некотором наркотическом забытье, в компании с дружком Рустамом и несколькими девицами нетяжелого поведения. Очухались они только к вечеру, и не сразу поняли, почему в доме не было электричества, да и связи никакой тоже. Рустам пошел к родственникам, живущим в этом поселке неподалеку. Пришел он обратно потрясенный, остальных также прокачала неожиданная новость о конце света.
Гоп-компания сразу же решила прокатиться по окрестностям. Уже начинало вечереть и безлюдные темные улицы, и кварталы нагоняли на молодежь легкий ужас. Это как оказаться внутри фильма ужасов! Поэтому компания в скором времени заехала в ближайший бар снять стресс и снимали они его до утра. Девушки были родом из далекой провинции, поэтому к родственникам уезжать не торопились, они решили все вместе пока остаться в доме у Рустама, а потом приедут спасатели и разберутся, что почем. Короче, молодые люди решили концом света не загружаться, а продолжать жить в кайф.
Так они и провели весело все эти дни. Мотались днем по магазинам, а вечером устраивали шоу. Только лучшая музыка и выпивка, и много, много секса. Парни были молодыми и задорными, а девушки неистощимыми на фантазии. В поселке, где они тусовались, нашлись еще выжившие люди. В нем проживало много кавказцев, в основном дагестанцы. Среди них оказались и родственники Рустама, поднявшиеся на рыночной торговле. Хотя сам Рустам рассказывал, что они больше наркотой банчат, а их подельники вообще настоящие ваххабиты. Наркотики поставляют прямо из Эйстана /так он на американский манер называл Афганистан/.
В первые дни молодым людям еще попадались на глаза несколько русских семей, в основном это были молодые мамаши с детьми. Белобрысые загорелые дамочки, похожие друг на друга, как из инкубатора. Сами они по себе ничего из себя не представляют, но гонору у них всегда выше крыши. Элитный ж поселок! Петр даже подкатывать к таким не пытался, когда приехал сюда в первый раз, еще до катастрофы. Но сейчас вид у дамочек был явно растерянный. На второй же день они все куда-то исчезли, видимо свалили подальше.
А сегодня после обеда к Рустаму подъехали трое джигитов на белых джипах. Он смело зашли во двор и вызвали Рустама Агибекова на разговор. Пока двое абреков что-то громко втолковывали земляку, Мосевский жарил мясо на большом мангале. Как ни странно для мажора, но готовить он умел, и очень хорошо. Друзья даже прочили ему в шутку карьеру шеф-повара. Петр даже подумывал открыть какой-нибудь модный ресторанчик, на такое дело папаша точно деньги даст, так как часто просит сына приготовить свои гостям его фирменный шашлык. Третий же кавказец, одетый в черные свободные штаны и черную же футболку, плотоядно рассматривал аппетитные фигуры трех девушек, возлежавших в это время возле маленького бассейна.
— Слушай, уважаемый, не сдашь девочек в аренду? — со смешком спросил он.
— Такая корова нужна самому — хмуро ответил Мосевский — У нас, у русских, такая поговорка есть, на чужой каравай роток не разевай.
— Умный сильно, да? — нагло стал наезжать на парня крепко сбитый абрек.
— Полегче овце. б — Петр поднялся во весь свой немалый рост, демонстрируя оппоненту весьма мускулистый торс. Кавказец внимательно посмотрел на накачанного русского, к тому же держащего в руках острый шампур. В его темных глазах читалась бешеная ненависть и в тоже время настороженность.
А Петр не зря много времени уделял спортзалу, и кроме накаченного донельзя тела, он имел разряд по самбо. Отец отдал его в секцию единоборств еще с семи лет. В средних классах паренек, было, забросил спорт, пока в их элитной школе не появилась парочка таких же наглых абреков. Дети гор жестоко били всех, кто пытался им противодействовать, пока не нарвались на Петьку. Тот живо вспомнил несколько коварных приемов, и, пользуясь превосходством в массе, несколько помял гордых сынов Кавказа. Правда, отцу потом пришлось долго заминать межнациональный скандал, они даже думали о переходе в другую школу. Но абреки, потерявшие после этого инцидента всяческий авторитет в школе, первыми покинули сие чудесное заведение. Мосевский-старший пожурил, конечно, молодого хулигана, но по всему видно, что гордился поступком сына. Даже как-то деловым компаньонам предъявил, что вон, даже дети бьют «черных», а вы пасуете.
Ну а Петр тут же побежал обратно в секцию, и спортзал посещал с той поры регулярно. В школе же он стал настоящим авторитетом. Многие учителя, за глаза, конечно, были весьма довольны случившимся. Как и тем обстоятельством, что наглых хачей в их заведении больше не училось. Урок же вынесенный Мосевским-младшим в школе, он претворял в жизнь и в последующем времени. Парень много не разговаривал, просто гасил на месте зарвавшегося кавказоида или местного понтового быдляка. Из-за этих многочисленных драк Петр даже вылетел один раз из престижного института. Побитый быдляк оказался на поверку министерским сынком. Это что же за министр такой был? Но зато теперь Мосевского боялись и уважали.
И вот теперь эта спокойная уверенность, пронизывающая сталь во взгляде темно-серых глаз давила на наглого абрека и сильно его смущали. Он уже отвык здесь, в России, получать отпор. Но сейчас его окликнули соплеменники, и, сплюнув на пол, гордый сын Кавказа ушел со двора. Рустам же вернулся чем-то сильно озабоченным, ни слова не говоря, он ушел сразу в дом. Через пять минут парень вынес большую бутылку выдержанного скотча и налил себе большой стакан, затем молча кинул из сумки-холодильника в посудину льда, и залпом осушил ее до дна.
— Рустамчик, что произошло?
— Лучше не спрашивай.
— Кто эти…?
— Родственнички, мать их — Рустам умел хорошо выражаться русским матом — С гор спустились бараны, а гонору! А ты зря с этим Магомедом сцепился. Он в дагестанскую у самого имама Карная воевал в отряде, та еще сволочь.
— У меня мясо готово. Будешь?
— Что-то пропал аппетит.
Друг налил себе еще стакан и ушел в дом. Петр тем временем взялся кормить девчонок. Впереди была очередная бурная ночь, и не мешало хорошенько подкрепиться. Где-то через пару часов пьяный в хлам Рустам подошел к возившемуся с электрогенератором корешу.
— Знаешь, зачем приходили эти абреки?
— Ну?
— Завтра утром они поедут резать русских с того поселка. Родник, который, через железку находится. Там много народу, оказывается, спаслось, мы просто в ту сторону не заезжали. Мужиков нормальных скорей всего зарежут, остальных слабаков в рабство, ну и баб туда же. Мне тоже надо с ними ехать, иначе худо нам будет. Тебе же, один хрен, уходить надо. Магомед обид не прощает.
— Они что, вообще охренели? — Петр был в шоке —
