и настаивал, что Магадху завоевать легко, потому что ее народ восстанет против своего царя, «ненавистного и презренного по причине его подлости и низкого происхождения».
Получив отказ Александра, Чандрагупта принялся собирать собственную армию преимущественно из солдат, набранных в разрозненных племенах на северо-западной границе Индии. Его войска быстро расправились с остатками греческих гарнизонов и нанесли поражение армии Нандов, правителей Магадхи. В 321 году до н. э. войска заняли столичную Паталипутру и взяли под контроль армию государства Нанда, составлявшую 80 000 коней, 200 000 пехоты и 6000 боевых слонов.
Продвигаясь на запад, Чандрагупта нанес позорное поражение армии одного из диадохов Александра Македонского – Селевка Никатора (ок. 358–281 до н. э.), который пытался вернуть утраченные владения своего царя. Греческий полководец был вынужден отдать изрядную долю того, что сейчас южная и восточная часть Афганистана, всего-то за 500 слонов. Затем оба лидера пришли к своего рода примирению, вероятно достигнутому благодаря династическому браку.
В качестве жеста доброй воли Селевк отправил в Паталипутру своего посланника Мегасфена (ок. 350–290 до н. э.). Проехав через Индию, Мегасфен составил первое подробное описание этой страны, записанное иноземцем. Оригинальный текст его «Индики» утерян, но фрагменты сохранились в работах Страбона, Плиния, Арриана и других историков. Его описания «этой таинственной и волшебной земли» не всегда точны. То, чего Мегасфен не увидел сам, он позаимствовал из древних легенд, упоминавших людей безо рта, питавшихся лишь запахом жареного мяса и ароматами цветов и плодов, гиперборейцев, живших по тысяче лет, или людей с такими большими ушами, что те могли заворачиваться в них, словно в одеяла.
Для историков гораздо ценнее его описание императорского двора «Сандрокотта», «устроенного варварски и с показной восточной роскошью». Но даже с учетом склонности автора к гиперболам из его описаний можно понять, что Паталипутра – один из величайших городов древнего мира. В нем пруды и сады, наполненные цветущими лотосами, жасмином и гибискусом, прохладные фонтаны, и как это не похоже на современный город Патну, переполненный и сумбурный, стоящий на руинах Паталипутры. Дворец Чандрагупты был полностью деревянным, украшенным «золотыми чашами и кубками, порой до шести футов шириной, с богатыми резными столами и тронами, с сосудами индийской меди, отделанными драгоценными камнями, с великолепно вышитыми одеждами, которые можно было увидеть в изобилии и которые придавали яркости публичным церемониям». Из развлечений отмечены поединки гладиаторов, гонки быков и царская охота.
Мегасфен описывает отлично организованные общественные службы, устроенные правителем, который столь занят вопросами управления государством и собственной безопасностью, что спит чуть больше четырех часов в сутки. Куда бы он ни пошел, всюду его сопровождала стража. Любимый транспорт царя – золотой паланкин на слонах, который прикрывают от солнца держательницы зонтиков. Хотя Чандрагупта правил всего 24 года, он вошел в историю как «индийский Юлий Цезарь» и «человек железа и крови». Выдворив греческие гарнизоны на северо-запад, он расширил свои владения, включив в них большую часть Северной Индии, от Аравийского моря до Бенгальского залива. Захватив такую обширную территорию, империя Маурьев стала первым многонациональным царством Индии. Во время правления Ашоки – внука Чандрагупты – империя охватывала уже почти весь субконтинент, приближаясь к современным границам Индии. Такого после него смог достичь только император Аурангзеб из династии Великих Моголов в конце XVII в.
Единственными письменными свидетельствами об империи Маурьев были греческие авторы вроде Мегасфена, да еще индийские пьесы. Такое положение дел сохранялось до самого начала ХХ века, когда ученый-брахман из Танджура приехал в дирекцию библиотеки Майсурского института исследования Востока и привез рукопись на высушенных пальмовых листьях. Эта рукопись оказалась «Артхашастрой», название которой можно перевести по-разному, к примеру «Наука о политике» или «Трактат о процветании». Это один из наиболее значительных источников информации об управлении, законах, торговле, войне и мире в Древней Индии, его авторство приписывают Каутилье [11] (375–282 до н. э.), брахману-советнику Чандрагупты. Имя автора может переводиться как «кривой», «сутулый» или «лукавый». Недавние исследования позволяют предположить, что во II–III веках н. э. произведение было существенно переработано многочисленными авторами.
Отчетливый посыл «Артхашастры», как утверждает индийский экономист, нобелевский лауреат Амартия Сен, – «кто сильнее, тот и прав». Некоторые считают, что по аналогии с «Искусством войны» Сунь-Цзы это руководство для обучения предпринимателя, стремящегося получить прибыль в условиях конкуренции и глобализации. Довериться другому князю – верная гибель. Мораль никогда не должна влиять на государственные интересы. Искусство плетения интриг гораздо важнее для властелина, чем сила или усердие. Интрига настолько важна для управления государством, что Каутилья советует в качестве шпионов и осведомителей использовать куртизанок. Шпионы также полезны для распространения ложной информации, для сеяния паники в рядах противника и для придания уверенности воинам своего государства. Они могут выдумывать истории о победах или говорить о всеведении царя, заявленном астрологами.
По мнению немецкого социолога Макса Вебера, «Государь» Макиавелли рядом с радикализмом «Артхашастры» выглядит безобидным. И нигде это не проявляется яснее, чем в советах Каутильи о борьбе за власть. Он называет царя «виджигишу», то есть «один из соперников». Но поскольку политика экспансии ключевая в глазах Каутильи, то перед царем всегда стоит проблема, как соединить свою власть с религиозным авторитетом, каким обладают брахманы. Как пишет политолог Сунил Кхилнани: «Чтобы обрести легитимность, правителю нужно показать, что ему неинтересна мирская власть ради его собственных нужд, нужно явить показную скромность – но не слишком сильно, чтобы не вылететь из гонки за власть. Бесконечная борьба за удержание этого баланса продолжается среди лидеров Индии и сегодня».
Подобно тому как нельзя распознать, пьют ли воду плавающие во глубине вод рыбы (или не пьют), так и невозможно узнать, присваивают ли (или же нет) богатство чиновники, приставленные к выполнению дел [12].
Каутилья о коррупции
Согласно джайнистской легенде, ок. 297 года до н. э. Чандрагупта отрекся от престола. Есть разные предположения, почему он сделал это в период самого расцвета своей власти. Джайны считают, что от своего духовного наставника Чандрагупта услыхал пророчество, будто за насилие, происходившее за время его царствования, страна будет наказана двенадцатилетним голодом. Согласно легенде, он принял джайнизм и вместе с группой монахов отправился на юг Индии. Они остановились в городе Шраванабелагола, где, говорят, Чандрагупта принял самые строгие обеты и истощил себя до смерти.
Ашока: «величайший из царей»
Следующая глава индийской истории известна нам главным образом благодаря экспертным исследованиям преемников Уильяма Джонса из Азиатского общества. В 1837 году при изучении надписей на каменных ограждениях буддийской ступы в Санчи исследователь Джеймс Принсеп (1799–1840) расшифровал две буквы алфавита. Этого хватило, чтобы определить, что надписи сделаны на языке пали. Тогда он принялся расшифровывать другие надписи, разбросанные по всему субконтиненту. Некоторые из них находились на валунах, другие на скальных стенах. Но самые впечатляющие были высечены на массивных цилиндрических колоннах. Имелось множество теорий о значении этих надписей – от дремучих ведических заклинаний до индийской версии десяти заповедей. Но Принсеп вскоре выяснил, что эти надписи были эдиктами, объявлениями о приказах конкретного правителя. Большинство из них начиналось со слов: «Так говорит Деванампия Пиядаси…» Буддийские хроники Цейлона упоминают о царе Шри-Ланки по имени Пиядаси, который взял это имя в честь индийского господина, поддерживавшего буддизм и управлявшего обширным царством. И только в начале ХХ века стало понятно, что Деванампия Пиядаси, «любимый богами и милосердный к людям», – это император Ашока (ок. 268–232 до н. э.).
Г. Дж. Уэллс в своей «Краткой истории мира» назвал Ашоку величайшим из царей за его отказ от войн, принятие буддизма и заявления, что все его завоевания – это завоевание веры. Согласно мнению историка А. Л. Бэшема, «Ашока возвышается над прочими царями древней Индии хотя бы потому, что только его личность мы смогли воссоздать с некой долей определенности». Описывая характер Ашоки, Бэшем изображает человека чуть наивного,
