важнее. Вот и всё.
— Это не так, — сказал Гвирн изменившимся голосом, и Юта невольно посмотрела на него. — Всё, что касается тебя, для меня имеет первостепенное значение. Что бы это ни было, я всегда тебя поддержу и встану на твою сторону.
— Спасибо, — промямлила Юта.
Она всегда терялась, когда Гвирн говорил подобные вещи. Юта попыталась высвободить руку, но Гвирн не отпустил, мягко, но уверенно удерживая в своей руке.
Его ладонь была тёплой. Неожиданно Юта начала различать малейшие перемены в движениях мужчины. Все её чувства словно многократно обострились. То, чего она никогда не заметила бы в других обстоятельствах, вдруг стало так явно, так громко, так ярко.
Юта слышала глубокое, чуть ускорившееся дыхание Гвирна над своим левым ухом, шорох его одежды и шарканье ног. И, будто дуновение ветра, ощутила быстрое лёгкое движение в её сторону.
Юта взглянула на Гвирна. И нашла его глаза прямо напротив своих. Тремя пальцами он аккуратно приподнял её подбородок. И легонько удерживал, так чтобы Юта не могла отвернуться.
Она понимала, что сейчас должно произойти. И даже понимала, что это было бы очень просто и естественно — поцеловать Гвирна. Но какая-то часть её продолжала с удивлением смотреть на происходящее.
Лицо Гвирна было так близко, что Юта ощущала его дыхание на своей коже. Она закрыла глаза, с бьющимся сердцем ожидая того, что будет дальше.
Вдруг мягкие пальцы отпустили её. Юта почувствовала, как Гвирн отстранился. Она открыла глаза и увидела, что в комнате стоит атлург. Он удивлённо рассматривал Юту и Гвирна. Юта не знала, в чём была причина удивления, — в том, каким перед ним предстал Гвирн — будущий предводитель народа — или же в том, — с кем он его застал. Под этим отстранённо-любопытным взглядом Юта покраснела с головы до пят.
Она посмотрела на Гвирна, ожидая, как он разрешит эту неловкую ситуацию. И, к своему удивлению, увидела на лице Гвирна недовольство.
— В чём дело? — нетерпеливо бросил мужчина. Он всё ещё не выпустил руку Юты и сидел достаточно близко к ней. Казалось, Гвирн готов продолжить то, на чём их прервали, в тот же момент, как атлург отвернётся, чтобы выйти.
— Корт… — парень замялся и как-то странно посмотрел на Юту.
Сердце девушки вдруг куда-то ухнуло.
— Что Корт? — недовольно поторопил атлурга Гвирн. Но Юта уже забыла о нём, во все глаза глядя на отчего-то медлившего парня.
— На Корта напали. Ночью. Трое. Он ранен.
Секунду Юта пыталась осознать услышанное, а потом сорвалась с места и бросилась из комнаты.
* Названия водоносных растений.
Глава 3. То, что нас ранит
На одном дыхании Юта пробежала половину города. Она ворвалась в лурд, где жил Корт, ничего не соображая от страха и шума крови в ушах. В кухне собралось множество людей. Юта хотела было растолкать всех и броситься во внутренние покои — туда, где должен быть Корт. И только наткнувшись взглядом на прямую спину Леды, осознала неуместность своего порыва.
Отчего-то Юте стало стыдно перед Ледой. Она не знала, как обратиться к девушке, и мялась у входа. Но тут Леда обернулась и увидела Юту, замершую на пороге.
Девушка-атлург была бледной, с ввалившимися глазами и остро выступившими скулами. Она выглядела так, будто это её ранили прошлой ночью.
Но всё же Леда находила в себе силы улыбаться. Через их дом за утро прошло уже множество людей. Они хотели узнать из первых рук, что случилось, увидеть Корта или выразить соболезнования и надежду, что всё обойдётся. Некоторые из них приходили и уходили. Другие — оставались. С угрюмым видом они усаживались на откуда-то принесённые табуретки или толпились вдоль стен.
Лица, на которых застыло одно и то же выражение: сдержанная печаль и жалость, — не к Корту, — к ней — сменяли одно другое. Одинаковые слова — сожаления ли, поддержки — слились для Леды в непрерывный, ничего не значащий шум.
От мельтешения одинаковых лиц и слов у неё разболелась голова. Леде казалось, что это длится вечность. Должно быть, так и было. Она дико устала, ведь провела на ногах всю ночь, и ничего не хотела больше, чем остаться с Кортом наедине.
Потому, увидев среди однообразных выражений живую эмоцию боли на лице Юты, почувствовала к девушке нежность и благодарность. Хотя Леда и осознавала причину этой боли, ведь для неё не была секретом влюблённость Юты в её мужа. И всё же сейчас она ощущала к девушке скорее жалость, чем что-либо иное.
Именно поэтому она направилась к Юте, которая с широко раскрытыми глазами смотрела по сторонам, как будто не знала, что ей делать дальше.
— Леда, что случилось? — Увидев её, Юта всем телом подалась вперёд. В её глазах была паника. Казалось, Юта плохо понимала, где она и что происходит.
— Корт ранен, — через силу выдавила Леда улыбку.
Она аккуратно взяла Юту за локоть и повела от двери. Юта шла покорно, как коза на верёвке. Все её чувства были обращены к Леде, которая в этот момент казалась ей чуть ли не вершительницей её судьбы. Леда отвела Юту в сторонку и заговорила быстрым шёпотом, хотя в этом не было никакой необходимости, ведь подробности случившегося были и так всем известны.
— Вчера ночью, когда Корт возвращался домой, на него напали трое вооружённых людей. Его сильно ранили. Корт потерял много крови, прежде чем его нашли. Похоже, внутренние органы повреждены. — Нижняя губа Леды на секунду дрогнула, но тут же её лицо снова разгладилось. — С самого утра он то приходит в себя, то теряет сознание. — Леда поколебалась. — Но ты можешь его увидеть. Думаю, он хотел бы этого.
И решительным покровительственным шагом направилась к спальне, вход в которую был закрыт ещё одним, более лёгким пологом.
Сквозь полупрозрачную ткань Юта видела широкую низкую кровать и тело, неподвижно лежащее на ней. Леда провела её за занавесь и оставила одну.
В комнате стоял резкий запах лекарственных снадобий. Приступок возле кровати был заставлен мисками и чашами с разноцветными мазями и настоями. На углу лежал бинт из широкого отреза серой ткани. Размотавшимся концом он доставал до пола.
Только рассмотрев комнату во всех деталях, как будто там было что-то очень важное, Юта посмотрела на Корта. Он выглядел так, будто спал. Только загорелая кожа как-то посерела, а черты лица заострились. Под глазами залегли глубокие чёрные тени, а кожа вокруг рта, наоборот, была очень бледной.
Мужчина был до груди укрыт одеялом, так что Юта не видела раны. Руки
