не боялась лесов и гор. Она росла в деревенской местности и, конечно же, частенько проводила время на природе. Взять хотя бы тот случай, когда они с Шихо заблудились. Линлин нервно хихикнула. Ее подруга очень хотела найти какую-то «чудодейственную» пещеру, исполняющую желания. В тот день Мейлин поняла одно: горы очень коварны. Заведут, заманят отзвуками, да и затянут в самую бездну. Тогда мама впервые ее ударила. Она долго плакала, извиняясь за этот порыв, а после рассказала о том, как ее родная сестра сгинула в горах. С тех пор Кан Мейлин была более осторожной.
Мейлин тихо вздохнула и занервничала сильнее. Мастера ведь не оставят их в случае чего? Верно?
«Если я найду затерянную тропу, о таком не придется волноваться», – неожиданно спокойно подумала Кан Мейлин и сосредоточилась на поисках. Она бодро перескакивала через небольшие ручейки, крупные камни и сновала среди деревьев, выглядывая тропинку. Но окружающий лес казался девственно чистым, будто люди никогда не ступали в его пределы. Линлин решила искать подъем вверх и пошла вдоль прохладного тонкого ручейка, пока он не впал в небольшое озерцо. Мейлин подошла к воде и склонилась, собирая ладонями чистую влагу. Омыв лицо, она улыбнулась, а потом… услышала странный хруст сзади.
– А! – воскликнула она, едва успев увернуться от страшной тени.
Выпрыгнувшее животное напоминало собаку, но, приглядевшись, Мейлин поняла: это же шакал! Они иногда сновали близ деревни, таскали кур да козлят, но там их пугали охотники, а этот – дикий, крепкий и опасный!
Мейлин задрожала, отступая в озеро. Ей нечем было защищаться, потому она могла лишь смотреть в ужасе на шакала, готовясь кричать во все горло.
Неожиданно тяжелый камень ударил по узкой морде зверя. Тот испуганно взвизгнул и припал к земле. Со стороны деревьев вышел светловолосый юноша, который держал в руках крепкую палку. При этом его окружала настолько убийственная аура, что Мейлин на секунду показалось, будто он вооружен настоящим мечом.
Шакал даже не решился с ним связываться и панически унесся прочь, поджав хвост. Когда нежданный спаситель опустил палку, Кан Мейлин наконец-то узнала в нем того самого «юного злодея», который поспорил с высокомерной принцессой Цао на лодке.
– С… Спасибо тебе! – выпалила она с искренней улыбкой.
Юноша нахмурился, будто впервые ее увидел, а потом раздраженно цокнул языком:
– Тц… Настолько бесполезная и никчемная. Откажись от испытания, пока не поздно. Второй раз я не стану спасать твою шкуру.
Мейлин замолчала, будучи подавленной таким грубым отношением. Хотя она лишь дурачилась, мысленно называя его «злодеем», сам он, казалось, рьяно пытался соблюсти все правила роли антагониста.
И все же, он спас ее только что.
– Ну, я постараюсь позже отблагодарить тебя за спасение, – неубедительно рассмеялась Кан Мейлин. От пронзительного кровавого взгляда ей стало не по себе, но она продолжила: – Как тебя зовут?
Юноша пренебрежительно поджал губы, молча развернулся и бесшумно исчез, оставив ее без ответа. Линлин тихо вздохнула. Она просто не хотела ни с кем ссориться, так почему он столь недружелюбен? Наверное, на то есть причины, решила Мейлин, вспоминая его потрепанный внешний вид. Быть может, злые люди слишком часто издевались над ним? Это порождает взаимную озлобленность.
В их деревне как-то жил бывший конюх богатой семьи. Однажды он упал с лошади и сломал себе обе ноги. К сожалению, медицинскую помощь оказали слишком поздно, и он остался хромым, вынужденный перебиваться случайными заработками и пропивать остатки былой гордости. Тот человек всегда был груб и агрессивен, даже к тем, кто искренне пытался ему помочь. Потому Мейлин сдержала внутреннюю обиду и посочувствовала юноше. Кто знает, что с ним приключилось в жизни? Однако, кое с чем ей пришлось согласиться. Если она и дальше будет настолько никчемной, ее загрызут дикие звери! А потому Кан Мейлин также решила раздобыть палку, дабы обороняться. К сожалению, ей попадались только тонкие ветки, которые не дарили чувства защищенности.
По прикидкам, Линлин не меньше часа шастала по окрестностям, ни на метр не приблизившись к началу Пути. Вооруженная хворостиной, она бродила и бездумно стегала ею воздух, как будто это могло хоть чем-то помочь. Земля у подножия гор была сырой, рыхлой, то поднималась холмами вверх, то уходила оврагами ниже. В очередной раз хворостина Мейлин бесстрашно рассекла воздух подле каменной насыпи, и тут… Пространство прямо перед ней зарябило, будто сам воздух сопротивлялся движению тонкого прута.
Конечно же, Кан Мейлин удивилась. Она начала карабкаться вверх на насыпь, чувствуя себя искателем сокровищ. Неужели Линлин добралась до тайны затерянной тропы?
И вот какое дело… Когда она стояла внизу, насыпь казалась самой обычной и не привлекала внимания. Но стоило Мейлин подняться выше, как перед ней предстала совсем иная картина. Лесная иллюзия растворилась, являя древнюю лестницу, чьи впечатляющие каменные ступени врезались в гору и уходили высоко-высоко. Кан Мейлин вышла на мраморную площадку у подножия лестницы, украшенную двумя статуями по бокам. Величественный дракон и животворящий феникс будто заглядывали в душу, благословляя пройти Путь Тысячи Истин до конца.
Мейлин задрожала, ощущая неподдельное благоговение от их вида. Она чувствовала гордость от того факта, что прошла первую фазу испытания. Но впереди все еще простиралась эта лестница. Очевидно, что Линлин придется серьезно попотеть, чтобы преодолеть такое препятствие. Нервозно оглянувшись назад, она обреченно вздохнула и начала бесконечный подъем. Честно говоря, это оказалось очень тяжело. Кан Мейлин никогда не жаловалась на свою физическую подготовку, но прямо сейчас казалась самой себе медлительной черепахой! Ноги слишком быстро загудели от боли, солнце припекало голову, а дыхание стало хриплым и прерывистым.
«Определенно, это серьезное испытание на прочность», – мысленно пожаловалась Мейлин, отчаянно пыхтя. Ступеньки и не думали заканчиваться. Она с ужасом подумала о том, что они и впрямь кажутся бесконечными. «Больше ста… Больше трехсот… Сколько же их?!» Линлин чувствовала беспокойство и тяжесть в ногах. Действительно трудно преодолевать такой путь на своих двоих. К тому же ступени были слишком широкие и высокие, из-за чего приходилось неловко залезать на них, многократно замедляя Мейлин.
Время текло медленно и мучительно. В какой-то момент Мейлин окончательно потерялась во времени, не зная, сколько часов потратила на подъем. Ее решимость таяла на глазах. В конце концов, она остановилась, грузно опустившись на ступеньку. Ноги дрожали, сердце бешено колотилось и норовило вырваться из груди.
– Ха-а… – тяжело вздохнула Кан Мейлин. Как хорошо, что в ее фляжке осталось немного воды. Если бы до этого она не экономила, едва ли смогла бы продолжить путь без потерь.
«Но передохнуть все же жизненно необходимо. Иначе я
