– Давай!
Левченко принял душ и переоделся в спортивные штаны и майку, которые оказались малы. Потом он прошел на кухню. Там у газовой плиты стояла Лиза.
– Я кофе сварю, – сказала она и рассмеялась.
– Чего ты? – спросил Михаил.
– В этой одежде ты смотришься смешно.
– Надену форму.
– Не надо. Все равно спать ложиться. Время-то первый час.
– Ты мне в зале на диване постели.
– Да перестань ты. Как пацан, в самом деле. Ты же хочешь меня.
– И все-то ты знаешь.
– Женщина, Миша, чувствует, когда ее хотят, а когда нет. Давай по чашечке кофе.
Михаил присел за кухонный стол, выпил кофе. Лиза убрала чашки, вымыла их. Вообще в квартире было чисто, и это приятно удивило Михаила. Он почему-то думал, что в хате Евсеевой обязательно должен быть бардак. Но оказалось, что молодая женщина следила и за собой, и за порядком в квартире.
– Пойдем в комнату.
Отказываться не имело смысла. Миша действительно хотел эту страстную молодую женщину, умеющую доставлять удовольствие. Она застелила софу чистым бельем.
– Ты раздевайся и ложись, я сполоснусь. Только не спать, все равно разбужу!
– Уснешь после кофе, пожалуй.
– Я знаю, что делаю!
– Не сомневаюсь. Ты же такая целеустрем-ленная.
– Разве это плохо?
– Смотря для кого. Но иди, вставать рано. Кстати, у тебя есть презервативы?
– Что? Презервативы? Нет, конечно. Что я, шлюха, таскающая их с собой для клиентов? Да и зачем они теперь, Миша? Эти штуки нам совершенно ни к чему. Главное-то уже сделано.
Лиза ушла и вернулась минут через пять. Надевать халат или пеньюар она не стала, так голой и вышла в комнату.
Она замерла перед софой, отставив ногу в сторону, и осведомилась:
– Разве у меня плохая фигура?
– У тебя хорошая фигура, только подобная демонстрация не к месту.
– Почему же? Посмотри на это тело. Теперь оно не только мое, но и твое. Все твое. Может, чулки надеть? Знающие люди говорят, что они возбуждают.
– Поэтому ты и приходишь в них на дискотеку в училище?
– И кто же тебе такую ерунду сказал?
– А что, разве не было этого?
– Нет, Мишенька. Если я и приходила в училище, то в колготках. Это для тебя вчера сделала исключение.
– Не надо никаких чулок. Выключи свет и ложись.
– Я бра оставлю, ладно? Чтобы видеть тебя.
– Оставляй.
Лиза вырубила верхний свет и включила бра. Она юркнула под одеяло к Михаилу и тут же впилась в его губы. Ее ладонь опускалась от груди к животу и ниже.
Два часа длились любовные игры. На трезвую голову Левченко оценил незаурядные способности Лизы. Она позволяла делать с собой все, что ему было угодно, при этом сама провоцировала на то, на что Михаил едва ли отважился бы. Он испытал сильнейший оргазм. Впрочем, как и Лиза. Она в крике прикусила себе палец. Они заканчивали сеанс секса, вскоре начинали следующий. Лиза ласкала его так, что Миша приходил в боевую готовность буквально за пять-семь минут. Уж что-что, а заниматься любовью она действительно умела.
Удовлетворившись полностью, они сразу же уснули. Лиза не стала заводить разговор, как на хате в Махале. Да не было в нем никакой необходимости. Она упорно шла к достижению своей цели и была близка к этому.
В 5 утра Левченко проснулся, посмотрел на часы и поднялся, стараясь не разбудить Лизу.
Но его подружка проснулась, как только он убрал ее руку со своей груди, и сказала:
– Доброе утро, милый! Что, уже пора?
– Да.
Лиза потянулась.
– Хорошо-то как! У меня были мужики, но такого кайфа, как с тобой, я ни с кем не испытывала. Это что-то небесное. Мне, конечно, не стоило бы так говорить, но не могу сдержаться.
– Что такое?
– Интересно, а вот было бы у тебя с Викой такое, как со мной?
– Не напоминай мне о ней!
– Не буду. Но так хорошо тебе с ней не было бы.
– Лиза!..
– Все, все! Встаю, разогреваю кофе и делаю бутерброды.
– Я в училище позавтракаю.
– Одно другому не помешает. Женщина должна лелеять своего мужчину не только в постели.
Левченко вздохнул, прошел в ванную и принял контрастный душ, который взбодрил его. Все же он за двое суток по-настоящему спал не более пяти часов. Парень даже в нарядах отдыхал больше.
Лиза из кухни крикнула:
– Бритва отца в нижнем ящике.
Михаил провел ладонью по щеке. Да, побриться надо. Хотя это можно сделать и в роте, но там тесно, что в бытовке, что в умывальнике. Приходится ждать очереди. На сто с лишним курсантов в подразделении всего восемь розеток и двадцать умывальников. Здесь же никого. И вода горячая.
Он побрился и вышел из ванной. Лиза подала ему одеколон.
Быстро позавтракав, Михаил вновь посмотрел на часы и сказал:
– Двадцать минут шестого. У меня полчаса. Даже пешком должен успеть.
– Зачем пешком, Миша? Я же говорила, что у меня есть деньги. Возьми, а такси у магазина поймаешь. Они там с утра постоянно трутся.
– Да неудобно.
– Удобно. Мы же теперь не чужие люди. Тебя завтра или послезавтра не отпустят в увольнение?
– Нет. По графику должны другие пойти.
– Тогда можно мне приехать к тебе?
– Только не сегодня и не завтра.
– Значит, в воскресенье?
– В воскресенье приезжай.
– Я тебе курочку запеку в духовке, пальчики оближешь. Заодно проверишь, как готовит твоя Лиза.
Молодая хищница уже вжилась в роль. Впрочем, она считала, что дело сделано и этот курсант никуда от нее не денется. Ее старания не прошли даром. Не то что у некоторых, которые годами гоняются за ребятами с четвертого курса, а те постоянно их обламывают.
К мужчине нужен подход. Самое главное – затащить его в постель да ублажить так, чтобы он потом с другой не испытывал ничего подобного.
Лиза определенно была довольна собой. Она проводила Левченко, у двери поцеловала в щеку. Миша не отстранился. Лиза приняла это за знак полного ее успеха.
Михаил же шел к магазину в задумчивости. Похоже, попал он с этой Лизой. А впрочем, что особенного в том, что ему придется жениться на ней? Конечно, если родится ребенок или будет очевидно, что Лиза беременна. Судя по ее поведению, она действительно любит его. Гуляла раньше, но об этом там, куда его пошлют служить офицером, никто знать не будет. А если и в гарнизоне загуляет, то разговор состоится короткий. Забирай манатки и вали до хаты, в родной Самарканд. А может, и срастется у них все. Он еще и благодарить судьбу будет.
У магазина действительно стояли машины. Среди них Михаил увидел «копейку» того самого узбека, который вчера подвозил их сюда.
Левченко подошел к нему:
– Салам, Камал!
– Салам! Правильно сделал, что до утра остался.
– Не меня ждешь?
– Я утром всегда здесь встаю, потом еду в Дальний лагерь.
Месторасположение училища в Самарканде называли Дальним лагерем.
– Значит, мне повезло?
– Ай, тут вон сколько машин!
– Но ты-то наш, считай, училищный! У меня деньги в одну сторону, но сегодня отдам все. Должны выдать денежное довольствие.
– Хоп. Едем!
Камал отъехал от магазина. Почти всю дорогу он молчал.
Только у самого училища водитель повернулся к Левченко и спросил:
– Тебя как зовут, парень?
– Михаил.
– У меня друг в армии был. Тоже Миша, из Калуги. Вот что я скажу тебе, Михаил, та женщина, у которой ты был, не твоя.
– Ты что-то знаешь о ней?
– Нет. Зачем знать? Я так вижу. Не будешь ты с ней жить. И не надо.
– Камал, позволь мне решать, с кем жить.
– Конечно! Но не будет у тебя с ней жизни. Ничего не будет. Не твоя она.
Узбек подвел «копейку» к остановке.
Михаил передал ему деньги и пообещал:
– Остальное в течение дня принесу.
– Хоп! Если только менты не погонят от училища. Мне сказали, что ваше начальство жаловалось на меня: самовольщиков, мол, вожу. Как будто лучше, если они станут пешком ходить. Не я их заставляю идти в самоход.
– Не встречу здесь, найду в городе, долг отдам.
– Хорошо, Миша.
– Ладно, побежал я. Как раз до подъема успеть должен.
– Удачи тебе, парень!
– Спасибо.
Левченко вышел из «копейки», захлопнул дверку и побежал к контрольно-пропускному пункту. В роту он вошел без десяти шесть, когда дежурный будил старшину и заместителей командиров взводов. Михаил прошел в канцелярию, доложил о прибытии Климасю.
Старший лейтенант кивнул и заявил:
– И на этом, курсант, все!
– Так точно, товарищ старший лейтенант. Разрешите идти?
– Ступай!
Глава 3
После занятий ротный выдал курсантам деньги. Левченко нашел Камала на остановке и рассчитался с ним. Сергей Логинов и Андрей Корнеев отправились в увольнение. Как ни упрашивали они Михаила, тот не пошел в город на вечеринку. Свободное время он провел в спортгородке.
Там и застал его взводный.
