я спросил:
— О чем?
— Мне нужны доказательства, — рявкнул он. — Доказательства того, что она заботится о тебе. Потому что они нам понадобятся, если она действительно из банды “Подполье”.
— Она пыталась застрелить тебя в клубе, — жестко сказал я. — Этого недостаточно?
— Я хочу, чтобы ты трахнул ее.
Ярость наполнила мои вены. Это было последнее, что я ожидал от него услышать.
— Если я заставлю ее сделать что-то подобное, то после ей будет наплевать на меня, — сказал я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно.
— Я не говорил, чтобы ты именно это делал, — он приподнял бровь. — Покажи мне, что она хочет тебя. Доверяет тебе. Докажи, что она считает тебя своим защитником здесь.
— Хорошо, — медленно произнес я.
— В ее комнате есть камеры.
Мне потребовалось все, чтобы скрыть свое отвращение, когда он посмотрел на меня.
— Даже у меня есть свои пределы, — продолжил он. — Я не собираюсь наблюдать, но у меня есть надежные люди, которые будут
— Я не хочу, чтобы за мной наблюдали, — огрызнулся я, теряя самообладание. — Это пиздец, Крис.
Я предвидел его удар за километр, но не пошевелился, чтобы заблокировать, когда его костяшки снова врезались мне в челюсть. Боль пронзила мое лицо, и я проглотил абсолютное отвращение, которое испытывал к этому ублюдку.
— Нет, пиздец заключается в том, что эта девушка — причина, по которой ты хранишь от меня секреты. Ты должен был сказать мне, что она была девушкой из того лета, — яростно прорычал он. — Мне насрать, моя ли она дочь. Прямо сейчас именно у нее в руках козыри для нашего расширения. И для того, чтобы убедиться, что “Подполье” нас не тронет. Она приняла решение вернуться со мной, хотя все мы знаем, что могла бы этого и не делать. Если это из-за ее связи с тобой или Кайеном, то можешь быть уверен, что я ей воспользуюсь.
Абсолютная решимость на его лице заставила желчь подступить к моему горлу. Он сделает все, что ему нужно, чтобы получить власть, которой он жаждет. Неважно, кому это причинит боль. Прямо сейчас Ринн была в центре всего этого.
Крис вздохнул, проводя рукой по волосам, прежде чем посмотреть на меня.
— Ты говоришь, что она влюбилась в тебя.
— Да, — процедил я сквозь зубы. — Мы с Кайеном заставили ее думать, что она нам небезразлична.
— А тебе?
Мое сердце заколотилось.
— Что мне?
— Она тебе небезразлична?
От одного этого вопроса меня охватила паника. Не за себя, а за Ринн. Если Крис когда-нибудь догадается, что я ее защищаю, то он не колеблясь воспользуется этим. Мне плевать, что со мной случится, но он использует меня, чтобы причинить ей боль.
— Нет, — ответил я ровным голосом. — Она обманывала меня снова и снова. Она ничего для меня не значит.
Он мрачно усмехнулся.
— Я действительно надеюсь, что ты говоришь правду.
— Так и есть, — прошипел я. — Я — Апостол. Мне насрать на девушку, которая пыталась уничтожить нас.
— Хорошо, — он отступил на шаг. — Приятно слышать, насколько ты предан делу, Джейс. Мы действительно не хотим повторения того, что произошло, когда ты попытался уйти несколько лет назад.
Его угроза вызвала во мне приступ ярости. После того, как между мной и Кайеном все пошло насмарку, я уехал из Пасифик-Пойнт. Я был свободен целых четыре дня, прежде чем Крис нашел меня. Из-за его наказания я попал в больницу на неделю, и он позаботился о том, чтобы болезненные уроки продолжались еще несколько месяцев после этого.
— Если я узнаю, что ты лжешь, то причиню ей боль похлеще, чем причинил тебе, — пробормотал он убийственным голосом. — И я заставлю тебя смотреть.
Я оставался абсолютно неподвижным, сохраняя маску безразличия, прежде чем кивнуть.
— Она всего лишь пешка. Чтобы ты ни хотел, чтобы я сделал, я это сделаю.
— Хорошо, — он жестом пригласил меня войти в дом. — Нам нужно разработать стратегию против банды “Гримроуз”. Тогда я покажу тебе комнату, в которой она находится.
Безысходность пронзила меня насквозь, пока я шел. Что, черт возьми, мне теперь делать? Если я не зайду к ней в комнату и не пересплю с ней, Крис причинит ей боль, потому что поймет, что я к ней неравнодушен. Но я не был уверен, что смогу войти туда и заняться с ней сексом, зная, что за мной наблюдают люди Криса. Я, блядь, не мог так с ней поступить.
Ей нужно было убраться из этого дома, но прямо сейчас это было невозможно. Половина банды была на территории. Я хотел, черт возьми, убить Криса, чтобы у него не было шанса приблизиться к Ринн. Но у него здесь были верные люди. Я убью его, и они вмешаются прежде, чем я смогу вытащить ее.
Но я собирался увести ее от Криса. От всего этого. Он ее не тронет.
Глава 4
Кайен
Я снова мерил шагами крошечную комнату, гнев бурлил во мне, когда я смотрел на запертую дверь. Люди Криса отвели меня прямо в подвал и заперли здесь, не сказав ни слова. Кроме раскладушки, там ничего не было. Не то чтобы помещение было достаточно большое, чтобы вместить что-то еще. Я в третий раз взглянул на маленькое окошко, увидев, что снаружи все еще темно. Я сомневался, что пробыл здесь долго, но мне казалось, что прошли гребаные часы.
Я даже не знал, где Ринн. Она все еще находилась в клубе, когда они затолкали меня в машину с гребаным мешком на голове и уехали. Надеюсь, она ушла с Мили и Ванессой. Если она сейчас в Пасифик-Пойнт с Крисом… Я покачал головой, не желая думать об этом. Мой отец был плохим, но Крис был намного, блядь, хуже.
Волна нервозности прокатилась по мне, когда я подумал о своем отце. Я не знал, жив он или мертв. Ник вытащил его, но Апостолы окружили меня, прежде чем я смог последовать за ними. Был ли я дерьмовым сыном за то, что беспокоился о Ринн больше, чем о собственном отце? После всего, что он сделал с моей мамой, а теперь и с Ринн, он, блядь, заслужил все, что получил. Хотя меня сразу вывела из себя мысль о том, что это Крис мог его убить.
Я понятия не имел, что это теперь значит для Гримроуз. Или для Апостолов. Литтл-Хэйвен больше не был в верхней части списка. Не тогда, когда обе банды были в состоянии войны. Что, безусловно, и произошло после того, как выстрелили в моего отца. Ник
