не сделать еще один шаг и не синтезировать самопрограммирующуюся кассетную вакцину? С точки зрения науки это было на грани возможного, но у меня не оставалось другого выхода. Да, идея и в самом деле безумная, но безумие не граничит с вдохновением?
«Раздев» вирус Чумы, как обычно, до его безвредной основы, я не стал навешивать на нее варианты антигенных оболочек, а вместо этого занялся созданием наноманипуляторов из фрагментов РНК, этаких молекулярных «щупалец».
Моей целью было создать микроорганизм, способный инфицировать те же клетки, что поражает вирус Чумы . Организм, способный находить вирусы, разрушать их основу и самостоятельно надевать на себя пустые антигенные оболочки — как краб-отшельник, заползающий в брошенную морскую раковину, чтобы защитить свое нежное тело от опасностей окружающего мира.
Строго говоря, я делал «убитую» вирусную вакцину, которая тем не менее могла размножаться как организм, постоянно перепрограммировывать свою антигенную оболочку для отражения новых смертоносных захватчиков и использовать трупы врагов для стимуляции производства антител — живая самопрограммирующаяся фабрика кассетных вакцин в моем организме.
В теории все казалось просто, остроумно и элегантно. Создать же такой молекулярный дредноут на практике...
ЛИНДА ЛЕВИН
Случившееся на смертном одре Святого Макса тоже стало в нелегалке своего рода легендой. Особенно если учесть, что Макс был стар и давно уже пережил любые сроки, отпущенные ему официальной медициной, а я была молода, выглядела здоровой, и всякий мог видеть, чем я рискую.
Как и Святой Макс, Дева Мария дарила утешение плоти каждому, кто в этом нуждается. Я делилась своими прелестями безо всяких ограничений — и с молодыми «черными карточками», вроде меня самой, и с покрытыми язвами умирающими на последней стадии, и с любыми другими обладателями черных карточек в нелегалке, находящимися на полпути от начала до конца нашего короткого маршрута.
Может быть, потому, что я была молода, или потому, что стала первой обращенной в веру Святого Макса, у кого хватило смелости начать претворять его идею в жизнь, а может быть, потому, что я делала это более искренне или казалась совершенно здоровой, появились другие поверившие — поверившие в меня, в Деву Марию. Если Святой Макс был нашим Христом, то мне выпала роль апостола Павла, и у нас появились последователи, готовые распространять веру дальше — поначалу совсем немного, но, во всяком случае, больше двенадцати, что пошли за Христом.
Странствуя по Калифорнии, мы несли другим веру в Святого Макса и Деву Марию, увлекая последователей нашей надеждой и нашими телами. Да, вирус Чумы распространялся так быстрее. И возможно, миллионы умрут чуть раньше, чем им отпущено. Но разве судьба уже не вынесла всем нам смертный приговор? И «черным карточкам», и «голубым»?
Может быть, миллионы жизней станут короче, но вдруг все эти смерти не напрасны и человечество все-таки выживет? Мы готовы были вызвать Чуму на поединок, лицом к лицу — любовь против отчаяния, секс против смерти. Или мы изменим путь эволюции, или умрем. А может быть, и умрем, и изменим.
Но пока живы, мы, по крайней мере, будем жить свободно, будем жить, любить, сражаться за выживание человечества просто как мужчины и женщины. Лучше все-таки сгореть в огне, чем замерзнуть во льдах.
УОЛТЕР БИГЕЛОУ
Я поступил, как повелел Господь, и я вершил Его дело, но Дьявол преследовал меня по пятам. Элейн держалась со мной холодно, отстраненно. Чума продолжала расползаться, несмотря на все мои труды, а затем Сатана, словно всего этого ему было мало, протянул свои лапы к моему Билли.
Билли, мой сын, которого я воспитывал так старательно и который, к моему счастью, узрел свет Истины в возрасте четырнадцати лет, вдруг очень изменился: он начал вставать по ночам и подозрительно надолго запираться в ванной. Вовсе не обязательно быть директором Федерального карантинного агентства, чтобы понять, что происходит; это ясно отцу любого христианского семейства. Как-то утром, когда Билли отправился в школу, я обыскал его комнату, полагая, что найду какие-нибудь порнографические открытки или журналы, но я оказался совсем не готов к той мерзости, которую обнаружил. Фотографии мужчин, занимающихся сексом вживую друг с другом. Или с мальчиками. Фотографии обнаженных мальчиков в самых непристойных позах. И хуже того, отвратительные карикатуры, где мальчики и девочки занимались какими-то гадкими, невероятными извращениями с секс-машинами, с автоматическими чудовищами в виде животных, роботов и космических пришельцев со щупальцами, оснащенными огромными половыми органами.
У меня закружилась голова. По коже поползли мурашки. Внутри все похолодело. Но страшнее всего было то, что Дьявол вдруг вернул мне эти ужасные и манящие воспоминания о Гасе, заставив мою слабую плоть возбудиться.
Трясясь от возмущения и отвращения, я в гневе и смятении вынужден был ждать вечера, чтобы поговорить с сыном, и Дьявол нанес мне второй удар, уже на службе: именно в этот день электронная почта принесла первые сообщения о сатанинском культе Девы Марии Живых Мертвецов.
Разумеется, я знал, что сотни тысяч и, возможно, даже миллионы «черных карточек» живут нелегально за пределами карантинных зон по фальшивым голубым карточкам и распространяют свою грязную болезнь среди невинного населения. Мы таких сотнями отлавливали каждую неделю.
Но это... это просто коронный ход Сатаны!
Где-то в Калифорнии появилась женщина — или, может быть, их появилось несколько — известная как Дева Мария Живых Мертвецов, безусловно, одержимая Нечистым и сознательно продвигающая его дело, завлекая в ряды своего сатанинского культа других, чтобы распространять его черную ложь и Чуму все шире и шире.
«Черные карточки» стали уже открыто предлагать себя вживую таким же, как они, разнося различные штаммы вируса Чумы по всей, так называемой, нелегалке. Допросы показали, что эти прислужники Сатаны действительно верят, будто они спасители рода человеческого, будто каким-то непонятным образом они ускоряют ход эволюции, и благодаря их греховным и смертоносным совокуплениям возникнет новый вид человека, обладающего иммунитетом против Чумы.
Недаром Дьявола зовут Властителем Лжи. Очевидно, он заставил этих несчастных обреченных существ поверить в свою ложь, играя на их похоти, вызванной отчаянием и безумием, и обратив ее против всех нас. Вот уж воистину дьявольский ход — дать этим несчастным лживое оправдание распутству, чтобы те предавались ему до самой смерти в полной уверенности, будто творят дело Божье.
Да еще так насмеяться над ними, надо мной, подсказав своей главной жертве взять имя матери Иисуса!
Я немедленно отдал необходимые приказы. Считать подавление культа Девы Марии задачей номер один для всех подразделений СП. Арестовывать всех подозреваемых. В случае сопротивления аресту
