Ну и отлично! Больше всего Артем боялся не рассчитать силу и покалечить, а то и вовсе убить. Как там говорил Волков: «Люди ведь такие хрупкие, их очень легко сломать…»
От входа в зал донеслись негромкие хлопки.
Артем повернулся, только и успев увидеть, как в дверях скрылся кто-то очень похожий на спасенного им из плена Сноходца. Того самого Партизана, инициированного Медузой. Он двинул было следом, но подошедший тренер удержал его за рукав.
— Не спеши. Есть разговор.
— Но я хотел… — попытался возразить Артем, да куда там.
— Успеешь ты еще пообщаться с этим новичком. Никуда он от тебя не денется. Тем более раз уж он так интересуется поединками с твоим участием, — сказал Волков вкрадчиво, осторожно увлекая ученика в дальний угол зала. — Есть более важные дела.
— Это какие же? — спросил Артем удивленно. Но, покосившись на недовольно поджатые губы тренера, устало вздохнул и плюхнулся на лавку.
— Другое дело, — усмехнулся Волков и пристроился рядом. — Мне понравилось, как ты сейчас дрался. Пусть сделал кучу ошибок, едва не проиграл, но понравилось.
— Ого, спасибо… — начал было Артем, но наставник грубо его прервал:
— Погоди… И знаешь почему? Во второй части боя ты начал думать не как старательный ученик, тупо повторяющий заученные приемы. Нет, ты впервые сражался как Сноходец. Пытался соединять возможности, которые дает тебе Дар, и наработанные у меня боевые навыки.
— Простите, тренер, но я с вами не соглашусь. — Артем недоверчиво хмыкнул. — Способности виритника я применяю уже больше полугода. Собственно, лишь благодаря им и жив до сих пор.
Волков покачал головой:
— Да, но только сегодня ты не просто дрался, сегодня ты сыграл шахматную партию. Впервые применил то, что прячется у тебя здесь, — наставник постучал пальцем по лбу, — по делу. Запомни этот день. Если не остановишься на достигнутом, то быстро изживешь свои комплексы по отношению к Тагиру, Кардиналу и остальной вашей братии.
Похвала звучала приятно. Все любят, когда другие высоко оценивают их успехи. Одна беда, именно сейчас Артем вдруг понял, что ему этого уже слишком мало. Он справился с собственным безволием, осознал свое место в жизни и наконец увидел достойную цель, к которой стоило стремиться. В свете всего этого перспектива избавиться от сложностей в общении с Кардиналом и его помощником выглядела весьма бледно. Впрочем, тренеру ничего такого он говорить не стал.
Глава 2
ЗАБЫТЫЕ СТРАЖИ
После разговора с Кардиналом внешне в жизни Артема ничего не изменилось. Он все так же ходил в рейды, в меру своих сил натаскивал Гулидова и мальчишек, сам занимался с Волковым. Да и вообще вел себя тише воды ниже травы. Ни тебе скандалов, ни каких-то громких происшествий. Даже созыв очередного Совета Конклава, в котором опять не планировалось его участие, оставил Артема равнодушным. Да и как иначе, когда впереди маячит проблема, на фоне которой остальное смотрится мелким и ненужным. Замахнувшись на нечто действительно серьезное, как-то очень быстро прекращаешь обращать внимание на всякие бытовые неурядицы.
А дело ведь и впрямь он задумал нешуточное, для недавнего же бродяги, только-только освоившего несколько сверхъестественных фокусов, можно сказать, и вовсе неподъемное. Как за него браться, с чего начинать?! Ответов у Артема не было. На помощь Кардинала можно не рассчитывать, земной опыт бесполезен — тут волей-неволей в депрессию впадешь. Мало того что знаний нет, так еще непонятно, где их можно взять.
Пару дней он рыскал по миру снов, пытаясь найти следы этих стервятников Паталы, но тщетно: то ли недостаточно способностей, дарованных прохождением Первой Пелены, то ли он не там ищет. В такой ситуации Артем оказался впервые. Казалось бы, вот он, враг: бей, круши его — ан нет, не получается. В какой-то момент даже мелькнула мысль плюнуть и последовать совету Дымова. Будь что будет, авось до него не доберутся. Но уподобляться страусу с его мифической привычкой прятать голову в песок не хотелось.
Выход из тупика помог найти случай.
Перед самым Советом в Башне воцарилась атмосфера того, что во все времена было принято именовать словом бардак. Неважно, что за мероприятие проводится — конференция, встреча с президентом или переговоры с участием Бессмертных — вокруг обязательно поднимается страшная суета. Все куда-то бегут, мельтешат, тащат столы и стулья, ругаются с охраной и друг с другом. Сущий дурдом, одним словом.
Так было и на этот раз, один лишь Артем оказался не у дел.
После вчерашнего патрулирования ему полагался выходной, и чем себя занять, он не знал. Волков вернулся в Школу, а спортзал оккупировало прибывшее из Поселка молодое пополнение Меченых, появление которых в Башне добавило немало беспокойства.
Кардинал организовал в своем карманном мирке нечто вроде полугодичных курсов для новичков, и сегодня у них был первый выход в мир в новом для себя качестве. Свежеиспеченные оборотни и Сноходцы покидали безопасность секретной базы Хмурого и вновь привыкали к реальности Сосновска.
Столь мягкое отношение к ученикам здорово веселило Артема. Его приобщение к тайнам Паталы проходило совсем по другому сценарию. Да и первое поколение виритников на своей шкуре испытало прелести первопроходцев. Впрочем, наверное, так правильно. Тот, кто шагает впереди, собирает все шишки, а идущие следом учатся на его ошибках.
Чему научились новенькие, еще только предстояло выяснить, но одно было ясно уже сейчас: желание работать над собой им таки привили. Час погуляли по Башне, а затем дружно осели в спортзале. Лязганье тренажеров и хэканье молотящих по грушам и макиварам бойцов теперь разносилось по всему зданию.
Гулидов, которого миновала чаша коллективного обучения, к новичкам отнесся скептически.
— Понабрали салабонов, «кляксу» им в зад, — объявил он, ввалившись в комнату Артема. — Дури много, а опыта кот наплакал. Зато по этажам гоголем ходят, разве что через губу не плюют. Прямо высшая каста прибыла. Не знаю, чем там им Кардинал мозги запудрил, но добром это не кончится.
Недовольство в голосе Гулидова вызвало у Артема лишь невеселую усмешку. Так уж получилось, но не слишком уважительное отношение Меченых к Лазовскому перешло и на его ученика. Там, где простые бойцы видели Сноходца, оборотни и виритники замечали лишь «слабака, которого Кардинал за шкирку в люди вытащил». Столь пренебрежительное отношение к наставнику плюс собственные неудачи вызывали у Сергея злость и раздражение. И тут вдруг появляются такие «везунчики».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
