- Конечно, мы никого не заставляем.
- А я с тобой, Серый. - говорит Стас. - Не люблю горки.
- А ты Мороз? Ты ж не любитель кататься?
Я боюсь даже смотреть в ту сторону, а потому не вижу его реакцию. Быстро закрываю посудомойку и практически бегу наверх, чтобы успеть одеться. Хорошо, что в комнате никого нет. Я её закрываю и успеваю облачиться в лыжный прогулочный костюм, прежде чем слышу, как в дверь тихонько стучатся.
Открываю и практически утопаю в настороженном взгляде синих глаз.
- Всё в порядке? - спрашивает Миша и заходит в комнату, прикрывая дверь. - Что-то не так?
- Всё не так... - пожимаю я плечами, отходя на шаг назад. Отвожу глаза в сторону, не в силах выдержать его пронзительный взгляд.
Почему ночью всё казалось таким простым и правильным? Неужели праздничный флер ослепил меня и заставил забыть, насколько мы с этим мужчиной разные? Не говорю уже о разделяющих нас километрах.
- Вчера… Это было ошибкой. - произношу избитую фразу, за которую тут же становится стыдно. Но слово, как говорится, не воробей...
- Вот значит как! Всё решила за двоих... - Мороз ухмыляется и разочарованно качает головой. - Покрутила хвостом и в кусты? Дааа, ошибся я в тебе, Тигра...
Он машет рукой и выходит из комнаты, а я обхватываю себя руками, чтобы не завыть от бессилия. Обиделся. Какое неприятное чувство - отчитал как маленькую девочку! Да и вообще какой-то нелепый разговор получился. Поморгала глазами, чтобы остановить готовые пролиться слёзы и иду вниз. Уговариваю себя, что поступила правильно, оградившись от будущих разочарований.
В холле уже толпится одевающийся народ. Неосознанно с лестницы бросаю ищущий взгляд, но Мороза уже нет. Значит ушёл. Ну и хорошо, с глаз долой из сердца вон. Мне всего-то надо держаться от него подальше.
По протоптанной дорожке мы выходим из ворот дома и сворачиваем за угол. Здесь тропка расширяется, так как многие жители этого района потянулись на горку. А она здесь знатная.
- Ой, как красиво! - восклицает восхищённо Ирина, доставая свой телефон, чтобы сделать сториз для соцсетей.
- Да, стоило ночью на фотосессию в лесу остановиться, чтобы вернуться и увидеть такую красоту. - смеётся Яна, обводя вокруг рукой. - У нас здесь места замечательные!
Ещё бы! Перед нами с высокого пригорка открывается вид на красивый заснеженной лес, который сверкает, словно миллионы бриллиантов рассыпались по его вершинам. После вчерашнего снегопада воздух и снег немного влажные, хотя и подернуты усиливающимся морозцем.
Яна здоровается с соседями, которые и здесь умудрились организовать небольшой фуршет на переносном столе. Играет колонка с музыкой, праздник продолжается и снежный плен всем нипочем.
- Я сейчас принесу чего-нибудь. У нас столько вкуснятины! - говорит она соседке и идёт обратно к дому.
- Да сколько можно есть! - возмущается Настя и хмуро косится на заставленный закусками стол. - После такого ни одна диета не поможет. Ладно Яна итак скоро как слон будет, а мне лишние килограммы ни к чему.
- Вот ты язва! - не выдерживаю я. - Как ты можешь так про Яну говорить? Она же от чистого сердца! Не хочешь - не ешь, тебя никто не заставляет. Хоть с голоду помирай!
- Да ладно, девушки, не ругайтесь! - Антон одной рукой обнимает Настю, другой меня и направляется ближе к краю. - Давайте кататься! Ух, сто лет ведь так не развлекался! Иришка, давай со мной на двойной ватрушке, а девчонки по очереди прокатятся.
- Ну уж нет, я кататься не буду! - говорит Настя. - Что я, ребёнок? Вон, одни дети катаются.
- Ну как хочешь. - облегчённо выдыхаю я, сажусь на ватрушку и отталкиваюсь ногами, чтобы с весёлым смехом сигануть с горы вслед за друзьями.
Как здорово, аж дух захватывает! Ветер в лицо, снег в глаза и такая свобода!
Не успеваю насладиться полетом, как оказываюсь внизу горы в веселящейся куче-мале. Я не понимаю, почему надо строить из себя взрослого и не порадоваться таким мелочам. Аттракционы, карусели, цирк мне приносят невыразимое удовольствие и счастье. И плевать, если мой восторг выглядит по-детски. Кто не ценит этого, тот просто зануда.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Смотрю, что Антону с Ириной такие забавы тоже пришлись по душе.
- Ещё хочу! - кричит большой дитятко и вместе с смеющейся женой карабкается наверх.
Поздоровавшись со знакомой девчушкой и перекинувшись с ней поздравлениями, я подхватываю свою ватрушку. Но не успеваю сделать шаг, как мимо меня по какой-то странной траектории с огромными выпученными глазами проносится Мороз на двойном тюбинге вместе с орущей Настей. Похоже что и мои глаза готовы вылезти из орбит. Вот это разгон! Я поворачиваюсь в их сторону и вижу, как они подскакивают на высокой кочке и переворачиваются. Мороз падает на спину, шапка его летит в сторону, а сверху на него приземляется Настя.
Я бы списала это на случайность, если бы не увидела, как она перевернулась и оказалась на нем в позе наездницы. Да ещё наклонилась, чтобы... Что? Сделать ему искусственное дыхание? Поцеловать? А его руки поднялись, чтобы обхватить её за бедра. Картина маслом!
Какая-то черная злость поднимается внутри меня и заполоняет пеленой глаза. Это она не катается?! Это он делом занят?! Ух, бесстыжие!
Мои руки сами собой начинают сгребать подмороженный снег, словно лопатой. Метко прицелившись в соперницу я с трудом кидаю огромный снежок. Пусть охладится.
Бамс!
- ....! - ругается громким голосом Мороз, голову которого моими стараниями украшает снежная шапка. Кажется с меткостью я сильно погорячилась, а Настя не вовремя отклонилась в другую сторону.
- Дура, ты что творишь! - визжит она и слезает, наконец, с мужчины. Ну хоть чего-то я этим экспромтом добилась.
Миша стряхивает рукой снег с головы и я вижу, как его висок окрашивается в красный цвет. Это что… Это я ему голову разбила?!
Со всех ног я бросаюсь вперёд, моментально забывая о своей ревности и злости.
- Мишенька, миленький, прости меня! - Я опускаюсь перед ним на колени и снимаю варежку, чтобы дрожащей рукой провести по его щеке и увидеть рассеченную кожу. Похоже я сгребла в снежок не только снег, но и ледышки. - Я не в тебя целилась.
- В меня что-ли? Ну точно, больная! - слышу позади возмущенный голос Насти.
Но сейчас для меня никто и ничего не имеет значения, кроме моего раненого Мороза. Да, я больная. И источник этого состояния сидит передо мной. Поглаживая его по щеке я понимаю, что переоценила свою стойкость. Кажется, я окончательно пропала...
Глава 11. Миша
Дикая неконтролируемая злость клубится внутри после разговора с Тигрой. Ну что она там себе навыдумывала? Все решила за меня. И после чего? После глупой шутки Стаса, которая не имеет под собой никаких оснований? Ведь до этого улыбалась мне так приветливо…
Маша-Маша…
Выбегаю сразу на улицу, мимо одевающейся толпы в прихожей, и хватаю ртом морозный воздух. Мужики уже маячат возле бани. Серега сметает снег с поленницы, а Стас примеряется к топору. Недолго думая иду в сторону последнего и перехватываю инструмент.
- Решил размяться? – понятливо усмехается этот забияка, уступая мне место.
Вместо ответа делаю широкий замах и резко опускаю топор на небольшую чурку. Поленья разлетаются во все стороны под звук смачного «хрясь».
- Эй-эй! Осторожней, пожалуйста, городской житель. Забыл, как дрова рубить? – хмурится Серега, едва увернувшись от крупной щепки.
- Прости. – бросаю коротко ему, а сам уже тянусь за следующей.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Девчата веселой компанией выходят из дома и направляются за ворота ограды. Антон, нагруженный объемными ватрушками под завязку, медленно плетется за ними. А я, проводив их всех мрачным взглядом исподлобья, с удвоенной силой принимаюсь за дело.
Мысли так и крутятся вокруг Тигры, не желая сдавать позиции.
А я ведь тоже хорош. Огрызнулся, наговорил лишнего, вместо того, чтобы объясниться с ней сразу, успокоить, поговорить по душам. Ну что мне стоило просто обнять ее крепко-крепко? Она ведь молоденькая совсем, импульсивная и, несмотря на всю свою браваду, очень робкая и пугливая.
