любой грязный поступок, лишь бы обладать ею. Но как говорится, если бы Леон знал!
– К вам Арчибальд Тенси, господин, – доложил Фиолент о приходе посетителя хозяину, тем самым разрушив возникшее напряжение в голове Леона.
– Кто? – после небольшой паузы переспросил Леон, все же открыв глаза и положив на стол трубку с волшебным табаком.
Когда что-нибудь шло не так, гном-лепрекон имел старую добрую привычку входить в волшебный сон посредством волшебного табака и часами погружаться в свою психику, проигрывая, словно кино, всю ту информацию, что существовала в его памяти по тому или иному делу. Сейчас, расследуя дело о коллекционере, он как никогда был близок к полному фиаско, и этот факт большого провала не давал ему покоя.
– Арчибальд Тенси, господин, – уже представил вошедшего в зал нейтрального мага Фиолент.
– Рад с вами познакомиться, – протягивая руку, с американским акцентом на плохом русском ответил Арчибальд.
Американец был обычным полукровкой, в его теле текла кровь человека и фавна. Ничего особенного и выдающего он собой не представлял. Только что жил среди людей, пряча свои то и дело растущие рога, двойные сросшиеся пальцы ног и маленький хвост (наследство от отца). Типичный среднестатистический житель волшебного мира. С одним только нюансом – он владел картой одного очень знаменитого пирата. И на этой самой карте было одно очень интересное местечко, где по непроверенным данным тот самый знаменитый пират спрятал свои сокровища.
Подумаешь, золото из сокровищницы пирата, какой-то волшебной ценности этот предмет не представлял до момента, пока ты не откроешь учебник истории волшебного мира и не прочтешь всего лишь один абзац о пирате того времени Дане Креге Овермене по кличке «Золотой глаз».
Цитата из учебника по истории темных деяний 16–18 веков:
«Дан Крег Овермен был грозой восточных морей, один из семи самых опасных пиратов того времени. В нем, в отличие от его братьев по крови – людей, текла еще кровь ирландской ведьмы. Это и предопределило его тягу к волшебному миру. Много знатных семей лепреконов, гномов и других жителей волшебного мира пострадали от террора этого пирата».
А теперь просто поразмыслите: если он был знаком с нашим миром, то в его сокровищнице просто обязаны находиться волшебные вещи и как минимум волшебное золото, а это уже, как говорится, в корне меняет дело.
Арчибальд Тенси хорошо понимал, к кому пришел с просьбой отыскать клад пирата. У лепреконов, как говорится, нюх на золото, так что сомневаться в том, что, если оно где-то зарыто, и лепрекон его не найдет, было как минимум опрометчиво. Единственным «но» в этом назревающем прибыльном дельце было неоконченное дело «О Коллекционере». Поэтому Леон попросил у американца отсрочку на одну неделю, тот возмутился, что, мол, он и так открыл Леону великую тайну, а тот просит о какой-то нелепой отсрочке. В конечном итоге Арчибальд Тенси дал сыщику ровно один час, именно столько он намеревался его ждать в аэропорту.
– Господин, а вы не думаете, что все это обман, и никакого сокровища на самом деле нет? – заметил Фиолент, наблюдая за тем, как его хозяин собирал вещи для новых приключений.
– Вряд ли! Карта подлинная, – не переставая собираться, ответил Леон. – Я видел печать «Золотого глаза»: череп эльфа, человека и гнома на черном алмазе.
– А вы не думали, господин, что Адольф Куффер мог бросить вам эту приманку, чтобы увести от темного артефакта? – уже напрямую спросил домашний эльф.
– Тогда он полный идиот, – перестав собирать вещи в свой черный портфель, ответил Леон. – Этот кусок воска – просто редкий артефакт, а в сокровищах Овермена могут быть монеты самых первых родов ирландских лепреконов, а им цены нет. И что-то мне подсказывает, что именно там было спрятано черное золото ныне живущих лепреконов и моя черная монета.
– Я позволю себе не согласиться с вами, господин, – еще более настойчиво заявил Фиолент. – Мы не знаем, зачем барону Куфферу понадобился этот темный артефакт, а потому очень опрометчиво судить о его стоимости.
– Фиолент. – Леон посмотрел в глаза домашнему эльфу. Его лицо немного изменилось от мыслей о золоте. Глаза стали ярко-оранжевыми, появилось больше морщин, вытянулся подбородок и заострились скулы. Он вообще как-то ссутулился, став похож больше на лепрекона, жаждущего золота, нежели на гнома, чья кровь ровно наполовину текла в его жилах. – Мы по-любому поедем искать золото Дана Крега Овермана, – приказным тоном продолжил великий сыщик. – И ты едешь со мной.
– Как скажете, господин, – после небольшой паузы ответил Фиолент и удалился в свою комнату.
На самолет до Кубы они успели, пройдя регистрацию в терминале, Леон предпочел купить билеты на чартерный рейс vip-классом, дабы за время полета можно было, не привлекая к себе внимания, изучить карту. Фиолент после взлета не сводил глаз с американца, который был на редкость молчалив в сравнении с сегодняшним утром, когда он с долей актерского мастерства описывал подвиги великого и ужасного пирата.
И как бы ни волновался Фиолент, ничего не происходило, пока они летели над сушей. Как только самолет пересек Европу и стал пролетать над Атлантическим океаном, произошло непредвиденное.
«Дз-дз-дз», – раздался виброзвонок. Леон заколдовал телефон, чтобы в полете была доступна сотовая связь.
«Леон, он появился», – неожиданно пришло короткое смс на телефонный номер лепрекона.
Марсель, как только прочитал письмо, незамедлительно посмотрел на сидящего в соседнем кресле самолета Арчибальда Тенси, тот умиротворенно читал какую-то очень древнюю книгу.
– Ах ты, сукин сын, – прошептал Леон и попытался достать свою палочку, Тенси заметил это и тоже попытался достать свою палочку, но не успел.
– Тли-джону, – прокричал Леон, и Арчибальд, потеряв сознание, медленно опустился в кресло. – Фиолент, свяжи его, и немедленно переносимся к Данилу, – чувствуя, что каждая секунда дорога, произнес Леон и в спешном порядке начал рисовать волшебным графитом кроличью нору в город Ч.
– А я вам говорил, что это Куффера рук дело, – связывая американца, напомнил о своей правоте Фиолент. – Вот только кто бы еще меня слушался.
– Черт побери, не работает! Почему? – швырнув волшебный листок бумаги, закричал Леон.
– Мы в воздухе, магический графит должен быть на расстоянии максимум 5 метров от поверхности земли, – связав и заклеив рот Арчибальду, пояснил домашний эльф. – Как видите, господин, цена этого артефакта в разы больше сокровищ.
– Да, вижу, – нервничал Леон. – А у нас есть парашют? – неожиданно спросил он.
– Нет, господин, я не планировал прыгать с парашютом, но в самолете должен быть, – ответил Фиолент.
– Вот и замечательно, – произнес лепрекон, и, достав волшебную палочку, он пошел в каюту персонала. – Дозвонись Бегеру, пусть хоть он
