Глядя на танцующие языки пламени костра, я нехотя, боясь вновь погрузиться в пучину тоски, вспоминал свою прежнюю жизнь. Перед глазами мелькали радостные картинки детства, когда вся моя семья была со мной и я не знал, как любой ребёнок, что на свете бывают беды и потери. Любимый дед, контр-адмирал флота, который лично учил меня плавать, разбираться в морских премудростях и всегда отвечать за свои поступки. Отец, на которого я всегда пытался равняться и которого, к сожалению, довольно редко видел, учил меня быть воином и защитником. Да и как могло быть иначе, если он был полковником военного спецназа? Он, если бы захотел, легко устроился бы где-нибудь при штабе, да только не тем человеком был мой родитель, чтобы всю жизнь провести в тёплом местечке. Он хоть и стал «сухопутной крысой», как частенько ворчал дед, но собственную карьеру предпочёл построить самостоятельно, не пользуясь именем отца. Сначала окончил суворовское училище, затем академию, после чего, пройдя все прелести военной службы, самостоятельно получил погоны полковника, имел заслуженное уважение подчинённых и сослуживцев. Отец, будучи дома, также принимал довольно активное участие в моём воспитании. Так что вовсе неудивительно, что, когда пришёл мой черёд выбирать жизненный путь, я пошёл по проторенной дорожке, став военным. Только вот до чина отца я немного не дотянул, да и до того возраста, когда он погиб, впрочем, тоже. Его я потерял, когда мне исполнилось двадцать лет. И кто знает, какой была бы наша семья, если бы не прекрасные женщины, сумевшие сохранить уют, сделавшими наш большой дом островком спокойствия.
Бабушка, на всю жизнь ставшая деду верной подругой и женой, и мама, будучи военврачом, не раз вытаскивавшая мужа с того света едва ли не за шкварник, были для мужчин моей семьи непререкаемым авторитетом. Мы безмерно уважали их и так же безмерно любили. Бабушка привила мне любовь к литературе и истории. А ещё, как это не забавно для преподавателя университета, подсадила на приключенческую литературу. Кто-то читает маленьким деткам книжки о медведях и зайцах, а я с упоением слушал истории о пиратах и благородных разбойниках, восхищался героями Жюля Верна и Александра Грина, мушкетёрами и графом Монте-Кристо. Даже в почтенном возрасте бабушка продолжала исследовать мир фэнтези и фантастики, правда, в последнее время больше сетуя на то, что писатели пошли какие-то глупые и безграмотные. Вкусы у нас с ней были похожи, так что в каждый свой приезд привозил ей книги, которые мне пришлись по душе. Мы частенько с ней зависали на кухне, попивая чай и обсуждая ту или иную книгу. Бабушка умела, да и любила спорить, не потеряв остроту ума даже к восьмидесяти годам. Её ужасно раздражали книги о попаданцах, где герой, в обычной жизни являвшийся серым офисным планктоном, в другом мире вдруг начинал блистать невиданными талантами и гениальностью. «Серость везде серость!» − безапелляционно заявляла она. И я соглашался. Яркие личности просто не могут существовать в тени, не для того они рождены. Да и не может человек, имеющий профессию сисадмина и никогда, заметьте, никогда не имевший отношения к армии, вдруг стать великим военачальником и стратегом. Жизнь и человеческий фактор — это не компьютерная игра с выдуманными и действующими по схеме персонажами. Если в человеке есть искра, если он понимает, что для того, чтобы достичь цели нужно приложить усилия, а не стоять в сторонке и ждать, когда твоё желание исполнит кто-то другой и принесёт на блюдечке с голубой каёмкой, то этот человек обязательно станет кем-то. Пусть не императором, не великим генералом, не волшебником, но обязательно кем-то, кого не забудут.
Уж пусть простят меня сисадмины, но я сильно сомневаюсь, чтобы даже каждый сотый из них на досуге почитывал как создавать булат, как ковать мечи и делать арбалеты, как строить дворцы и крепости. И уж наверняка в большинстве своём они не читают мемуары великих полководцев, мечтая вести за собой армии и завоёвывать миры. Я бы поверил, что талантливый компьютерщик может стать великим изобретателем, но никак не полководцем. Если вспомнить историю, то поистине выдающиеся личности всегда были разносторонне увлекающимися людьми. Тот же Цезарь или Пётр Великий. Они многое умели, многое знали, многое хотели узнать, никогда не останавливаясь на достигнутом. Я ни в коем случае не претендую на их место, но меня так же учили не останавливаться, всё время стремиться вперёд, постоянно развиваться. Дед всегда напоминал, что настоящий офицер — это не солдафон, тупо исполняющий приказы, а в первую очередь человек мыслящий, помнящий, что на нём лежит ответственность за жизни солдат.
Мои друзья часто шутили, что я чокнутый заучка. Зачем так надрываться с учёбой и тренировками, если есть личный контр-адмирал и его связи? Я знал, что дед обязательно помог бы, но моя просьба разочаровала бы его, да и легко доставшаяся должность не обрадовала бы и меня самого. А заучка?.. Никогда не стеснялся того, что хочу много знать. Стыдно было бы другое. К примеру, имея бабушку-полиглота, не знать в совершенстве хотя бы английский, французский и немецкий, которые она преподавала. Куда бы меня ни заносила судьба, неважно по служебной ли надобности, или во время отдыха, я никогда не упускал случая познакомиться с интересными людьми и не поднабраться от них чего-нибудь новенького да полезного. Так в моей копилке оказалось знание украинского, польского, грузинского, итальянского и фарси. Не все эти языки я сумел изучить в совершенстве, но овладел на довольно приличном уровне, по крайней мере, перед носителями было не стыдно и они, что самое главное, хоть и улыбаясь, прекрасно меня понимали.
На талантливых и необычных людей мне всегда везло. Чего стоил только прапорщик-сибиряк на первом месте моей службы. На таких мужиков нормальные бабы глядят не наглядятся. Сильный как медведь, хитрый как лис, мудрый как филин. Он не заканчивал академий, но его уроки, обычные жизненные уроки, спасли не одного зелёного пацана от смерти. Даже нас, молодых лейтенантов, только закончивших обучение и получивших новенькие погоны, было чему научить. К примеру, как находить общий язык с солдатами, сохранив субординацию и не став при этом заносчивыми мудаками, плюющими с высоты своего положения на обычный люд. Такие тоже попадались, только надолго не задерживались. В суровых солдатских буднях карьеристы не выживают, для них штаб самое плодородное место. Так вот этот прапорщик, знающий, как выжить в тайге без всяких удобств, научил и нас многим премудростям. Причём не в тепле казарм во время бесед о жизни, а на собственных шкурах во время заданий. Ведь что ни говори, а теория остаётся теорией, если её не подтвердить практикой. И таких людей, как этот колоритный прапорщик в моей судьбе было достаточно много. Благодаря всем этим случайным учителям я сумел выжить там, где другие погибли. Я возвращался домой и благодарил судьбу за то, что в очередной раз избежал смерти.
А потом… Потом моей семьи не стало. В один миг. Сынок богатенького папочки, избалованный и считающий, что Вселенная крутится вокруг него и для него, перечеркнул мою жизнь чёрной полосой. Я тогда был в госпитале после тяжелого ранения, искалеченный и в коме. Мать рвалась ко мне, и дед не смог её удержать. Они вместе с бабушкой и сестрёнкой повезли её в аэропорт. Но не доехали. Пьяный мажор столкнул их машину с моста. Никто не выжил. А я не знал об этом. Только через две недели, когда пришёл в себя и увидел осунувшееся лицо моего лучшего друга, понял, что случилось что-то страшное. Моя весёлая и красивая сестрёнка была его невестой. Мне захотелось сдохнуть, но перед этим порвать горло убийцы. Да только мне не повезло.
Парня отпустили под подписку о невыезде, отец внёс залог, но ещё больше заплатил тем, кто помог любимому сынишке сбежать за границу. Туда, где его было трудно отыскать. Он прекрасно понимал, что это единственный шанс уберечь отпрыска от тюрьмы. Погиб ведь не рядовой гражданин, а контр-адмирал с семьёй. Шум поднялся знатный, чтобы замять такое дело потребовалось бы столько усилий и денег, что проще было устроить фиктивную гибель сына. Что он и сделал. Только я не поверил. И мой друг не поверил. Он ушёл из армии и устроился работать в органы. Стал полицейским. Он пять лет следил за человеком, который помог убийце его невесты избежать наказания. И спустя пять лет его усилия окупились с лихвой. Погибший сынок явился на родину, с новой физиономией, но старым характером.
