъерошил мне волосы на макушке — совсем, как это делала Кассандра, когда хотела показать, что я ей не безразличен...
И тут меня ударило, словно обухом по голове.
Нет, я в курсе, что это всего лишь избитое выражение. Но поверьте: я даже услыхал громкое "бд-д-дыщ..." — когда тяжелая деревяшка соприкоснулась с моим лбом.
КАССАНДРА.
"На вашем месте, я не об этом бы беспокоился", — сказал мастер Скопик. А ведь я действительно давненько не виделся со своей опасной девушкой...
Глава 4
Кассандра.
Как бы мы ни ругались, как бы ни ссорились, она НИКОГДА не оставляла меня одного.
В том смысле, что она ВСЕГДА следила, чтобы я не вляпался в то, что не смогу переварить.
Так было, когда я пытался выиграть пари у мастера Заточчи, так было, когда я бросился к Оранжевому морю, спасать Зебрину от Похитителей тел...
В родное измерение она отпустила меня только после того, как Лука Брази клятвенно обещал ей стать моей родной мамочкой.
Это ведь она подавала нужные реплики из толпы, когда меня хотели казнить!
Но потом что-то случилось.
В один миг: щелкнуло, и всё.
Она ушла.
И больше мы не виделись...
Вряд ли оправданием послужит то, что я всё это время скакал без продыху.
Я ведь о ней даже ни разу не вспомнил! Хотя несколько раз думал о знойной горгониде Пенелопе...
Жгучий стыд принялся разъедать меня изнутри, как кислотная язва.
Сколько высокопарных слов о друзьях я сказал не далее, чем полчаса назад.
Выброси их на помойку, Макс. Они ничего не стоят.
Оказавшись в центре парковки, я растерялся.
А что я здесь делаю?.. Чоппер Энди остался где-то в переулках рядом с твердыней воровской Гильдии, и как добраться до "Чистилища", я просто не в курсе.
Да, кстати о чоппере. Ну и головомойка меня ждёт от Лолиты за то, что я потерял машину её парня!
В небе над головой показалась крупная точка. Она быстро приближалась, и через пару минут я узнал непередаваемый отблеск медно-рыжих волос.
— Лолита! — я не смог сдержать ни криков радости, ни воплей недоумения. — Как ты?.. Где ты?.. — последнее восклицание относилось к чопперу Энди, на котором и прибыла горгонида.
— Когда его пригнали к ступеням крыльца, я поняла, что ты остался без транспорта, — коротко и по существу пояснила Медуза.
— Да, но как он... — я беспомощно тыкал пальцем в грозную металлическую саранчу. — В смысле, мы же...
— ВСЕ в городе знают, кому принадлежит этот чоппер, — укоризненно сказала Лолита.
— А. Я понял. Извини. Что-то туплю, — я потёр переносицу и уселся позади горгониды.
На свидание с Пенелопой, которое должно было состояться ещё вечером, я безбожно опоздал.
А кроме того, пока не выяснится, что с Кассандрой всё в порядке, я просто не смогу... Ну, развлекаться.
Так что пошлю Пенелопе цветы. Надеюсь, она поймёт.
— Ну что, домой? — спросила Лола, плавно поднимая чоппер в воздух.
— А от Кассандры вестей не было?
— Да нет вроде.
Слабенькая надежда, едва расправив крылышки, спикировала вниз головой с обрыва.
— Но ты же знаешь, где она живёт?
Лолита помедлила.
— Оторва, ты же в курсе: в дом убийцы без приглашения лучше не соваться.
— Я не видел её с тех пор, как мы поругались.
— Если ты не в курсе, в этом и состоит суть ссоры, — кивнула Лолита. — Люди не сходятся во взглядах и решают какое-то время не видеться. Как-то так.
— Раньше это ей не мешало проявлять материнскую сверхзаботу, — пожаловался я.
Лолита напряглась: я почувствовал, как твердеет пресс её живота под моими руками.
— Ладно, Оторва, если тебе так хочется — давай проверим её хазу.
Лола подняла чоппер куда выше, чем я когда-либо осмеливался.
Сан-Инферно раскинулся под нами, как дорогой персидский ковёр.
Таинственно поблёскивали далёкие нити улиц, светились галактики кварталов, разливались озёра площадей...
Он был огромен, этот удивительный город. Перед его величием меркли любые фантазии, и надеюсь, мне хватит остатка жизни на то, чтобы познакомиться с ним поближе.
Тем временем Лолита, свечкой взмыв в багровые небеса, уже направила чоппер вертикально вниз.
У меня заложило уши.
Ветер свистел на пороге звукового барьера. Пришлось конкретно попотеть, чтобы удержаться на чоппере позади Лолы...
Что характерно: когда мы летали с Зебриной, таких ощущений я не испытывал.
— Это и есть логово наёмного убийцы?
Отдышавшись после экстремального падения из стратосферы, я с интересом оглядел узкую, извилистую и до рези в глазах живописную улицу.
Прямо на узкий тротуар были выставлены медные горшки и кувшины с потрясающей чеканкой. В воздухе над головой колыхались шпалеры тонких ковров и шелковых шалей.
Бродячие художники, лоточники, торгующие украшениями в разнос, пёстро разряженные торговки засахаренными фруктами... Во всяком случае, я надеюсь, что это фрукты. Просто у них по несколько плодоножек. Которые шевелятся в такт с пронзительным писком дудочки.
На ум сразу пришел факир, гипнотизирующий кобру...
Над лавками светились окошки жилых комнат. Горшки с цветами, разноцветные занавески, полосатые тенты и жалюзи — каждый украшал своё личное пространство на свой вкус, не жалея бахромы, колокольчиков и загадочных блестящих предметов, которые ожидаешь встретить, например, на занавесе цирка или на верблюжьей попоне, а не на окнах в скромных жилищах обывателей.
— Улица Сладких Вздохов — единственный адрес, который я знаю, — пожала плечами Лолита.
Наше появление вызвало небольшой фурор. Обряженные в лохмотья личности — надо думать, подданные мадам Альвеолы, — принялись
