Шофер кивнул, и машина рванула с места. Ехать было далеко. Старр сидела на краю сиденья и никак не могла расслабиться. Она думала, что сказать Стефану. Сказать такое мужчине, особенно мужчине, которого любишь!
Наконец они приехали. В машине Старр казалось, что прошла целая вечность, а сейчас, когда она уже была на месте, ею овладело чувство, что она вышла из квартиры Рекса лишь минуту назад. Ее руки были холодны, а сердце стучало, казалось, прямо в горле.
На киностудии ее хорошо знали. Вахтер сразу пропустил ее, а дежурный без задержки проводил к секретарю мистера Десмонда. Стефан был на съемочной площадке.
— Пожалуйста, передайте ему записку, — попросила Старр. — Это очень важно.
Секретарь, молоденькая девушка, посмотрела на нее с сомнением:
— Мистер Десмонд просил его не беспокоить.
Старр всплеснула руками:
— Но я должна его увидеть. Сейчас же. Я беру всю ответственность на себя. Пожалуйста, позвоните ему на площадку.
Наконец девушка согласилась. Десмонд ответил, что скоро придет, и просил подождать его в офисе. Ожидание показалось Старр вечностью. Она ходила взад и вперед по просторному офису, иногда останавливаясь около стола и поглаживая пальцами его прохладную полировку. Как часто раньше она сидела за этим столом и писала письма под диктовку Стефана! Она вздохнула. Разве эти дни не были лучшими в ее жизни? Она живо вспомнила то утро, когда сказала ему, что уходит. Как он был расстроен! Особенно когда она не смогла объяснить причину своего ухода…
— Зачем вы хотели меня видеть, мисс Тейл?
Звук его голоса испугал Старр. Поглощенная своими мыслями, она не слышала, как он вошел. Она повернулась и посмотрела в его умное, красивое, удивленное лицо. Все слова, которые приготовила Старр, вдруг вылетели у нее из головы. Она почувствовала себя ужасно. Надо было хоть что-то сказать.
— Я пришла к вам по поводу вашей жены. Она… — Старр остановилась в замешательстве. Слова, казалось, застревали у нее в горле.
Стефан мгновенно напрягся. Его карие глаза заблестели.
— По поводу моей жены, мисс Тейл?
— Да, — продолжала Старр с каким-то отчаянием. Ее голос вдруг охрип. — Я думаю, вам следует это знать. Сегодня ночью она собирается сбежать с Рексом Брендоном.
Глава 5
Стефан ничего не ответил. Лишь по тому, как внезапно он весь напрягся, по сжатым губам и блеску глаз Старр поняла, что он услышал ее. Они оба молчали. Для Старр это становилось невыносимым. Смертельно бледная, она стояла около сверкающего полированного стола, нервно теребя пальцами пресс-папье, и молила Бога, чтобы Стефан хоть что-нибудь сказал, что угодно, лишь бы нарушить это молчание. Она не думала, какой будет его реакция, но, когда он заговорил, поразилась странному спокойствию его голоса.
— Вы бы не сказали мне этого, если бы не были точно уверены, правда?
Старр кивнула. У нее пересохли губы, и она облизнула их.
— Да, мистер Десмонд. Я застала их вместе в квартире Рекса Брендона. Там были ее чемоданы. И… она фактически сказала мне, что собирается сделать.
Стефан провел рукой по волосам. Его губы снова сжались. Он попытался что-то сказать, но не смог. Затем внезапно подошел к окну и остановился спиной к Старр.
— Ну вот и конец, — проговорил он негромко. Снова наступило молчание. Затем Десмонд вдруг резко рассмеялся и добавил: — Конец? Почему бы и нет? Какой смысл теперь жить? — Он сделал непонятное движение к окну.
Ужасное предчувствие охватило Старр. Она бросилась вперед и схватила Стефана за руки:
— Мистер Десмонд… ради Бога…
Стефан попытался вырвать руки. Его лицо было странным, словно он не узнавал ее.
— Пустите меня! — воскликнул он.
— Мистер Десмонд, пожалуйста, пожалуйста! — В голосе Старр послышалось отчаяние. — Вы не понимаете, что делаете! Я… я позову на помощь!
Это, казалось, привело Десмонда в чувство. Он смотрел на Старр, как будто только сейчас понял, что она здесь.
— Простите, — пробормотал он, — проведя рукой по взмокшему лбу. — Я, должно быть, сошел с ума.
Старр отпустила его. Он прошел через комнату, опустился в кресло около стола и, закрыв лицо руками, издал короткий стон.
— Что вы обо мне подумаете, мисс Тейл?! Я не спал целую неделю, а может быть, и больше. Работал все дни напролет над новым фильмом. У меня просто сдали нервы. Пожалуйста, не презирайте меня!
Презирать его! Ей бы такое и в голову не пришло. Презирать его, когда она так его любит.
Видеть его жалким и растерянным было для Старр невыносимо. Она, вдруг, вспомнила его таким, каким знала и любила всегда. Решительным, полным энтузиазма, смело глядящим в лицо любым трудностям, страшно самоуверенным, гордым за свою работу, живущим ради нее. А сейчас это был беспомощный человек, с несчастным лицом и нервами, натянутыми до предела. И во всем виновата эта женщина. Его жена, которая предала его. Бог знает, почему она вышла за него замуж. Может быть, потому что кинорежиссер — это так романтично! В этот момент Старр ненавидела Риту Десмонд так, как еще никого в жизни. Тщеславная, мелочная эгоистка! И эту женщину любит Стефан!
— Я не презираю вас, мистер Десмонд, — сказала Старр тихо. — Я думаю, что понимаю вас. К тому же еще не поздно что-либо предпринять.
Но Стефан, казалось, не слышал ее. Он продолжал говорить, сцепив перед собой на столе руки:
— Я знал, что это случится. Я чувствовал это уже целый месяц. Ожидание, когда произойдет этот взрыв, совершенно выбило меня из колеи. Я знал, что она любит этого человека. Страстно и безрассудно. Великого Рекса Брендона! Блестящего любовника из кино! Я ночи напролет вышагивал по своей спальне, пытаясь набраться храбрости, чтобы войти в ее комнату и прямо спросить. Спросить, что значит для нее Рекс и что она собирается делать! Но я боялся. А сейчас жалею, что не сделал этого! Может быть, тогда было еще не поздно и я сумел бы убедить ее, что с ним она никогда не будет счастлива. Он не понимает ее. И даже не пытается понять. Я видел их вместе. Он совсем не любит ее. Я знаю. Если вы сами кого-нибудь сильно любите, вы интуитивно чувствуете, насколько этого человека любят другие!
— А вы ее сильно любите? — не к месту спросила Старр.
Десмонд разжал пальцы и снова сцепил их.
— Сильно! — Он резко засмеялся. — Так сильно, что не могу жить без нее! В моей крови бушует ураган. Я хочу ее постоянно. Я никого не могу любить, кроме нее.
У Старр перехватило дыхание. Она всегда чувствовала, что если Стефан кого-нибудь полюбит, то это будет именно так. Но ведь и она любит его так же сильно. И так же безнадежно… Но сейчас не время думать об этом. Ее вдруг взбесило, что если Рита вернется, то ситуация вскоре может повториться, только с другим мужчиной. Она хотела крикнуть Стефану: «Не позволяй этой женщине испортить твою жизнь. Есть и другие женщины. Другие женщины, которые, поверь, гораздо больше достойны тебя!». Но какой смысл было это говорить? Такой человек, как Стефан, не мог любить женщину только потому, что она его достойна. Он любил ее, потому что не мог не любить!
