презрением, что даже описать сложно.
— Прояви немного настойчивости, ей это понравится. Ты ещё молод, не понимаешь всех тонкостей общения с женщинами.
— Зато понимаю церковную специфику — перебросился парой слов с Кальфу и могу считать себя женатым. Я даже её настоящее имя не знаю.
— Узнать всегда успеешь.
О Кальфу Каин знал не так уж много. У неё не было никакой жизни вне миссий, не было друзей или хобби — если не считать за хобби страсть к татуировкам. Она никому не доверяла и избегала знакомств. До вербовки она была преступницей, которая несколько раз попадала в тюрьму. Прошлая жизнь оставила ей тонкие, едва заметные шрамы на лице, которые она скрывала под слоем краски или косметики.
— Всему своё время, Каин. Главное приручить её.
Внизу проплывал городской пейзаж. Совсем рядом творилось настоящее безумие, но за пределами барьера жизнь шла своим чередом. Автомобили огибали закрытый район, следуя указаниям регулировщиков. Некоторые жители останавливались, чтобы поглазеть на развернувшуюся около барьера активность. Уличные экраны транслировали последние новости. Члены местных банд держались вместе, ожидая возможности вернуться на свою территорию.
— Как ты стал пастырем? — спросил он, чтобы перевести разговор в другое русло.
— Я хотел стать священником, а не пастырем, — ответил Альфред после непродолжительного молчания. — Но я так и не научился прощать людей, творящих зло. Тогда мне начало казаться, что я утратил веру. К счастью, тогдашний наставник смог подобрать мне дело по душе. Как видишь, я до сих пор не разочаровался в своём выборе.
— У тебя хоть возможности были. Не то, что у нас.
— Проклятье крови единит тебя с Богом, Каин. В конце концов, Он не пощадил даже собственного сына.
— Да только все предпочитают забывать, что Инри тоже стал вампиром до того как был распят.
— Не все. Я считаю, что люди, вампиры и все прочие равны. Нет никакого проклятья, все мы избраны. Только не все ещё поняли это.
Подобные убеждения считались опасным вольнодумством, но Альфред был слишком ценен, и на его бартианские убеждения[6] смотрели сквозь пальцы. Многие бы удивились, узнав, что у официальной церкви существуют различные направления и идеологии, враждующие и противоречащие друг другу. Несколько десятилетий назад эти противоречия обострились настолько, что внутри церкви вспыхнула небольшая гражданская война. Как водится, победители утвердили свои порядки, а проигравшие были подвергнуты люстрации[7].
[1] Сабатина — субботняя молитва.
[2] Пин-ап (англ. Pin up — прикалывать) — стиль американской графики, зародившийся в середине XX-го века.
[3] Могадишская миля — термин, возникший после провальной миротворческой операции ООН в Могадишо (столица Сомали) 3–4 октября 1993-го года. В ходе наземной эвакуации часть пехотных подразделений осталась без прикрытия, и была вынуждена пройти полмили до точки встречи со ждавшей их бронегруппой.
[4] Дисциплинарный суд консистории — орган церковно-административного управления, так же относящийся к судебной линии власти.
[5] Неевклидово пространство — искажённое пространство, не подчиняющеесяклассической геометрии.
[6] Карл Барт — швейцарский кальвинистский теолог, который отвергал ортодоксальное учение о предопределении.
[7] Люстрация (от лат. lustratio — очищение посредством жертвоприношения) — законодательные ограничения для политической элиты прежней власти, вводимые после смены власти, в виде ограничения активного и пассивного избирательного права, а также права на участие в управлении делами государства.
Только Писанием I (4)
Возвеселитесь с Иерусалимом и радуйтесь о нём, все любящие его!
Книга Исайи, 66:10
— Добро пожаловать домой, — едва слышно произнёс Каин, глядя на огни базы.
Как и все войска ОБСК, боевая группа базы «Вигиланс-95» по своей численности была эквивалентна батальону, но продолжала называться полком, следуя какой-то благополучно забытой традиции. Церковь предпочитала отбирать ветеранов из контртеррористических и миротворческих сил европейских стран, а также некоторых частных военных организаций, формируя из них элитный корпус, способный вести боевые действия в городских условиях. Несмотря на заявленную специализацию, многие подразделения были универсальными и могли заменять друг друга.
В остальном база выглядела как обычный военный объект — высокий забор из бетонных блоков, смотровые башни, пулемётные гнёзда, огневые точки, казармы, полоса препятствий и штаб. Среди них выделялось здание церкви — в отличие от остальных уныло-серых построек, её стены были выложены из красного кирпича, а крыша увенчана двумя готическими башенками.
* * *
Едва оказавшись в раздевалке, Каин сел на лавку, отстегнул ремешок шлема и бросил его на пол. Провёл рукой по зачёсанным назад волосам и бритым вискам. В тёмной копне выделялась единственная седая прядь. Стянул с себя бронежилет и пропотевшую грязную куртку. Сам жилет и форму придётся заменить, но этим можно будет заняться и потом. Убрав пластины в шкафчик, Каин подошёл к утилизатору, который тут же распахнул зубастую пасть. Простой алгоритм: отправить испорченные вещи в глотку и успеть отдёрнуть руку, чтобы не остаться без пальцев. Утилизатор тут же проглотил угощение и сыто рыгнул.
Из душевой тянулся запах сырости, дешёвого мыла и забытого за трубой носка, успевшего благополучно мумифицироваться. Каин с ожесточением тёр кожу шершавым мылом, смывая кровь, копоть и грязь с жилистого мускулистого тела.
* * *
В общей столовой собралась целая толпа. Всё внутреннее убранство состояло из длинных столов и лавок, прикрученных к полу.
Каин оказался в очереди за Кальфу. Пока он задумчиво рассматривал её спину, кто-то похлопал его по заднице. Раздались приглушённые смешки. Обернувшись, Каин обнаружил сгрудившихся позади бойцов «Дельты».
— Очень смешно.
— Ещё как смешно, — заверил его Виктор.
Он всё ещё прихрамывал, но держался бодро.
— Тебя уже подлатать успели?
— В работе на церковь есть определённые преимущества. По крайней мере, чинят сразу, живодёров ждать не надо.
Последним явился Девятка, который отделался несколькими ссадинами.
— Девятка! — тут же завопил Скарт.
— Что?
— Отсоси мне!
Традиционное приветствие «Дельты» всегда вызывало бурное веселье. Этот раз не стал исключением.
— У вас все шуточки построены на гомоэротизме или нормальные тоже есть? — спросил Каин, взяв поднос из стопки.
В дополнение к обычному рациону каждый вампир получал флакон донорской крови, которую в виде десятины сдавали прихожане церкви.
Скарт потянул носом.
— Чуешь?
— Что именно? Обед подгорел?
— Говённым сарказмом запахло.
— Пока ты рот не открыл, никаких запахов не было.
Девятка протиснулся вперёд, отодвинув Каина.
— Здесь очередь, если ты не заметил.
— Я знаю.
— И ты в ней не стоял.
— Ага. Я знаю.
— Тогда отвали.
— Надо же, лисёнок показывает зубы, — хмыкнул Девятка. — Но если продолжишь в том же духе, то будешь дёснами улыбаться. Снимай нашивки и смахнёмся.
Рядом с ними возникла Альма. Без снаряжения она стала ещё меньше и походила на недокормленного подростка, собранные в пучок волосы подчёркивали
