привычке.
С потолка коридора ударил жёлтый тёплый свет, осмотрел вещи. Всё вроде бы лежало, как и должно, на своих местах. Чем ближе подходил к комнате, тем сильнее билось сердце. Внутри назревали плохие предчувствия. Открыл медленно дверь, чтобы не разбудить. Увидел, как дочь спит, раскинувшись звездой на всю кровать, выдохнул. Свет попал на пижаму в единорогах, и лошади начали двигать головами. Прикрыл за собой и вернулся в коридор. То, что осталось от ботинок забросил в ящик над входом. Заглянул в ванную и засунул вещи в стиральную машину, запустил стирку и сушку. Включил воду и пошёл под душ.
Водные процедуры показались сущим мучением — горячая вода усиливала боль в затылке. Понятно, что мне сейчас лучше не делать таких процедур, но это было необходимо. Каждое прикосновение к шее и затылку будто рождало взрыв в голове. Хватался за стену и часто дышал, прогоняя зайчиков из глаз.
Когда закончил, какое-то время сидел на стиральной машине, которая заканчивала сушку. Начался озноб — это тоже было плохо. Или занесли инфекцию, или реакция организма. В любом случае, я не боец в настоящее время.
— Какой боец! — зарычал, вскакивая и смотря в зеркало.
На меня словно смотрел незнакомый мужчина. Синяки под глазами и побелевшая кожа. Мужчина, который никогда в жизни не обижал даже насекомых, во всяком случае, нарочно. Мужчина, который оставил за собой за последние пару часов сразу несколько трупов. Мужчина, который не понимал, что происходит.
Схватился за раскалывающуюся голову с двух сторон, зажмурился и только чудом удержался, чтобы не заорать. Снова стал глубоко дышать и наконец-то расслабился. Вытерся полотенцем, открыл машину и забрал вещи.
На кухне нашёл спрей для дезинфекции с примесью регенерина и брызнул себе на затылок и кулаки. Дорогую жидкость сейчас жалеть не стоило. Схватил из верхнего ящика сразу несколько таблеток — от боли и температуры, проглотил. Заглянул в холодильник и на удивление быстро съел половину куска синтетического мяса. За ним пошли фрукты со стола, шоколад из верхних ящиков и закончил трапезу взбитыми сливками.
Снова приоткрыл комнату, тихо вошёл и достал световой кабель с полки. Вернулся на кухню и осторожно прислонил разъём к выходу нейрошунта. Магнитный захват сработал почти сразу, голова вновь взорвалась от боли, сжал зубы и выждал, пока приступ пройдёт. Второй конец подключил к коммуникатору и взглянул на экран.
«Synchronisation…»
«Modell M-S-P-Q-0003…»
«Typ…»
Нажал на настройки в верхнем углу, выбрал славянский язык и получил предупреждение:
«Keine offizielle lokalisierung…»
«Ignorieren?»
Я понимал немецкий язык, которого раньше не знал. Каждый правильный перевод взрывал в голове очередную бомбу. Выбора особо не предвиделось, так что подтвердил запуск перевода.
«Инициализация…»
«Профиль…»
«Май Сергеевич Смирнов…»
«42 года…»
«Синхронизация…»
На дисплее коммуникатора появился значок беспроводного соединения с нейрошунтом. Со всей осторожностью отключил провод, но это не помогло, боль пронзила голову.
Стал копаться по знакомому меню, попутно проклиная дешёвую модель коммуникатора. Он не мог в полной мере выводить информацию даже о моём старом нейрошунте. У него имелась своя операционная система, и она подстраивалась под устройство, которое подключалось. И если в коммуникаторе, например, не предусматривалась возможность включения какой-нибудь функции — то никак её и не включишь. Очень ограниченное устройство, зато дешёвое. Правда, и функций раньше мне много не нужно было, хватало того, что есть.
После десяти минут поисков, понял, что ничего не получается. Возможности входа в данные о здоровье или чего-то подобного найти не получилось. Попытавшись ещё несколько раз, положил устройство с экраном на кухонный стол.
Вдруг понял — страшно тянет в сон. Мне нужно было собираться, будить дочь, уходить, но я уже просто не стоял на ногах. Подошёл к раковине и включил холодную воду. Умылся несколько раз, но не помогло. Нашёл полотенце и побрёл к комнате. Выключил везде свет, рухнул на пол, на свой надувной матрас. Стоять я больше физически не мог — слабость навалилась титаническая. Стоило голове оказаться на подушке, и я почти моментально провалился в беспамятство.
* * *
Разбудила трель звонка, хотя он у меня на ночь отключен. Поморщился, открывая глаза и пытаясь сообразить, что происходит. Когда вспомнил, что случилось совсем недавно, сердце ушло в пятки. Проморгался, вскакивая и понимая: звук звонка идёт прямо из головы. Я вчера забыл прервать беспроводную связь нейрошунта и коммуникатора.
Окно закрыли жалюзи, но сквозь них видно, что на улице уже утро или день. Дочка спит, свернувшись, скорее всего, раннее утро. Она обычно просыпается до девяти.
Поднялся, в первую очередь проверил окно — никого. Достал коммуникатор дочери, включил и осторожно спустив одну часть форточки вниз, вынул устройство камерой вверх. Провернул и тут же вернул обратно, посмотрел запись — всё чисто.
Выхватил из шкафа штаны и футболку, снова морщась от головной боли при резких движениях. Зашёл в ванную, схватил вибронож и спрятал за спиной, засунув за резинку штанов. Наконец-то оказался у двери и включил встроенный экран, там показался незваный гость. Мужчина в кожаной куртке и штанах, коротко стриженный, на ногах кроссовки. Он посмотрел на зрачок камеры, снова постучал в дверь. Коммуникатор на кухне завибрировал, дублируя сигнал в моей голове.
Если бы это были «гости» с ночной прогулки, не церемонились бы. Слишком уж серьёзно было всё в этом доме. Это смущало — у них должны быть ресурсы, чтобы меня вычислить. Даже то, что я всё уничтожил в доме — ничего не решает. Есть уличные камеры и датчики, они фиксировали мой приход и уход. Сейчас здесь уже должны быть полиция и спецназ, не меньше.
Но я слышал только звонок от двери.
— Кто? — спросил осторожно.
— Мужик, ты работу искал? — грубо ответили, добавив: — Работа тебя нашла!
За все три месяца пока я искал работу, мне ни разу не позвонили. Возраст не тот, операторов простых станков везде хватает. Так что я не поверил и примерно прикинул легенду, которую мне скажет мужчина. Не открывать тоже нельзя — всё смахивает на проверку.
Схватился за ручку, уже хотел воспользоваться универсальным взломщиком, но не пришлось. Дверь каким-то образом опознала меня и поддалась, открылась, хотя я вчера точно помню, что блокировал её полностью.
— Здравствуйте, — кивнул незнакомцу.
— Привет, — он бесцеремонно подался вперёд.
Пришлось отойти, внимательно наблюдая за бритоголовым и его движениями. Уверенный в себе, взгляд очень
