что-то неправильно поняла…
— Да что тут можно не так понять?! — только что не рявкнула я.
— А тебе не приходило в голову, что это может быть чьей-то злой шуткой?
— Бабушка, ты слушала, что я тебе говорю, или нет? Свадьбы не будет, за этого человека я замуж не пойду! Все, разговор окончен! Будь так любезна — уйди, дай мне побыть одной!
Удивительно, но спорить бабушка не стала — встала и ушла. Ясно, сейчас будет звонить Игорю и выяснять, в чем дело… А, пусть делает, что хочет, я своего решения менять не намерена.
Однако вечером бабушка вновь пришла ко мне в комнату.
— Ника, к нам пришла мама Игоря. Она очень расстроена и…
— Зачем ты ее позвала?
— Поверь, я не приглашала к нам Тамару Георгиевну, придти сюда — это ее инициатива. Она просит тебя выйти, ей надо кое-что сказать тебе.
— Я не хочу разговаривать ни с кем из их семейки.
— Возможно, ты и права, но надо поговорить с этой женщиной — она же ни в чем не виновата!
— Это еще как сказать. Насколько мне помнится, она только что не божилась, что ее сын — сущий ангел, который только что не летает от святости.
— Тем не менее, я настаиваю…
— Хорошо… — поморщилась я, понимая, что бабушка не отстанет. — Можно и поговорить, только недолго — я не настроена на долгие беседы, да и обсуждать там особо нечего.
Судя по виду кротчайшей Тамары Георгиевны, она, и верно, сейчас была удручена. Понятно, для чего она сюда пришла — попытаться сгладить произошедшее. Хорошо еще, что ее сынок сюда не заявился, а не то в данный момент я за себя не отвечаю.
— Ника, милая… — при виде меня Тамара Георгиевна попыталась, было, подняться и заключить меня в свои объятия, но я выставила вперед руку, чтоб пресечь подобные попытки.
— Тамара Георгиевна, вы хотели меня видеть? Прошу прощения, но я сейчас не настроена на любезности и прием гостей… — надеюсь, мои слова прозвучали достаточно холодно.
— Ника, милая… — женщина достала платок из своей сумочки и прижала его к глазам. — Ника, все это так ужасно!..
— Согласна.
— Ника, пойми, мой сын хороший мальчик, и он так расстроен вашей размолвкой…
— Это не размолвка, а разрыв… — оборвала я. — Во время нашего последнего разговора ваш сын показал себя с такой неприятной стороны, более чем неожиданной для меня, что отныне не может быть и речи о нашем совместном будущем.
— Лично мне непонятно другое… — сухо произнесла бабушка. — Все это время вы, уважаемая Тамара Георгиевна, клялись и божились мне, что у вашего сына нет девушки, он одинок и живет только работой. Как оказалось, вы меня обманули.
— Это не обман… — всхлипнула гостья. — Дело в том, что я просто не хотела кое о чем упоминать, чтоб не расстроить Нику. То увлечение Игоря ужасной женщиной — это не то, чем можно гордиться и о чем стоит говорить. Молодые люди могут ошибаться, вот и мой сын оступился, когда познакомился с той мерзавкой, и эта отвратительная особа вцепилась в него, словно клещ. Я так надеялась, что когда Игорь встретит хорошую девочку, то бросит эту ужасную женщину!
— То есть вам о ней хорошо известно?
— Увы, и это самое горестное событие в моей жизни. К сожалению, хорошие мальчики часто обращают внимание на тех особ, о которых стараются не упоминать в приличном доме, и эта ошибка, вернее, случайная связь, стоила ему очень дорого. Та дрянь задурила ему голову, а может, и околдовала…
— Перестаньте!
— Беда в том, что Игорь все еще не может отвязаться от этой ужасной женщины!.. — только что не причитала Тамара Георгиевна. — Когда же в жизни моего сына появилась Ника, то я очень рассчитывала, что отныне его странное увлечение той… пиявкой останется в прошлом! Зато какое счастье я испытала, когда узнала, что Ника и Игорь решили вступить в брак! Я так надеялась, что все дурное осталось позади, но мне даже в голову не могло придти, что у той нахалки хватит дерзости и безрассудства, чтоб заявиться к невесте моего сына! Это такой ужас!
— А что вы скажете насчет его ребенка?
— Я уверена, что мой сын не имеет к нему не малейшего отношения!
— У Игоря нет сомнений, что это его ребенок… — оборвала я Тамару Георгиевну.
— Они есть у меня! У той безнравственной и наглой особы нет никакой морали, Игорь ее не любит, так что…
— Мне так не показалось. Те чувства, которые Игорь и та женщина питают друг к другу… Сладкая парочка даже не пытается их скрыть.
— Ника, как ты можешь такое говорить?! — из глаз Тамары Георгиевны потекли слезы. — Эта женщина преследует его…
— А на мой взгляд стороннего человека, у этих двоих полное единение взглядов и немалая взаимная привязанность. Такое бывает.
— А как же ваша свадьба? Неужели ты, и верно, хочешь ее отменить? Вы такая красивая пара!
— Тамара Георгиевна… — вздохнула я. — Свадьбы не будет, я разрываю помолвку. Сегодня ваш сын вел себя со мной настолько бесцеремонно, что я все еще не могу придти в себя от удивления. Такое впечатление, что он уже считал меня едва ли не своей вещью, над которой имеет власть, и которая должна исполнять все его указания. Ни о какой любви и ни о каком уважении тут речи нет и быть не может.
— Но Ника… — несостоявшаяся свекровь плакала, уже не стесняясь. — Он же тебя любит!..
— Нет… — покачала я головой. — Не любит. Себя он, и верно, любит, ту женщину — возможно, во всяком случае, он к ней неравнодушен, ко мне же у него нет никакого интереса, кроме меркантильного. Мне неприятно об этом говорить, но так оно и есть в действительности.
— Неправда!
— И уж если об этом пошла речь… — продолжила я. — То вам не помешает знать, что ваш сын — настоящий абьюзер со всеми вытекающими отсюда последствиями, и такого супруга рядом с собой я иметь не желаю.
— Как ты могла такое подумать?!
— Извините, Тамара Георгиевна, но разговор закончен… — мне уже всерьез надоело это переливание из пустого в порожнее. — У меня сегодня был непростой день, я устала, а потому прошу меня простить, но я удаляюсь. Да, и если Игорь не отнесся всерьез к моим словам, то передайте ему следующее: видеть его более я не хочу, и ничего общего между нами быть не может. Если
