как показалось Егору, до скорости на которой первая ступень отделяется от ракетоносителя, он отчётливо понял, что останавливаться уже не имеет смысла, и, что остановка в данной ситуации была бы «смерти подобна», в прямом и в переносном смысле. Также он некстати отметил, что на практике основные принципы аэродинамики становится гораздо понятнее.
Крыса держала интервал, примерно, шагов в пять-шесть. Так они молча бежали втроём друг за другом, ещё несколько секунд, когда вдруг крыса внезапно юркнула влево, и исчезла из поля зрения самым непостижимым образом. То, что произошло потом, Егор не смог бы объяснить себе никогда. Не давая отчёта своим действиям и вопреки всякому здравому смыслу, он на бегу выключил фонарь, два раза глубоко вдохнул, и интуитивно почувствовав, что это нужно сделать именно здесь и сейчас, ни секундой раньше ни секундой позже, в кромешной темноте, не снижая скорости резко свернул влево и… почувствовал, что продолжает бежать. Он остановился, перевёл дыхание и замер. Шаги того кто бежал за ним были слышны ещё несколько секунд, после чего смолкли. Егор сообразил, что в полной темноте его преследователь вынужден был остановиться. Расчёт оказался выверенным до долей секунд и сантиметров.
Егор закусил запястье, стараясь дышать, только через нос. В абсолютной тишине, звук собственного дыхания казался ему рёвом стартующей ракеты.
Через некоторое время, где-то, сзади и левее от себя, он услышал хриплый прерывистый голос.
– Инженер, сука! Ты где? –
Егор, понимая, что в живых его уже точно не оставят, не зависимо от того, найдёт он крышку или нет, предпочёл не отвечать.
Через какое-то время, оттуда же послышались мелкие шажки, обычно издаваемые человеком, пытающимся передвигаться в темноте на ощупь. Егор последовал его примеру. Попытался вытянуть руки в стороны, но они тут же упёрлись во, что-то влажное и шершавое. Осторожно ощупав поверхность снизу вверх, понял, что находится в узком проходе. Где-то за спиной прошелестели неуверенные шаги, и снова стало тихо.
– Пронесло – подумал про себя Егор.
Постепенно продвигаясь вперёд, он понял, что попал в ответвление основного коллектора. Через несколько шагов правая рука провалилась в пустоту, и Егор решил проследовать туда. Глаза понемногу стали привыкать к темноте, и стало возможно передвигаться быстрей. В то же время Егор понимал, что «кожан», а судя по голосу, это был он, тоже адаптировался в этих катакомбах и так же бродит где-то неподалёку.
Егор сел на корточки и прислонился спиной к стене. Всё, что произошло с ним за последние полдня, не укладывалось в голове. Вся эта череда нелепых событий казалась, каким-то страшным сном. Потеряв ощущение времени и пространства, Егору стало казаться, что он сходит с ума. В голове всё кружилось и гудело. Страшно хотелось пить.
– Всё! – сказал он сам себе и повалился на бок. Так лежал, бездумно глядя перед собой, неизвестно, сколько времени, пока не поймал себя на мысли, что всё это время смотрит на жёлтенькую крышечку. Сфокусировав взгляд, увидел, что крышку держит в своих розовых лапках крыса. Он протянул руку перед собой и помахал ею из стороны в сторону, пытаясь разогнать видение. Но видение не растворилось, а скорее наоборот. Крыса пошевелилась, и вместе с крышкой не спеша, сделала пару шажков вдоль стены. Егор попытался включить логику, благодаря чему пришёл к выводу, что раз зверушка помогла ему один раз, то не исключено, что поможет снова.
Он встал, как смог отряхнулся, и неуверенно шагнул к грызуну. Крыса попятилась. Егор сделал ещё один шаг, крыса сделала то же самое. Так, на пару они шли, ныряя в закоулки подземелья, то вправо, то влево, то какое-то время, следуя прямо. Как показалось Егору, это блуждание по лабиринту продолжалось минут двадцать, когда, наконец, что-то блеснуло впереди по ходу движения. Егору показалось, что это было какое-то небольшое отверстие в стене, расположенное на уровне колен. Крыса побежала быстрее, и, добежав до отверстия, приподнялась на задние лапки, вытянулась и перекатывая крышку передними лапками вверх по стене, провалила её внутрь. После чего отбежала на пару метров и присела, поджидая Егора.
Егор подошёл к окошку, и увидел, что оно было зарешёчено. Встав на четвереньки, приблизил лицо к отверстию и, уткнувшись в ржавые прутья, попытался заглянуть внутрь. С той стороны пахло речной водой и тянуло холодом. Егор услышал где-то внизу плеск воды, а впереди на тёмной глади зеркальной поверхности, непонятного происхождения, отражение тысячи ярких огоньков. Вглядываясь в отражение, он, наконец, понял, что окошко располагалось в верхней части стены набережной, и возвышалось с той стороны над Москвой-рекой.
– Ты зачем крышку утопила, обезьяна? – повернулся Егор к своему проводнику. Крыса пискнула и отпрыгнула в сторону, приглашая, тем самым Егора продолжить путь. Егор почувствовал, что они с его новой подругой, уже неплохо понимают друг друга. Подёргав на всякий случай прутья решётки, Егор поднялся и безвольно поплёлся вслед за ней.
Так они блуждали по бесконечным лабиринтам ещё, наверное, с полчаса, и Егор уже начал думать, что его провожатая сама заблудилась, или ещё чего доброго взяла на себя роль прославленного героя, небезызвестного костромича Ивана Сусанина, когда неожиданно увидел, что крыса остановилась у двери выкрашенной серой краской. Егор подошёл к двери и без особых надежд нажал ручку вниз и толкнул от себя.
Яркий свет ударил по глазам. Егор зажмурился. Не отпуская дверную ручку, перенёс одну ногу через порог, приоткрыл глаза, и так и остался стоять в такой позе, узнав вестибюль станции метро Октябрьская – кольцевая. Немного подумав, Егор обернулся назад. Крыса сидела в двух шагах от него, глядя маленькими красненькими глазками отражающие свет станции.
– Спасибо тебе, обезьяна – поблагодарил свою спасительницу Егор.
– Как хоть тебя зовут-то? – крыса только пискнула в ответ, неуклюже развернулась и засеменила обратно, исчезая в темноте.
– Тоже, наверное, Дашка? – подумал Егор про себя, опустил наконец ногу и рухнул в пустоту.
Полёт был недолгим. Лежа на спине между рельсами Егор определил, что высота была не такая уж большая, может быть метр, полтора, хотя чувствовал, что ударился здо́рово. Чуть в стороне над ним возвышалась строительная тура, на самом верху которой, мужик в спецовке пытался прилепить плитку к стене.
– Вас там ещё много? – поинтересовался мужик, глядя на Егора с высоты, видимо слыша его монолог, обращённый к крысе.
– Нет. Я один – ответил Егор.
– Понятно – ответил строитель. – Вроде бы уже давно по ночам не продают, а они где-то всё находят – проворчал рабочий.
Егору было не до полемики, – Вы не знаете, как отсюда на улицу выйти? –
– Ты,
