поросли… — принялся паясничать Аркан.
— Ну-ну… А вот и ваш маэстру Ауррэче! Мне удалиться? — кивнул на маленького толстенького человека, который проталкивалс меж столами бывший магистр оффиций.
— Останьтесь,- пожал плечами Рем. — Это, кажется, касается нашей совместной цели — убраться из Аскерона невредимыми после выборов.
— Зеленые насаждения? — удивился Диоклетиан Фрагонар. — Действительно?
— О, да, — ухмыльнулся Аркан.
Ему льстило, что даже такой матерый интриган кое-что упускает в раскладах местного гадюшника. Все-таки аркановская манера работать с простолюдинами порой приносила куда более весомые плоды, чем шепотки и заговоры высшего света…
— Доброго-бодрого времени… — начал бормотать эдил, подобравшись к ортодоксам вплотную.
— Документы для маэстру Агиса? — поднял бровь Буревестник.
— Вот! — положил на стол кожаную папку чиновник. — Деньги?
— Вот, — прихлопнул ладонью кожаный мешочек Аркан.
— С вами приятно… — снова начал свою песнь бюрократ.
— И с вами, — кивнул Буревестник. — Всего вам доброго-бодрого во все места.
— И вам, и вам! — запыхтел Ауррэче и заторопился прочь из заведения.
— А теперь давайте вместе посмотрим, какие скверы, парки и сады высажены при участии наших незабвенных остроухих Туринн-Таурских долгожителей… — Рем открыл папку и развернул план города на столе. — И что-то мне подсказывает, что кроме частновладельческих усадеб, острые уши будут торчать практически отовсюду…
* * *
Аркан ожидал чего-то подобного — но не так скоро. Не прямо сейчас.
В том самом проулке, под эркером, над трупом пухлого эдила Ауррэче стоял эльф, который старательно прятал свою расовую принадлежность. Самая яркая черта этого племени — уши, скрывались под матерчатой шапкой, нижняя половина лица была замотана шарфом, одежда могла принадлежать как небогатому дворянину с северо-востока, так и какому-нибудь зажиточному кесарийскому горожанину. Правда, узкие клинки в руках туринн-таурца выбивались из общего целостного образа, да и движения, и характерная форма глаз — все это выдавало наметанному взгляду Рема эльфийскую сущность незнакомца.
— Это вы дали деньги мертвому человеку, — непривычно звучащим гортанным голосом проговорил ванъяр. — Дайте мне то, что мертвец дал вам.
Фразы звучали неестественно, чуждо. Аркан шагнул вперед, меняя стойку, и положил руку на эфес скимитара. От эльфа можно было ждать чего угодно!
— Дайте бумаги! — снова потребовал убийца.
— Я намереваюсь арестовать вас и передать для правосудия в городскую стражу Кесарии, — заявил Аркан. — Вы убийца, и прикончили безоружного человека, служащего Ратуши.
Эльф прошипел что-то из-под платка, его глаза прищурились, клинки в руках вздрогнули… Еще мгновение, и ванъяр рванул в сторону, оттолкнулся ногами от стены и ласточкой полетел к Аркану, занеся клинки для удара. Буревестник действовал хладнокровно. Акробатика и хореография эльфов были ему хорошо знакомы, он множество часов провел, тренируясь с Эадором, сражался с чудовищами и фоморами, так что выбрал самую правильную тактику: отпрыгнул в сторону. А потом — еще и еще, пока не оказался рядом с телом эдила Ауррэче.
— Бумаги! — снова потребовал эльф.
— И что? Отпустишь меня с миром? — глумился Аркан. — Не вижу ни одной причины отдать тебе их.
— Ты не смеешь…
— Я-а-а? Я — башелье Ромул Беллами!!! — заорал Буревестник, выхватил спату и, изрыгая самые страшные проклятья, на какие только был способен, атаковал туринн-таурца, нанося страшные удары со всех сторон. — А ты — эльфийский сукин сын!
Аркан решил помедлить с использованием скимитара — все же, пока факты свидетельствовали о том, что его противник — просто убийца, и не самый умелый. Никакой магией тут и не пахло.
Спата сверкала, в отблесках уличных фонарей, эльф теперь сам был вынужден отступать, иногда блокируя клинок ортодокса, и редко огрызаясь выпадами. Человек был выше, сильнее, его клинок — длиннее, чем оружие убийцы. Рем нарочито шумел, высекал искры из камней мостовой ударами клинка, поносил эльфа и теснил его, теснил из проулка на тротуар.
Люди уже выглядывали из окон, из «Ча, ко и молоко» высыпали наружу клерки. Эльф затравленно озирался. Наконец, рассмотрев у перекрестка, шагах в пятидесяти, кавалькаду нарядно одетых всадников с плюмажами, он смахнул с головы шапку, шарф на его лице размотался… Люди ахнули: в их присутствии еще никто открыто не скрещивал оружие с эльфом!
— Я — подданый Туринн-Таура! — прокричал убийца, глядя на дворян. — И прошу покровительства у благородных господ!
Аркан воспользовался этой его фатальной ошибкой, и мощным ударом спаты раскроил ему голову. Кровь и мозги брызнули во все стороны, тело эльфа рухнуло на мостовую. Рем плюнул на него и нарочито громко проговорил:
— Ты мертвец, и никакое покровительство тебе не поможет! — а потом тяжелым взглядом осмотрел толпу зевак. — Этот выродок убил служащего магистрата Кесарии — эдила Ауррэче! Орудия убийства — перед вами. Раны на теле несчастного Ауррэче говорят сами за себя. Я — башелье Ромул Беллами, и как и все мои предки, служу Императорам Империи Людей! И если кто-то в столице Империи убивает имперского служащего — мне не нужны судьи и следователи, чтобы доказать его вину. Я покарал его здесь же, на месте преступления, и готов сразиться со всяким, кто посмеет оспорить это мое право!
Кавалькада из всадников приблизилась, аристократы в ярких, пышных одеждах явно популярского кроя, полуокружили место схватки. Их лидер — грузный светлобородый мужчина в бархатных бордовых штанах пузырями и желтом богатом кафтане спрыгнул с лошади и подошел к Рему и убитому эльфу, звеня шпорами. Руку он держал на вызолоченном эфесе кавалерийского пол меча. Остановившись и присмотревшись к бездыханному телу, вельможа смачно харкнул на труп ванъяра:
— На погибель нелюдям! Виват, Империя! — выкрикнул он, и вся его свита разразилась одобрительными возгласами. — Я — курфюрст Людвиг Вермален, храбрый маэстру, и если нужно будет выступить в суде в вашу защиту — можете на меня рассчитывать. Как ваше имя?
— Башелье Ромул Беллами, — откликнулся Аркан. — Рад знакомству. Приятно видеть, что даже среди людей другой конфессии есть настоящие имперцы.
— В первую очередь, мы все — люди, — кивнул популярский владетель и жизнерадостно осклабился. — Нас должны разместить где-то на Благородной стороне, башелье. Заходите в гости, таким как вы в доме Вермаленов всегда рады!
— Не премину воспользоваться приглашением… — коротко поклонился Аркан, а потом потыкал носком ботфорта тело эльфа. — Пусть сгниет здесь, или пусть его приберут эльфийские подстилки — мне плевать. На сим позвольте откланяться…
—
