Мраморный обелиск, привезённый из Египта императором Феодосием I в Константинополь. Площадь Султанахмет, Стамбул
Когда все формальные процедуры были завершены, встал вопрос о том, что делать с нынешним императором. Одни хотели отправить его в изгнание, однако большинство сошлось во мнении, что Юстиниана следует немедленно убить, ибо, в противном случае, однажды он может вернуться в столицу во главе верного ему войска. Решив, что Юстиниан не должен выбраться живым из города, разгорячённая толпа двинулась на дворец, где в это время шли ожесточённые споры между сторонниками действующего властителя.
В это же время, в Большом дворце, Юстиниан обсуждал сложившуюся ситуацию со своими приближёнными. Император был подавлен и собирался бежать из пылающего Константинополя, к такому решению склонялось и большинство его советников. Казалось, что дело Юстиниана обречено, и быть ему лишь императором в изгнании. Но в этот критический момент проявила себя Феодора, она произнесла пламенную речь и, как заметил Шарль Диль, «показала себя в высшей степени достойной императорской короны». Слова Феодоры сыграли свою роль, и Юстиниан решил сражаться до конца.
В этот момент в Константинополе находились два верных императору полководца — Велизарий (лат. Flavius Belisarius, 505–565 гг.) и Мунд (? —536 гг.), а также главный казначей империи — дворцовый евнух Нарсес (арм. Ներսես, 478–573 гг.). Именно эти люди внесли наибольший вклад в подавление бунта. Нарсес тайно встретился с сенаторами, перешедшими на сторону восставших, и подкупил большинство из них, евнуху удалось уговорить предводителей мятежа собраться на ипподроме для коронации Ипатия. В это же время Велизарий и Мунд возглавили верные императору войска.
Когда же толпа собралась на ипподроме, сенаторы начали скандировать лозунги в поддержку Юстиниана и, когда один из приближенных императора подал условный сигнал, войска ворвались на ипподром, где застали безоружных мятежников врасплох. Люди попытались сопротивляться, но закованные в доспехи и вооружённые мечами иноземные солдаты не проявляли ни страха, ни жалости. Вскоре разгневанные крики сменились воплями ужаса. Кровь заструилась по трибунам ипподрома. В тот день было перебито, по оценкам Прокопия, более 30 тысяч бунтовщиков, но смерти на этом не закончились. Самозванный император Ипатий, несмотря на мольбы о прощении, был казнён вместе со своими сторонниками. Тела их были выброшены в море, а имущество конфисковано. Были казнены, изгнаны или подвергнуты страшным пыткам и многие другие представители знати, заподозренные в поддержке восстания.
Административная реформа
С бунтом было покончено, но у всех проявлений народного недовольства есть свои причины. Не является исключением и восстание «Ника». К моменту вступления Юстиниана на престол дела в провинциях империи шли далеко не лучшим образом. Общественные должности раздавались не за профессиональные умения кандидатов, а за высокую оплату. Многие кандидаты, чтобы получить какой-либо пост, брали деньги взаймы и, получив место, старались окупить свои затраты. Естественно, покрыть расходы господина должны были жители вверенной ему провинции, отсюда непрерывные налоговые сборы, больше похожие на вымогательства. Сборщики налогов зачастую вели себя как в наше время коллекторы, а посылаемые из столицы чиновники думали, в первую очередь, о том, как бы извлечь из своей миссии наибольшую выгоду. Ситуация напоминает пьесу Н. В. Гоголя «Ревизор».
Почти полное беззаконие и злоупотребления чиновников приводили к беспорядкам, особенно нехорошо шли дела в Каппадокии, где измученное поборами население сбивается в шайки разбойников и грабит торговые пути, дабы хоть как-то найти средства к существованию… Постепенно провинции приходили в упадок, города беднели, люди покидали свои дома и отправлялись искать лучшей жизни в столицу. Такую империю получил в свои руки Юстиниан.
Но начал решать эту проблему император лишь в 535 году, когда полностью завершилась работа над Corpus juris civilis. Юстиниан обнародовал два указа, в которых установил основные положения административной реформы. В первую очередь, было значительно поднято жалование для лиц, занимающих общественные должности. Нередко чиновники выступали ставленниками крупных землевладельцев, и император старался сделать всё возможное для создания системы взаимоконтроля между губернаторами областей и крупными землевладельцами. Юстиниан подготовил множество инструкций и указаний для чиновников, какую политику проводить им, занимая общественные должности. Так он описывает это в Новеллах: «Губернаторы, — и чтобы всякий знал это, каждому новому должностному лицу при назначении будет сообщаться императорское повеление, — ни в каком случае не должны насиловать управляемых; а напротив творить правосудие, одинаково охранять их как от насилий солдат, так и от притеснений агентов центральной администрации; посредством частых разъездов по своим округам они должны заставлять уважать порядок и сохранять мир; их дело — прекращать разбойничество, наблюдать за надлежащим состоянием общественных работ; тщательно надзирать за действиями своих официальных лиц и финансовых агентов и за поведением чинов полиции, препятствовать захватам сильных, удерживать земледельцев на их землях; упорядочивать религиозные дела, относясь с равным уважением к правам Церкви и государства; оберегать автономию городов; жить в согласии с епископами своей провинции и с нотаблями поселений и во всех случаях заслужить хорошую репутацию».
Золотые ворота. Константинополь. Реконструкция
Также Юстиниан ввёл жестокие наказания для чиновников, плохо исполняющих свои обязанности и злоупотребляющих своим положением. Император стремился и сократить число лиц, занимающих общественные должности, для этого он решил сократить число провинций. Так, провинции объединялись, и над ними властвовал единый аппарат управления. Были введены должности проконсула, претора, комита и модератора — все они обладали властью гражданской и военной, управляли финансами вверенной провинции и вершили суд. Однако император подошёл к идее объединения гражданской и военной власти в руках одного лица, в каких-то провинциях он допускал такое слияние, а в других — сохранял строгое разделение властей.
Однако, как бы ни старался Юстиниан создать новую систему управления империей, ему постоянно приходилось следить за поведением чиновников. Относительный порядок на местах императору навести всё же удалось, но это было лишь временной мерой, злоупотребления чиновников не прекратились. Тот же Иоанн Каппадокийский, который был восстановлен в должности префекта Востока после подавления восстания, дальше проводил жёсткую налоговую политику, хоть теперь и более осторожно, и сохранял положение, несмотря на многочисленные жалобы подданных. Юстиниан на протяжении последующих двадцати лет своего правления вынужден был обнародовать указы, которые, впрочем, повторяли всё то, к чему император призывал в 535 году. Таким образом,
