Тем более, что после французских попыток захватить Индию, британские колонизаторы попытались установить свой контроль над Афганистаном, воспользовавшись ослаблением Эмирата Афганистан. Когда правитель эмирата Дост-Мухаммед Акбар-хан обратился за помощью к России, британцы двинули на Кабул свои войска. Началась первая англоафганская война 1838–1842 годов. Хотя британцам удалось низложить и пленить Дост-Мухаммеда, захватить Кабул и поставить свои гарнизоны, мощное восстание пуштунов привело к полному поражению и отступлению британцев из Афганистана.
Россия стояла на пути всех этих широких колонизаторских планов европейских держав, имея большое влияние в Иране (вплоть до того, что под влиянием России Персия стремилась захватить Герат, и захватила его в 1856 году), оказывала поддержку афганскому эмирату, и вообще в Британии было мнение, выраженное в том числе Ф. Энгельсом, что если не воспрепятствовать дальнейшему продвижению русских, то уже в начале 1870-х годов они бы стучались в дверь Индии[30]. В силу этих обстоятельств у Британии был большой интерес к войне с Россией и к открытию прохода в Каспийское море. Там они подчинили бы себе Персию, Хивинское и Бухарское ханство, а далее с двух сторон взяли бы и сам Афганистан. Если бы эти планы свершились, то вскоре весь прикаспийский регион сделался бы британской колонией, что, вне всякого сомнения, оказало бы огромное влияние на весь ход мировой истории.
Однако, влиянием России в Азии дело вовсе не ограничивалось. У России имелся весьма мощный военно-морской флот, который в начале XIX века вышел на океанские просторы. В 1803 году была организована кругосветная экспедиция под командованием капитан-лейтенанта И.Ф. Крузенштерна, снаряженная Российско-Американской компанией и Морским министерством. Она прошла по Атлантике, обогнула мыс Горн, прошла через весь Тихий океан к берегам Аляски. Потом она прошла в Японию и Китай, прошла через Южно-Китайское и Яванское моря, Индийский и снова Атлантический океан и вернулась в Кронштадт. В 1819 году две экспедиции М.Н. Васильева и Ф.Ф. Беллинсгаузена вышли исследовать моря Северного Ледовитого океана и моря вокруг Антарктиды.
Экспедиции Ф.Ф. Беллинсгаузена и М.Н. Лазарева довелось осуществить выдающееся географическое открытие. Они подошли к берегам Антарктиды, увидели высокие ледяные горы, скалы, покрытые снегом, открыли остров Петра I и Берег Александра I. Этим было практически доказано предположение, высказанное еще в XVIII веке, что на Южном полюсе должна быть земля в виде достаточно крупного материка[31].
Сейчас эти экспедиции воспринимаются чуть ли не как чисто научные. Однако в то время это был серьезный вызов британскому морскому могуществу. Русский флот обретал опыт плавания в разных морях и океанах, совершенствовал навигацию и уточнял карты. Там, где прошли шлюпы, которые были военными кораблями под командованием флотских офицеров, там могут пройти фрегаты. Пара-тройка фрегатов с пушками и отборным флотским экипажем вполне могут устроить присоединение какой-нибудь заморской земли к России. Достаточно русским морякам основать форт и заключить соглашение с местным правителем (именно так англичане, французы и голландцы брали свои заморские колонии: сначала укрепленный форт в бухте, потом альянс с местным правителем, а потом уже подчинение его владений метрополии), чтобы появился русский форпост, ликвидировать который будет стоить больших усилий. Возможное появление русских заморских колоний в Тихом океане была прямой угрозой британским интересам.
Силами Российско-Американской компании к тому времени уже была создана целая сеть портов, поселений и факторий на побережье Охотского моря, на Камчатке, на Сахалине и Курильских островах, а также на Аляске. В 1821 году Россия объявила акваторию Тихого океана севернее 51 градуса северной широты своими внутренними водами, где иностранные суда могли ходить только с разрешения русского правительства[32]. Правда, впоследствии было сделано послабление для американских судов.
Планы распространения российского влияния в 1820-х годах были очень широкими, и предусматривали организацию торговли с Гонконгом, Макао, голландской Ост-Индией (ныне Индонезия), Филиппинскими и Марианскими островами, то есть русская экспансия должна была охватить практически всю северную часть Тихого океана. И здесь интересы России и Англии стали сталкиваться. К примеру, Российско-Американская компания предпринимала немало попыток к тому, чтобы заключить торговое соглашение с Японией и открыть с ней торговлю. В конце 1840-х годов, после первой «опиумной войны» в Китае, также же попытки открыть Японию для торговли предпринимали и англичане.
Перед самой Крымской войной, в 1853 году Николай I предписал Российско-Американской компании занять южный Сахалин, основать там порты и военные посты, поскольку на эту часть острова уже примерялись американцы, узнавшие о сахалинских запасах угля, необходимых для бункеровки пароходов, идущих из Сан-Франциско в Шанхай[33]. Уже после завершения Крымской войны, русские представители подписали с Японией договор о границе, которая была проведена между островами Уруп и Итуруп (Россия получала все Курильские острова севернее Итурупа), а также торговый договор, действовавший до 1895 года.
Иными словами, и на Тихом океане у России были очень широкие сферы интересов, простиравшиеся на обширные океанские акватории и прибрежные территории. Сфера этих интересов непосредственно подступала к границам колониальных владений Британии, Франции и Голландии в Америке и в Азии, русские выступали конкурентами европейцев в торговле с Японией и Китаем. Вполне возможно было присоединение к России Гавайских островов, тем более что в 1814 года Россия установила протекторат над Королевством Гавайи и в 1817 году там была сооружена русская крепость. Русские могли двинуться из Аляски вглубь Канады или попытать счастье на тихоокеанских острова, вблизи британских владений в Австралии и Новой Зеландии. Конечно же, это не могло не беспокоить британских колонизаторов, и в силу этого в годы Крымской войны было организовано нападение на Петропавловск-Камчатский.
Англо-французская эскадра, вышедшая из перуанской гавани Кальяо, намеревалась внезапным нападением овладеть Петропавловск-Камчатским и захватить торговые суда Российско-Американской компании. Однако, в Авачинской бухте союзники обнаружили русские корабли, изготовившиеся к бою и недавно построенные батареи. Потому ни бомбардировка, ни попытки высадить десант, успеха англофранцузской эскадре не принесли. Существует расхожая версия, что перед началом обстрела Петропавловск-Камчатского застрелился английский адмирал Дэвид Пауэлл Прайс[34]. Но в это верится слабо. Прайс был на флоте с 11 лет от роду, юнгой участвовал в ряде сражений, а потом, судя по всему, был знатоком абордажного боя, имел пулевые и штыковые ранения, полученные в рукопашных схватках. Версия о его самоубийстве пошла от сообщения пленного, которому поверил военный губернатор Камчатки капитан 1-го ранга В.С. Завойко (после Крымской войны произведен в контр-адмиралы). Скорее всего, адмирал Прайс был убит во время обстрела батарей 18 (30) августа 1854 года, когда русские пушки нанесли повреждения английскому фрегату «Президент».
Впрочем, несмотря на впечатляющую русскую победу, тем не менее, было решено перенести военный порт в устье Амура, в нынешний Николаевск-на-Амуре, что и было сделано в начале 1855 года. Этот перевод серьезно ослабил русское военно-морское присутствие в Тихом океане и стал одной из причин последующей продажи Аляски в 1867 году.
Однако, вернемся снова в Европу. У Британской империи, как, впрочем, у Франции и Голландии, была серьезная проблема в расширении своего влияния в Индии, Азии и Восточной Африке. Для того чтобы туда дойти, требовалось огибать Африку и мыс Доброй Надежды. Путь получался долгим и опасным, но прямого морского маршрута не было. В принципе, европейцы еще в конце XVIII века, после похода Наполеона в Египет, знали о возможности строительства канала через перешеек между Средиземным и Красным морем. Этот путь спрямлял сообщение с Индией на 8 тысяч миль, ускорял и удешевлял морское сообщение. Европейцы также знали о том, что в древности здесь уже был канал, известный как «река Траяна», и построить новый канал будет не столь сложно. Проработанный проект канала появился в 1846 году, а французский дипломат Фердинанд де Лессепс выдвинул идею прокладки глубоководного канала, пригодного для больших кораблей.
Турция готова была разрешить строительство канала, но вся проблема была в России, у которой были свои интересы в отношении Турции и непосредственно прилегающей к зоне канала Палестине. Кроме того, русский черноморский флот мог пройти проливами из Черного моря в Средиземное, что не раз делалось, и устроить погром на этой важной судоходной трассе. Потому концессия на строительство канала была получена де Лессепсом от правителя Египта Саид-паши только в 1855 году, а строительство начато в 1859 году, то есть после завершения Крымской войны. Русского флота можно было уже не опасаться. Его на Черном море уже не было.
