Проснулся от голосов в коридоре.
— Лиза, ну, нельзя же так, — отговаривала мать дочку. — Легли поздно, она устала.
— Мы же договаривались? — Канючила та.
Встаю, — крикнула Оля через дверь. — Сейчас.
Выпив кофе, отправились вниз. Обещал — выполняй.
— Вы не сможете отвезти меня в больницу? — попросила Мария.
— Хорошо, только завезём Лизу в школу, и я в Вашем распоряжении. — Алексею почему‑то не хотелось впрягаться в суету.
Кстати, вспомнив про бандитов, он нащупал в кармане кредитку. Притормозив у банкомата, набрал код доступа.
На счёту у покойного лежало чуть больше трехсот тысяч рублей. С нескольких заходов банкомат отдал всё.
— Вот и готово, не опоздаем? — Оля вернулась к машине, где ожидали мать и дочка. — Деньги сняла, — объяснила она задержку.
На деньги у Лехи были далеко идущие планы: «Хороший инструмент стоит дорого, так что пригодятся».
Высадив Лизу у подъезда школы и посигналив на прощанье, они двинулись в сторону больницы. Где она находится, Леха даже не представлял, поэтому несколько раз Марии пришлось спрашивать у прохожих. Наконец, показался кирпичный угол.
— Огромное спасибо, — Мы Вам так благодарны, она помялась и, наконец, продолжила. — Может Вы со мной? Я не знаю, но вдруг потребуется, что‑нибудь подтвердить для милиции.
«Ну, это вы хрен угадали. — Алексей категорически не горел желанием общаться с серыми братьями, но, чтобы не спорить, кивнул в знак согласия. Сходить можно. А там уж, как получится».
Сейчас, при свете дня, выглядел Виктор совсем не важно. Отёкшее лицо, заплывший глаз. Поговорив с женой, он обратил внимание на Ольгу.
— Огромное Вам спасибо. — Пробормотал он. — Вы не оставите телефон, если потребуется подтвердить факт избиения.
— Конечно, конечно, — Оля с готовностью покивала головой.
— И ещё одно, — он испытующе глянул на девушку. — Маша сказала, Вы остановились в гостинице. Может быть, пока я в больнице, поживёте у нас? — больной помолчал, собираясь с мыслями.
— Дело в том, что эти хулиганы пристали ко мне не случайно. Мне назначил встречу офицер, пообещав материал про торговлю оружием из армии, конкретно с северного Кавказа. Здесь этим делом промышляет некий «Камаз». Очевидно, таким образом меня предупредили, чтобы я не совал нос в это дело. Вы не обязаны…, но я помню, как Вы расшвыряли их, и, думаю, с Вами Маше будет спокойней. Она совершенно непрактичный человек. Я заплачу. Скажем, тысячу в день. — Он сжал губы, не отказывайтесь, прошу, я очень беспокоюсь за моих.
Пока в разговоре не прозвучало имя, Бессонов даже голову не забивал этим предложением. «Всему есть разумный предел. Свои проблемы каждый решает сам. Но последние слова насторожили, это меняет дело. Не зря, ох, не зря попался мне этот человек. Похоже, выход на фигуранта упрощается. Вот и славно».
Чтобы не вызвать подозрений девушка слегка помялась и нехотя дала согласие:
— Неделю я смогу пожить, а потом будет видно. Но, не ждите от меня чудес. Я — провинциальная девушка, владеющая несколькими приёмами, и всё.
— Что ты, я понимаю, только побудь рядом с Машей. — Приняв Ольгу на работу, Виктор изменил и форму обращения
— Начинается обход. — Предупредила медсестра. Дамы спустились к машине.
— Давайте, я отвезу Вас домой, а потом заберу Лизу из школы, — приступила Ольга к обязанностям. — Если кто‑то хочет напугать или заставить Виктора отказаться от своих замыслов, то через дочь это сделать проще всего. Мария, подавленная известиями, не спорила.
Подъехав к школе чуть раньше полудня, когда заканчивались уроки, Леха бросил авто в переулке и, прогуливаясь, подошёл к входу. Подозрительная семёрка, блестя тонированными стёклами, одиноко стояла на противоположной стороне дороги, но, судя по тянущейся из приоткрытого окна струйке табачного дыма, в ней кто‑то был.
«Курить в закрытой машине удовольствие сомнительное, почему не открыть окно? Странно. Вот что, не будем искушать судьбу». Пройдя в здание, он быстро нашёл класс. Когда прозвенел звонок, и удивлённая встречей девчонка подбежала к новой знакомой, спросил, — А есть в школе чёрный ход?
— Конечно. — Проныра, весело щебеча, повела Ольгу по коридорам. Выйдя в заваленный мусором двор, они протиснулись через решётку и незамеченными добрались до машины. На все вопросы Оля коротко ответила. — Мама тебе всё объяснит, а сейчас домой.
Оставив неизвестных ожидать у моря погоды, в пять минут добрались к дому. Сдав Лизу матери, Леха категорически наказал сидеть дома и не открывать никому.
Сам же решил заняться поисками инструмента.
Веди снайпер дневник, свои последующие действия Леха вполне мог описать следующим образом.
«За годы службы мне случалось иметь дело с разными людьми. Жизнь научила — нет людей хороших или плохих. Судьба и обстоятельства делают их такими. Кому‑то повезло, ему не пришлось стоять перед выбором, который мог сломать человека, и он прожил жизнь честно».
В середине девяностых у моего сослуживца произошло несчастье. Тяжело заболела жена. Попытка найти денег честным путём закончилась, не начавшись. Геннадий выбрал другой путь. Детали остались за кадром, но деньги он нашёл. Каким образом, стало ясно, когда после очередной проверки выплыла недостача нескольких единиц вооружения. Стрелка упёрлась на него, но командиры не сдали. Кому охота выносить грязь на всеобщее обозрение. После тяжёлого разговора Геннадий подал рапорт и уволился со службы.
Однако не пропал, обустроился в гражданской жизни и даже поддерживал контакты с некоторыми из сослуживцев. Подозреваю, что не только из‑за верности боевому товариществу.
«Все мальчики большие. — Рассудил я и ребят не осуждал. Когда зарплату не выдают несколько месяцев, моральные аспекты менее актуальны». Жизнь продолжалась. Гена перебрался ближе к столице и сейчас жил в Твери. Городок тихий, недалеко от Москвы. Адрес его мне как‑то давно продиктовал товарищ и намекнул, что интерес свой к оружию Гена не оставил, более того, перешёл на более высокий уровень. Вот его‑то я и решил навестить.
«Машину искать не будут ещё пару дней, и я могу спокойно кататься на экспроприированных колёсах». Решив так, я выбрался из Московской толчеи и двинул в Тверь. Мощный джип домчал за пару часов.
Гена здорово изменился, потолстел, обрюзг и ничем уже не походил не резвого старлея, которого я знал. Но мне с ним не детей крестить.
Он весьма неприветливо встретил неизвестную девчонку, пришедшую к нему со скромной просьбой. Посодействовать в покупке снайперского оружия. Иначе говоря, он послал её в известный адрес. Я был готов к такому развитию событий и поведал ему одну старую историю, не имевшую, по странной прихоти законодательства, сроков давности.
