Читаем без скачивания Загадочное происшествие в Стайлзе - Агата Кристи

– Тогда вы не будете возражать, если я задам вам (разумеется, с разрешения мистера Кавендиша) несколько вопросов?

– О, конечно, сэр!

– В таком случае я начну с расспросов о событиях, которые произошли вчера после полудня. Ваша хозяйка с кем-то ссорилась?

– Да, сэр. Но я не знаю, должна ли я… – Доркас заколебалась.

Пуаро пристально посмотрел на нее:

– Любезная Доркас, необходимо, чтобы я знал как можно подробнее об этой ссоре. Не думайте, что вы таким образом выдаете секреты вашей госпожи. Она мертва, и надо, чтобы мы знали все… если собираемся за нее отомстить. Ничто не может вернуть ее к жизни, но мы надеемся, если здесь было предательство, отдать убийцу под суд.

– Аминь! – с жаром откликнулась Доркас. – Не называя никого по имени, скажу – есть один в этом доме, кого никто из нас никогда терпеть не мог! То был черный час, когда его тень впервые упала на порог этого дома.

Пуаро подождал, пока ее возмущение уляжется, а потом деловым тоном продолжал спрашивать:

– Давайте вернемся к ссоре. Когда вы о ней услышали?

– Видите ли, сэр, мне вчера случилось проходить по холлу…

– В какое время это было?

– Я не могу сказать точно, сэр, но еще задолго до чая. Может, в четыре часа… а может, немного позже. Так вот, сэр, иду я, значит, и вдруг слышу голоса, очень громкие и сердитые. Не то чтобы я собиралась слушать… но так уж случилось. Я остановилась. Дверь была закрыта, но госпожа говорила очень резко и громко, и мне ясно было слышно, что€ она говорит. «Вы мне лгали, вы обманули меня!» – сказала она. Я не слышала, что ответил мистер Инглторп. Он говорил гораздо тише, чем она… но миссис Инглторп ответила: «Как вы смеете? Я содержала, одевала и кормила вас! Вы обязаны мне всем! И вот как вы мне отплатили! Принеся позор нашему имени!» Я опять не услышала, что он сказал, но она продолжала: «Что бы вы ни говорили, это не имеет значения. Я отчетливо вижу свой долг. Я все решила. Не думайте, что страх перед оглаской или скандал между мужем и женой смогут удержать меня». Потом мне показалось, что они выходят, и я быстро ушла.

– Вы уверены, что слышали голос именно мистера Инглторпа?

– О да, сэр! Чей же еще голос это мог быть?

– Ну а что случилось потом?

– Позже я вернулась в холл, но все было тихо. В пять часов миссис Инглторп позвонила в колокольчик и попросила меня принести в будуар чашку чаю… Никакой еды… только чай. Выглядела она ужасно – такая бледная и расстроенная. «Доркас, – сказала она, – я пережила большой шок». – «Мне очень жаль, мэм, – ответила я. – Но вы почувствуете себя лучше, мэм, после чашки крепкого горячего чая!» Она держала что-то в руке. Я не знаю, было это письмо или просто листок бумаги, но на нем было что-то написано, и госпожа все время смотрела на этот листок, как будто не могла поверить своим глазам. «Всего несколько слов, – прошептала она, будто забыла, что я рядом, – и все изменилось!» А потом она мне вдруг и говорит: «Никогда не верьте мужчинам, Доркас! Они этого не стоят!» Я поспешила уйти и принесла ей чашку хорошего крепкого чая. Миссис Инглторп меня поблагодарила и сказала, что, наверное, почувствует себя лучше, когда его выпьет. «Я не знаю, что делать, – поделилась она. – Скандал между мужем и женой – ужасная вещь, Доркас! Если бы я могла, то лучше бы все это замяла». Тут вошла миссис Кавендиш, и госпожа больше ничего не сказала.

– У нее в руке все еще было письмо или какая-то бумажка?

– Да, сэр.

– Как вы думаете, что она сделала потом с этим письмом?

– Гм… я не знаю, сэр. Может, заперла его в свой фиолетовый портфель.

– В нем она обычно держала важные бумаги?

– Да, сэр. Каждое утро приносила его с собой и каждый вечер брала наверх.

– Когда она потеряла от него ключ?

– Вчера в полдень заметила, что ключа нет, и велела, чтобы я хорошенько его поискала. Она очень рассердилась.

– Но у нее был дубликат?

– О да, сэр!

Доркас с большим удивлением смотрела на Пуаро. По правде говоря, я тоже. Как он узнал про потерянный ключ? Пуаро улыбнулся:

– Это неважно, Доркас! Знать – моя обязанность. Вот этот ключ был потерян? – И он вынул из своего кармана ключ, который нашел наверху, в замке портфеля.

Доркас смотрела на него так, что казалось, ее глаза вот-вот выскочат из орбит.

– Да, сэр, это действительно он. Где вы его нашли? Я его везде искала.

– О-о! Видите ли, вчера он был не на том месте, где оказался сегодня. А теперь давайте перейдем к другому вопросу. У вашей хозяйки было темно-зеленое платье?

Такой неожиданный вопрос крайне озадачил Доркас.

– Нет, сэр.

– Вы вполне уверены?

– О да, сэр.

– Есть у кого-нибудь другого в доме зеленое платье?

Доркас задумалась.

– У мисс Цинтии есть зеленое вечернее платье.

– Светло– или темно-зеленое?

– Светло-зеленое, сэр. Из материи, которая называется шифон.

– О, это не то, что мне нужно. И ни у кого другого в доме нет ничего зеленого?

– Нет, сэр… я такого не знаю.

По лицу Пуаро нельзя было прочитать, огорчило его это или нет. Он только заметил:

– Хорошо, оставим наряды в покое и продолжим наш разговор. Есть ли у вас основания думать, что ваша госпожа прошлой ночью принимала снотворные порошки?

– Прошлой ночью нет, сэр. Я знаю, что прошлой ночью не принимала.

– Почему вы так уверены?

– Потому что коробочка была пустая. Последний порошок она приняла два дня назад и больше не заказывала.

– Вы в этом вполне уверены?

– Конечно, сэр.

– Тогда этот вопрос ясен. Между прочим, вчера ваша госпожа не просила вас подписать какую-нибудь бумагу?

– Подписать бумагу? Нет, сэр.

– Вчера, когда пришли мистер Гастингс и мистер Лоуренс, ваша хозяйка писала письма. Вы не могли бы сказать, кому они были адресованы?

– Боюсь, не могла бы, сэр. Вечером меня не было. Может, вам это скажет Анни, хотя она легкомысленная и небрежная девушка. Так и не убрала вчера вечером кофейные чашки. Вот так и случается каждый раз, когда меня нет, чтобы за всем присмотреть!

Пуаро предостерегающе поднял руку:

– Раз чашки не были убраны, Доркас, прошу вас, пусть они еще постоят. Я хочу их посмотреть.

– Очень хорошо, сэр.

– В котором часу вчера вы ушли?

– Около шести часов, сэр.

– Благодарю вас, Доркас! Это все, о чем я хотел вас просить. – Он встал и подошел к окну. – Я восторгался этими цветами. Между прочим, сколько вы нанимаете садовников?

– Теперь только троих, сэр. До войны их было пять. Раньше все было, как и положено в доме джентльмена. Вам бы тогда посмотреть, сэр! Все было прекрасно. А теперь только старый Мэннинг и молодой Уильям. Да еще новомодная садовница… в брюках и все такое. Ах, скверные времена, сэр!

– Хорошие времена снова вернутся, Доркас! Во всяком случае, будем надеяться. Не пришлете ли вы ко мне Анни?

– Да, сэр. Благодарю вас, сэр.

– Как вы узнали, что миссис Инглторп принимала снотворные порошки? – живо полюбопытствовал я, как только Доркас вышла из комнаты. – И об утерянном ключе, и о существовании дубликата?

– Давайте по порядку. Что касается снотворного порошка, то я узнал о нем из этого. – Он показал мне маленькую картонную коробочку, какие аптекари используют для порошков.

– Где вы ее нашли?

– В ящичке умывальника в спальне миссис Инглторп. Это и была шестая находка в моем списке.

– Но так как последний порошок был использован два дня назад, то, полагаю, это не имеет большого значения?

– Возможно. Однако вы не видите ничего странного в этой коробочке?

Я внимательно осмотрел ее.

– Нет. Не вижу.

– Взгляните на наклейку.

Я внимательно прочитал наклейку: «Один порошок перед сном по мере надобности. Миссис Инглторп».

– Нет, и тут ничего необычного.

– Даже в том факте, что нет фамилии аптекаря?

– О! – воскликнул я. – Действительно странно!

– Видели вы когда-нибудь, чтобы аптекарь прислал такую вот коробочку без своей напечатанной фамилии?

– Нет, пожалуй, не видел.

Я заволновался, но Пуаро остудил мой пыл, заметив:

– Тем не менее все очень просто. Так что не стоит делать из этого загадки.

У меня не было времени ответить на его замечание, так как послышавшийся скрип башмаков возвестил о приближении Анни.

Это была рослая, крепкая девушка, которая явно находилась в сильном возбуждении, смешанном с определенной долей отвратительного чувства удовольствия от произошедшей в доме трагедии.

Пуаро сразу перешел к сути дела:

– Я послал за вами, Анни, полагая, что вы можете рассказать мне что-нибудь о письмах, которые миссис Инглторп отправила вчера вечером. Сколько их было? Не запомнили ли вы фамилии и адреса?

Анни подумала.

– Всего было четыре письма, сэр. Одно – мисс Ховард, другое – адвокату, мистеру Уэллсу, а кому еще два – я, кажется, не помню… О да, сэр! Третье было адресовано поставщикам Россам в Тэдминстер. Четвертого не припомню.

– Подумайте, – настаивал Пуаро.