Девушка с ужасом смотрела на кровавую полосу, которую оставил ее хорошенький зонтик на щеке Монти. Она хотела сразу же извиниться и как-то помочь, чтобы показать свое искреннее сожаление о случившемся. Но неистовство Монти поразила ее, отняло дар речи. Ни один человек не обращался с ней так грубо! При мысли об этом сердце Айрес наполнилось гневом. Представление о добром и великодушном ковбое начинало рассеиваться.
Он взял ее за плечи и, отворачивая Айрис от прохладной реки, показал на залитую солнцем равнину.
– Посмотри – может, ты, наконец, что-то поймешь! – с горечью проговорил юноша.
Испепеляющая жара уже уничтожила первые весенние цветы, оставив лишь жалкие шкурки и пожелтевшие, покоробленные листья. От зноя было даже трудно дышать.
– Мужчинам, которые ездят по этой суровой и жестокой земле, нужен такой же суровый и жесткий хозяин.
– Да ты совсем спятил, – возмутилась девушка, решительно освобождаясь из его рук. – Кто дал тебе право говорить, что мне делать, незаслуженно оскорблять меня, пытаться уничтожить мою собственность…
– Ты не должна находиться здесь – перегон скота не твое дело. Ты ничего не понимаешь, не умеешь руководить мужчинами. Ты ведь даже не разбираешься в коровах.
– Ты самый грубый и тупоголовый человек из всех, кого я знаю, – закричала Айрис. – Меня никогда так не оскорбляли. Я имею полное право находиться там, где хочу. И не обязана спрашивать твоего разрешения. Это мое стадо и мои работники. Благодарю тебя за то, что ты приехал и узнал, что у меня нет никаких проблем!
– Их и не может пока быть. Ведь еще не прошло и двух недель от начала пути. Но уверяю: впереди нас всех поджидает море неприятностей и волнений. Сейчас тебе еще не поздно вернуться домой.
– Я уже, кажется, говорила, – ответила Айрис, чувствуя, как унизительное предложение Монти вызывает в ней волну ярости, – что мой отец потерял ранчо. Сегодня банк лишает меня права владения.
– Тогда позволь своему управляющему самому гнать стадо.
– Нет.
– Ты можешь остаться до следующего лета в Сан-Антонио или Остине. Может, ты найдешь подходящего мужа. Тебе нужен человек, который мог бы помочь и присмотреть за тобой.
– Я не собираюсь искать мужа, – ответила Айрис. Глаза девушки блестели от ярости. – И я не нуждаюсь ни в чьем присмотре. Я не ребенок и не позволю обращаться со мной как с маленькой девочкой.
– Со мной у тебя твой номер не прошел – я не клюнул на твои уловки. – Монти от души рассмеялся, что вызвало у Айрис бешеное желание ударить его. – Хотя я бы не отказался взять тебя к себе на день или два, а то и на парочку ночей, – добавил он и лукаво подмигнул. – Но, увы! – я не собираюсь подставлять свою шею под хомут.
– Да я бы ни за что на свете не согласилась выйти за тебя замуж. Даже останься ты последним мужчиной на всей Земле, – пренебрежительно заявила девушка, стараясь обойти намек Монти. – Ты простой ковбой и ничего особенного из себя не представляешь.
На самом деле Айрис, конечно, думала по-другому. Монти казался девушке самым привлекательным мужчиной в мире. К тому же самым недоступным, что всегда привлекает.
Монти слабо засмеялся.
– Рано или поздно ты все равно выйдешь за кого-нибудь. Мне не очень хотелось говорить, ты и так слишком много о себе воображаешь. Но не могу не признать – ты дьявольски красивая женщина. И у тебя изумительная фигура. Клянусь, мужчины падают перед тобой на колени и стараются во всем угодить.
Она действительно была прекрасна. Конечно, выбор платья был не совсем удачен для прерии, но оно поразительно подчеркивало ее женственность. Айрис всецело завладела вниманием Монти подобно коршуну, вцепившемуся в свою добычу. Если цель девушки была сбить парня с толку, то это вполне удалось. Как он мог убедить ее вернуться домой, когда его глаза говорили совсем обратное? Монти считал себя довольно устойчивым к женским чарам. Но не мог устоять перед Айрис. И сейчас крайне необходимо было подавить порыв приблизиться к ней и прикоснуться к ее телу. Он почти ощущал девушку в своих объятиях. И это чувство становилось все более очевидным, находя упругое материальное воплощение под брюками молодого человека. Боже милостивый, дай сил переключить внимание на что-нибудь другое, в противном случае едва ли удастся совладать с собой!
– Ну, не то чтобы ползают, – скромно призналась Айрис, – но действительно пытаются угодить.
– Готов поспорить, что так оно и есть, – усмехнулся Монти. – Ты выберешь какого-нибудь бедолагу и через год доведешь его до полного безрассудства. До того, что он не будет знать, тебе перерезать горло или себе.
Некоторую иронию в настроении Айрис как ветром сдуло.
– Ты самый несносный и грубый человек во всем Техасе!
Монти не хотел сердить девушку – он просто нечаянно высказал пришедшую на ум мысль. Красивая женщина всегда сводит мужчин с ума, скорее всего, только для того, чтобы доказать, что способна на это.
– Можешь называть меня как хочешь, – пытаясь отвлечься от ярких и призывных губ Айрис, сказал юноша, пока не уберешь стадо с дороги. Я пришлю своих людей помочь развернуть скот в обратную сторону.
– Я направляюсь в Вайоминг, – сквозь зубы прошипела Айрис. – И меня ничто не остановит.
Монти и не надеялся, что она откажется от своей абсурдной затеи. Как бы сложившаяся ситуация и упрямое поведение девушки не выводили его из себя, он не мог бросить дочь Хелен на произвол судьбы. Нравилось ему или нет, хотелось или нет, но нельзя было отойти в сторону, так как он испытывал к Айрис нежные чувства.
Глядя на эту женщину, юноша никак не мог забыть маленькую девочку, готовую следовать за ним куда угодно и готовую решиться на что угодно, лишь бы находиться рядом. Когда-то она бесстрашно прыгнула в каньон верхом на маленьком пони, только потому что он прыгнул, объезжая дикого жеребца. Монти до сих пор помнил детский смех и видел лошадку, отчаянно пытавшуюся удержаться и не скатиться в пропасть глубиной около двадцати футов.
На долю секунды в его сознании мелькнула мысль позволить ей поехать с ним. В этом случае Айрис была бы в безопасности и не было бы необходимости беспокоиться за девушку.
Но, с другой стороны, даже если ее присутствие и не вызовет особого недовольства среди помощников, то все равно заметно помешает ему самому. Что, впрочем, уже произошло. Главным для молодого Рандольфа сейчас было одно: доказать Джорджу, что он и сам в состоянии укротить себя, свой крутой нрав и что он уже вполне научился заранее обдумывать свои поступки. Но если рядом окажется Айрис, все его планы потерпят полный крах.
И в то же время Монти понимал, что не удастся ни уговорить себя не обращать внимания на Айрис, ни убедить ее держаться на расстоянии. Она прислушивалась к чужим советам не больше, чем сам Монти. Ничего не оставалось, как любыми путями уговорить ее повернуть назад.
