правило, становились агрессивными, начинали откровенно истерить и орать, что «мы не имеем права их задерживать». Тем более в их среде сейчас было принято вообще ни в чём не верить «сапогам» (то есть военным) и «партейным» (то есть коммунистам), поскольку именно они обманули народ, начали эту войну, погубили цивилизацию, истребили человечество, ввергли выживших в каменный век и т.д и т.п, как будто именно мы первыми применили ядерное оружие в этой войне. Особо злобные из числа этой публики кричали, что СССР вообще должен был сдаться на милость НАТО и тогда у нас тут лет через десять-пятнадцать была бы полная благодать рыночная экономика и свободное предпринимательство, все ходили бы в импортных шмотках, ездили на иностранных машинах, ели американские супербутерброды (гамбургеры, кажется) и немецкую колбасу с сосисками, пили виски и кока-колу. А клятые коммуняки и зажравшиеся генералы вместо этого всё испортили. Правда, такие речи произносились редко, поскольку за них нынче полагалось вешать на ближайшем суку.
В общем, постепенно отвлекаться на душеспасительные разговоры с подобными придурками у нас пропало всякое желание, и на эти запуки военная братия быстро плюнула — идут и хрен с ними, пусть себе идут. Если, конечно, не несут с собой чего-нибудь запрещённого и явно не нарушают «законы военного времени».
В нашей военной среде этих, начитавшихся когда-то плохой фантастики городских идиотов быстро окрестили «Бредуны в Бреду», «Ходоки в Мавзолей Ленина», «Цыганята с цыганами», «Табор уходит в небо», «Китежградские утопленники» (это самые приличные определения) и прочими подобными кличками.
Интересно, что на второй, послезимний год вектор этой самой шизы несколько изменился, хотя суть и осталась прежней.
Почему-то вдруг стало «не модно» тянуться на Запад и Север. Видимо, оттого что оттуда никто так и не вернулся, вера в «счастливые города» оказалась несколько подорванной. Зато теперь кто-то пустил слух, что некие «Оазисы» есть в Сибири. Эти россказни уже носили явно религиозный характер, поскольку в разных версиях этих дурацких легенд «центрами благодати» назывались некие староверские или буддистские монастыри. Поразительно, до чего же могут додуматься окончательно съехавшие с катушек атеисты!
Нет, то есть монастыри сейчас кое-где остались, и уцелевшие верующие действительно кучковались вокруг некоторых из них. Но, лично побывав там пару раз по служебным надобностям (подсчёт живых и мёртвых), я особо счастливой и сытой жизни там не увидел. Живут там так же, как и в любой нынешней деревне или посёлке, натуральным хозяйством, едва сводя концы с концами. Разве что молятся да посты держат, что при нынешнем скудном рационе вовсе не сложно.
То есть, если в Сибири или Бурятии сейчас и остаются какие-то крупные монастыри, то их обитателям точно нет дела до этих придурков с их дурацкими фантазиями. Тем более что со стороны Монголии (если иметь в виду буддистов), бывало, забредали крупные вооружённые банды, и из числа «славных потомков Сухэ-Батора», и китайские. Но тем не менее эти бредни воодушевили довольно многих шизиков. Теперь почему-то считалось, что монахи (без разницы, православные или буддистские) могут обучить любого верующего особым образом, после чего он достигнет новой ступени совершенства — не будет зависеть от радиации, пищи и смены времён года, то есть, надо полагать, будет круглый год ходить голышом, питаться энергией солнца и ветра и вроде бы даже сможет читать мысли, исцелять наложением рук и летать по воздуху без каких-либо технических приспособлений. А лучше всего пробираться прямо в Тибет, к Далай-Ламе и Шамбале...
По-моему, сочинители этих баек чрезмерно льстили церковникам по части чудотворства.
А встреченная нами только что шестёрка как раз очень напоминала таких психов-бредунов. Нормальные люди сейчас, после весеннего сева, сидят по поселениям и ждут сбора урожая, чтобы потом было чего жрать зимой.
А этим, похоже, всё равно — вот и топают себе за туманом и за запахом тайги. Двигаются такие группы и группки, обычно совершенно не разбирая дорог, нигде подолгу не задерживаются и, как правило, очень плохо кончают. Поскольку местности они, сплошь и рядом, не знают, а карт у них нет совсем, подобные шизики часто по собственной дурости попадают или в сильно заражённые места, или забредают в глушь, где нарываются на многочисленное голодное зверьё, или попадают в руки остаточных банд (а банды сейчас бывают разнообразные, от обычных уголовников до каких-ни- будь помешанных сектантов, приносящих человеческие жертвы во славу «Великого Огня», то есть атомной бомбы) или каких-нибудь таёжных хуторян. А эти самые, часто имеющие автоматическое оружие и надворные постройки, которые и из танковой пушки не сразу развалишь, хуторяне — ребята весьма практичные и чужого рабского труда, а также многоженства отнюдь не гнушаются.
Я раскрыл планшет и посмотрел свою карту. Всё верно, шестеро путников пёрлись в юго-восточном направлении. Там, откуда они шли, километрах в десяти была обозначена деревня Абызово, а километрах в восьми на их пути — деревня Муслюмкино. Оба населённых пункта были помечены на моей карте чёрным цветом, то есть уже давно являлись нежилыми. В общем, для этих шизиков вполне логично идти по чащобам, избегая людей и ночуя в вымерших деревнях и прочих руинах. Да и фиг с ними, пусть эти шестеро и дальше ищут этот самый «Оазис», которого в природе не существует. И ведь даже младенца этим гадам не жалко...
Конечно, был вариант просто скомандовать ефрейтору открыть огонь, и он, будучи в крайне испуганном состоянии, явно положил бы всех шестерых одной длинной очередью. Одна загвоздка — мы по женщинам и детям не стреляем (не считая, разумеется, случаев, когда они начинают стрелять в нас первыми, в жизни бывает и такое). Можно было попытаться их тормознуть и устроить обыск с проверкой документов, но нас двое, а их шестеpo — часть непременно разбежалась бы по кустам.
А оно мне надо — вылавливать их по лесу, а потом связывать и конвоировать до расположения, при том, что и по пути они наверняка попытались бы сбежать при первой же попытке попроситься до ветру? Нет, ну их всех к бениной маме.
Решив ограничиться сообщением о встречных во время очередного сеанса радиосвязи, я закрыл планшет, и мы с ефрейтором двинулись дальше.
Мы прошли километра три, когда я заметил, что по правой стороне старой дороги лес вроде как поредел. Просека? Никаких дорог в том направлении на моей карте обозначено не было, но если некий «объект» действительно находился на своём предполагаемом месте, здесь вполне могла быть, скажем, грунтовая дорога, которая использовалась как во время постройки этого «объекта», так и в дальнейшем.
