Я обернулась, и у меня отвисла челюсть — ко мне шел мой старший брат, в одном из своих педантично выглаженных костюмов.
У меня в глазах потемнело, от страха, к горлу подкатила тошнота.
— Что ты…что ты здесь делаешь? — заикаясь, спросила я, когда он подошел ко мне положив одну руку на плечо, словно таким образом проверяя, в порядке ли я.
— Ты звонила.
Я нервно повертела головой в разные стороны, но студенты, спешащие на занятия, под ослепляющим осенним солнцем, не обращали на нас внимания. Никто не знал, что человек, что стоит рядом со мной, так же мой опекун, и он — тот, кто регулярно лечит мне мозг.
— Я должен был приехать, Аура. Если тебе кто-то звонит, если что-то в этом колледже кажется тебе странным, или пугающим… или каким угодно… — Кэмерон обвел хмурым взглядом готическое здание университета, и посмотрел на меня, — ты всегда можешь вернуться домой. Ты знаешь это.
Я ненавязчиво убрала его руку, но брат, кажется этого даже не заметил:
— Моей ошибкой было то, что я отпустил тебя разбираться со всем этим в одиночку, что позволил тебе уехать в этот странный город. Ты два месяца была без моей поддержки.
Он сокрушенно покачал головой. Я вздохнула.
Проблема вовсе не в том, что Кэмерон позволил мне уехать. Проблема в том, что я сама захотела этого. И я сделала это, потому, что я не хочу видеть его. Я вижу своего брата, и я думаю о том, что со мной случилось два года назад. Я вспоминаю лицо Кэмерона, когда он увидел меня в палате. Я вспоминаю…
В общем, это я сделала ошибку, когда позвонила ему, поддавшись внезапному чувству паники.
Кэмерон посмотрел на группу парней, стоявших в компании, и ведущих себя слишком вызывающе и шумно, и нахмурился. Я внезапно почувствовала себя в безопасности.
— Я собираюсь переехать в Эттон-Крик, — вдруг ошарашил меня брат, и я была слишком шокирована чтобы сразу сказать что-то. — Я не хочу, чтобы ты думала, что я пытаюсь контролировать тебя, или что-то в этом роде, Аура. Просто я хочу быть с тобой и заботиться о тебе. Наши мать и отец… я ведь тоже потерял их…и кроме нас самих… у нас больше нет никого.
Эти слова дались брату с трудом, потому что он никогда не был открытой книгой, он стал таким ради меня, и у меня не было другого выбора, кроме как подойти к Кэмерону, и крепко обнять за талию. Я не хочу доставлять ему еще больше проблем, чем уже доставила. Ему исполнилось двадцать пять в апреле, и это мало для того, чтобы обременять себя заботами о своей больной сестре. Он делал это на протяжении двух лет, пока я лежала в клинике, в Дарк-Холле, под его цепким присмотром.
Больше мне этого не нужно.
Я не хочу возвращать память. И никогда не хотела.
* * *
Мне не удалось тщательнее поразмышлять над тем, что сказал Кэмерон, потому что когда я вошла в нашу с Кристиной комнату, то услышала ее голос, полный счастья:
— Аура, наконец-то ты пришла!
— Почему ты сидишь в темноте? — я щелкнула включателем. — Точнее лежишь. Кристина, что случилось с твоими ногами? — забеспокоилась я, бросая на пол рюкзак, и присаживаясь на краешек кровати, рядом с ее забинтованными лодыжками.
— Погоди с вопросами. Лучше подай мне мою сумку.
Я поднялась, взяла тяжелую кожаную сумку Кристины, с брелоком в виде черепа с камнями вместо глаз, и протянула ей. Несколько секунд она рылась в сумке, потом достала оттуда пакет с немного помятым гамбургером, и вгрызлась в него.
— Знаешь, сколько времени я здесь сидела? — спросила она, с набитым ртом и тут же, сама ответила: — Много. Пока ты прохлаждалась с каким-то знойным красавчиком, я валялась здесь как мешок картошки, и даже не могла включить свет. А мой телефон был в сумке.
Я налила воды в стакан и осторожно протянула Кристине, одновременно уточнив, что я ни с кем не гуляла.
Девушка вскинула светлую бровь:
— Вот как? Потому, что я сама видела тебя с парнем. Очень горячим парнем. У него такой строгий взгляд, что меня мурашки пробрали… и Лиам был удивлен так сильно, что чуть не грохнулся замертво рядом со мной. Э-э… Когда ты успела…
— Кристина, — прервала я ее, чувствуя, как улыбаюсь. Даже в такой ситуации она умудрилась поднять мне настроение. — Сегодня днем я разговаривала со своим братом.
Она сделала вид что подавилась, и притворно закашлялась:
— Что? У тебя есть брат? Почему ты мне сразу не рассказала?
Потому что, как ты уже могла заметить, я не привыкла много говорить о себе, но вслух я лишь произнесла:
— Ты мне тоже не сказала о своем брате, помнишь? И я была очень удивлена, когда ты пригласила меня в клуб, чтобы познакомить нас.
— Нет не так. Я пригласила тебя в клуб не для того чтобы познакомить с Дрейком. Я пригласила тебя в клуб, чтобы развлечься, но Дрейк был там, потому что «Манхеттен» принадлежит ему.
Теперь уже мое лицо удивленно вытянулось. Я приняла у Кристины стакан и положила его на тумбочку.
— Да, а что ты удивляешься? — Кристина вскинула брови. Она откусила еще кусок гамбургера, и внезапно протянула его мне, великодушно предложив:
— Хочешь, можешь укусить!
Я рассмеялась, покачав головой:
— Ты самая щедрая соседка, которую я видела.
Вообще-то у меня никогда не было соседки по комнате.
— Итак, твой брат. — Вернулась к прежней теме Кристина, откидываясь на несколько подушек позади себя. Она не могла спать на одной, как я, поэтому купила еще несколько, и теперь восседала на своей постели, как королева. — Как его зовут, сколько ему лет, когда он еще придет, ты меня познакомишь с ним? Погоди, у меня тут еще есть вопросы! — она сделала вид, что достает невидимый листок из-под подушки. Я усмехнулась, и ответила, деловито слаживая руки на коленях:
— Его зовут Кэмерон, ему двадцать пять лет, он закончил Колумбийский университет, теперь работает в главной психиатрической лечебнице Дарк-Холла, где я…видела, как он работает. — Я не знаю, заметила ли Кристина, как я запнулась, но виду она не подала.
— Я люблю умных парней, — она выразительно поиграла бровями. Еще бы она любила глупцов, судя по тому, что она каждый день вытворяет на своей кафедре биохимии. Мне кажется, ее могут исключить, в страхе, что она изобретет какое-нибудь неведомое атомное вещество. — И когда он снова появится в нашем скучном городке?
— Вообще-то, он собирается переехать.
— Ты серьезно сейчас? — Кристина подскочила, и поморщилась от того, что напрягла ноги. — Ты не можешь никуда уехать, потому что я еле нашла себе соседку по комнате. Такую хорошую соседку. Если твой брат, то есть твоя семья, переезжает в Эттон-Крик, логично решить, что он заберет тебя с собой. Думаю, он не позволит тебе жить в общежитии.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
