же прекрасно, а то и ухватить не за что!
Лукреция и Пьетро понимают, что играют с огнем. Бембо подарил любимой медаль с выгравированным пламенем с девизом «Est animum» («пожирает душу»). Он пишет о «тысяче расстояний, тысяче стражей, тысяче оград, тысяче стен», которые сдерживают их страсть.
Сегодня оба не выпускали бы из рук смартфоны, обмениваясь сообщениями, в XVI веке Бембо дарит Лукреции хрустальный шар, в котором можно угадать лицо ее далекого возлюбленного; у него есть такой же шар с ее образом.
Всем известны легенды об обезглавленных любовниках, достаточно вспомнить Данте с его Паоло и Франческой, (вопреки общепринятой версии, они жили совсем не в Градаре, а гораздо ближе к Ферраре, в Сантарканджело ди Романья). Подобная история существовала и в семье Эсте. Но адреналин лишь новое топливо для костра любви…
Чего они только не изобретали! Лукреция вспомнила, что она все-таки Борджиа. И полетели письма, написанные чужими руками, Бембо будет публично восхищаться изящными эпистолярными произведениями Анджелы Борджиа, но это письма Лукреции. Они даже кодовые имена придумали, Лукреция стала «FF», что означает «Felicissima Ferrarese», счастливейшая феррарка.
Он посылает пылкие стихи, восхваляющие ее грацию, и высокопарные реконструкции их встреч. Она, не умеющая писать стихи, отвечает томными стихами валенсийских поэтов и очень краткими посланиями (слишком долгое время за написанием писем могло вызвать подозрения).
Им удавалось хранить любовь в секрете. Лукреция чувствовала себе действительно felicissima — счастливейшей.
Весна юношеских римских страстей сменилась жарким и цветущим летом ее любви. Но впереди ждала осень. Осень Борджиа.
Глава 7. Конец эпохи Борджиа
Лукреция Борджиа была не лучше и не хуже женщин своего времени. У нее был веселый и легкий дух. Мы не знаем, приходилось ли ей когда-либо испытывать моральную борьбу; оказывалась ли она когда-нибудь в состоянии внутреннего противоречия с действиями своей жизни или с окружающими.
(Фердинанд Грегоровиус, немецкий историк XVIII века).
Сегодня трудно поверить, что и вокруг Рима в XVI веке болот хватало. К осени утихла чума в Ферраре, к ужасу Лукреции ее подхватил Пьетро Бембо, и герцогиня в тайне посещала его, поила горячим бульоном и обтирала холодными губками.
В августе и в Рим пришла непонятная болезнь. Сначала умер венецианский кардинал Джованни Микеле Бруто, его место занял племянник Папы Джованни Борджиа, но вскоре последовал за предшественником. Александр VI, опасаясь непонятной лихорадки, которую, по общему мнению, разносили комары, сократил появления в обществе.
И все же 11 августа понтифик в сопровождении своего сына Чезаре, как раз приехавшего по делам из Романьи, посетил обед в доме кардинала Кастеллези да Корнето в его загородном поместье. Что может быть лучше, чем отдохнуть от римской жары среди виноградников, попивая отменное вино!
На следующий день всем гостям поплохело, хуже всего чувствовал себя Папа. На самом деле ничего странного в этом не было, немудрено отравиться мясом в римскую жару. Но если речь идет о семье Борджиа, первым делом ищут отравителя. Ходили слухи, что им был сам Чезаре, просто произошла «ошибка в объекте», яд был предназначен хозяину дома. Слуга ошибся и наполнил вином бокалы всех присутствующих, а раз Папа пил больше всех — он и оказался в худшей ситуации.
После шести дней тяжелой болезни, лихорадки и бесполезного кровопускания 18 августа 1503 года Родриго Борджиа, римский Папа Александр VI, умер.
Он умер в одиночестве, Чезаре все еще оправлялся после болезни, Лукреция жила в Ферраре, а младший Джоффредо еще раньше уехал из Рима, опасаясь заразы.
Рим замер. В своих дворцах и поместьях по всей Италии враги Борджиа смело разливают праздничное вино по бокалам, не боясь отравления. Помните, при следующем понтификате за меньшее время умерло гораздо больше кардиналов, так что зря они расслабились!
По городу попозли слухи, что перед смертью Папе явился сам Князь Тьмы в образе огромной обезьяны. По другой версии к Борджиа отправили нечисть рангом поменьше, всего-то семь чертей, пляшущих и размахивающих договором, который Папа подписал кровью в день своего избрания. Рассказывали о призраках и странном свете в базилике при отпевании Александра VI, о черной дворняге появившейся ниоткуда и с рычанием бродившей у гроба.
Реальность оказалась гораздо хуже, и лучше я не буду рассказывать вам, как выглядело тело Борджиа, брошенное в жару — тот, кто должен был взять на себя организацию бальзамирования, «забыл» о своих обязанностях. Таким образом он отомстил, ведь обещали кардинальскую шапку — и не дали.
Борджиа, испанца по рождению (полное имя Родриго Борха-и-Лланколь Борха-и-Борха) захоронили в Санта Мария дель Монсеррато, церкви испанцев в Риме, в первой часовне справа.
Его останки покоятся сегодня в мавзолее XIX века рядом с останками Папы Калликста III, дяди Борджиа, который и перетащил в Рим своих родственников.
Осенью 1503 года Чезаре Борджиа еле оправился после отравления. Понимая, что все потеряно со смертью Папы (в обоих смыслах «папы», понтифика и отца) он вывозит мать Ванноццу и свою семью из Рима, а сам укрывается в одном из замков, еще не отнятом у Борджиа.
Избрание Папой кардинала Пикколомини внушает надежду, у него с Чезаре всегда были хорошие отношения, но через три месяца Пий III (такое имя принял кардинал) умирает. Ходили слухи об отправлении, хотя здоровьем новый Папа никогда не славился.
Катастрофа не заставила себя ждать, новым понтификом избран давний враг Борджиа, кардинал Джулиано делла Ровере, ставший Юлием II.
Прошло немного времени, и бывшие правители Урбино, Перуджи, Камерино, Пезаро вернули свои земли. Король Франции отказался от покровительства Чезаре, которому даровал когда-то титул герцога Валентино. Юлий II приказал всей семье немедленно покинуть Рим и целая процессия (включая десяток внебрачных детей Чезаре) вынуждена отправиться в крепость Чивита Кастеллана.
Чезаре удалось бежать в Неаполь, откуда он собирался перебраться в Валенсию, на родину Борджиа-Борха. Но короли Испании уже подписали указ о его аресте.
Униженный и растоптанный (возмездие существует!) Чезаре мог получить помощь лишь у одного человека, своей сестры Лукреции. Она оплатила лучников, которые сопровождали Чезаре из Рима, продолжала посылать деньги, подвергая себя опасности. И король Франции заговорил о расторжении брака между Альфонсо д’Эсте и Лукрецией.
Наступил счастливый день для Изабеллы Гонзага. Невестка умоляла ее замолвить слово за Чезаре перед новым Папой. Конечно, Изабелла отказала.
* * *
Пьетро Бембо не собирался отказываться от любимой женщины. Долго скрывать роман все равно не удалось бы, но слухи появились в самый неподходящий момент, когда лишь новая семья — муж и свекор — остались на стороне Лукреции.
Отец Пьетро потребовал немедленного возвращения
