потерпеть неудачу.
Джордж Буш-младший
Багдад пал. Город взят войсками, несущими свободу. Его больницы переполнены обожженными и искалеченными гражданскими лицами, многие из них дети, и все они – жертвы ракет, снарядов и бомб, выпущенных освободителями. Статуи Саддама Хусейна опрокинуты. Тем временем в Пентагоне на пресс-конференции господин Рамсфельд предполагает, что следующей освобожденной страной может стать Сирия.
Сегодня утром пришло электронное письмо от друга-художника: «На сегодняшний мир трудно смотреть, тем более – думать о нем». Все мы узнаём себя в этом крике души. И всё же давайте подумаем.
Бывает, смотришь на знакомую гору, и она кажется неповторимой. Из-за определенного освещения, температуры, ветра, времени года. Вы могли бы прожить семь жизней и никогда больше не увидеть гору такой, какая она сейчас; ее облик так же характерен, как мимолетный взгляд за завтраком. Гора остается на одном и том же месте, и она почти вечна, но для тех, кто знаком с ней, она никогда не повторяется. У нее другая временная шкала.
Дни и ночи продолжающейся войны в Ираке отличаются друг от друга горестями, актами неповиновения, даже глупостями. Однако война остается войной, которую почти все в мире воспринимают как беспрецедентно циничную агрессию (из-за пропасти между декларируемыми принципами и реальными целями). Ее цель – захват контроля над одним из богатейших запасов нефти, испытание нового оружия безжалостного уничтожения, такого как электромагнитная бомба, бесплатно предложенного Пентагону производителями в надежде получить выгодные контракты в будущем. Но главным образом это демонстрация нынешнему фрагментированному, но глобальному миру, что такое доктрина «Шока и трепета»!
Можно сформулировать иначе. Главная цель войны, развязанной вопреки резолюциям ООН, – это демонстрация того, что, произойдет с любым лидером, нацией или сообществом, которые упорно отказываются соблюдать интересы США. Жизненная необходимость такой демонстрации обсуждалась еще до избрания Буша и до террористических атак 11 сентября 2001 года.
Термин «интересы США» может запутать. В виду имеются не интересы граждан США, а интересы разветвленных транснациональных корпораций, в которых доминирует американский капитал и которые находятся под защитой вооруженных сил США.
Рамсфельд, Чейни, Райс, Вулфовиц, Пёрл и компания после 11 сентября прекратили любые дебаты о законности и эффективности угрожающего развертывания власти. Они использовали страх, вызванный атакой на башни-близнецы, чтобы заручиться поддержкой СМИ и общественного мнения для нанесения превентивных ударов по той цели, которую назовут террористической. В результате мировой рынок превращается в звездно-полосатый, а получение прибыли остается единственным неотъемлемым правом.
«Терроризм – это война бедных, а война – это терроризм богатых», – недавно лаконично заметил драматург Питер Устинов.
Утверждение, что у Ирака есть оружие массового уничтожения, было оправданием вторжения. Но, возможно, никогда еще не было войны, где неравенство огневой мощи между воюющими сторонами было настолько велико. С одной стороны – круглосуточное спутниковое наблюдение, Б-52, ракеты «Томагавк», кассетные бомбы, снаряды с обедненным ураном и компьютеризированное оружие, которое настолько изощренно, что порождает теорию бесконтактной войны; с другой стороны – мешки с песком, пожилые мужчины, размахивающие пистолетами своей юности, федаины, одетые в рваные рубашки и кроссовки, вооруженные автоматами Калашникова. Бо́льшая часть вооруженных подразделений Республиканской гвардии была уничтожена бомбами в первую неделю. Сравнительный коэффициент потерь между иракскими войсками и силами Коалиции может оказаться, как и в операции «Буря в пустыне», 1000:1.
Багдад был взят в течение пяти дней, после того как сухопутным войскам был отдан приказ о наступлении. Обязательное в таком случае сбрасывание уродливых статуй диктатора происходило по одной схеме: у освобожденных граждан были только молотки, в то время как американские войска помогали танками и бульдозерами.
Скорость операции убедила только послушных журналистов в том, что вторжение, как и было обещано, стало освобождением. Было продемонстрировано право сильного! Тем временем багдадская беднота, обездоленная за время одиннадцатилетнего эмбарго, начала грабить пустующие общественные здания. Начался хаос.
* * *
Вернитесь к горе, которая предлагает другую временную шкалу, и понаблюдайте оттуда. Победители, с их исторически беспрецедентным превосходством в вооружении, победители, которые неизбежно должны были стать победителями, оказались напуганными. Не только морские пехотинцы в противогазах, отправленные в проблемную страну и переживающие настоящие бури в пустыне, но и люди в Пентагоне, и лидеры Коалиции, появляющиеся на телевидении или совещающиеся конспиративно.
Говорили, что ошибки, допущенные на ранних этапах войны, – солдаты гибли от своей же огневой поддержки, гражданских разрывало на куски в операциях под названием «уничтожение транспортного средства» – были вызваны нервозностью.
Любой из нас боится. Однако лидеры Нового мирового порядка, по-видимому, женаты на страхе, а их подчиненным командирам и сержантам такой страх внушается по мере продвижения по служебной лестнице.
Каковы принципы этого брака? Днем и ночью партнеры говорят себе и своим подчиненным правильные полуправды, надеясь превратить мир из того, что он есть, в нечто, чем он не является! Чтобы создать ложь, требуется шесть полуправд. В результате они теряют связь с реальностью, продолжая при этом иметь власть. Им постоянно приходится амортизировать удары ускорением. Решительность становится их средством предотвращения вопросов.
Несмотря на то, что они женаты на страхе, они не могут примириться со смертью. Страх не впускает смерть, и поэтому мертвые покидают их. Они одиноки на этой планете – в отличие от остального мира. И учитывая всю власть, которой они обладают, прежде всего военную, они опасны. Ужасающе опасны. Это причина, по которой они не выживут.
На двадцать третий день войны хаос усилился в геометрической прогрессии. Режим свергнут. Саддама Хусейна найти не удается. Воздушные бомбардировки продолжают сеять хаос везде, где генерал Томми Фрэнкс считает нужным. А в Багдаде и других освобожденных городах разграблены не только министерства, но и магазины, дома, гостиницы и даже больницы, в которых всё больше и больше искалеченных и умирающих. Некоторые врачи в Багдаде берутся за оружие, пытаясь защитить больницы. Тем временем силы, освободившие город, стоят в стороне, ошеломленные, нервничающие, ничего не предпринимающие.
Сценарий ликования от свержения статуй Саддама Хусейна был тщательно подготовлен в Пентагоне и содержал полуправду. Но то, что будет происходить в городах, он не предвидел. Господин госсекретарь Рамсфельд назвал хаос просто «неаккуратностью».
Когда одна тирания свергается не людьми, а другой тиранией, результатом становится хаос, потому что людям кажется, что общественный порядок полностью разрушен и импульс выживания берет верх. Начинается мародерство. Всё просто и ужасно. Однако тираны ничего не знают о том, как ведут себя люди в экстремальных ситуациях. Страх мешает им; они одни на этой планете; даже мертвые покинули их.
Камни
(июнь 2003)
Экбаль Ахмад[10] был, как мне кажется, человеком, который видел жизнь целиком. Он был
