– Возможно.
– Ты действительно допускаешь то, что можешь ошибаться? – вопросительно вскинув брови, спросил Алексей.
– Изгнание, кузен, дает нам время подумать. Я никогда не задумывалась над тем, что такое хорошо, а что такое плохо, когда предпринимала что-либо, но я всегда думала о благе моей родины, – сверкнула глазами Валентина. – Авалония – это моя душа и душа моего отца. Однако он оказался слабым и не смог бросить вызов вашей семье. Но что не было дано моему отцу, дано мне.
Алексей долго смотрел на нее. Она даже показалась ему искренней, но он все равно уже не смог бы ей поверить никогда.
Причин разлада и вражды между их семьями больше не было, враждовать незачем, но Валентина ничего не достигнет своими извинениями.
– Зачем ты здесь? – снова спросил он.
– Я подумала, что пришло время убрать ту трещину, что пролегла между нами. Мы же единая семья. В конце концов, и нас-то осталось не так уж много. Но если мы не связаны по крови, то нас хотя бы объединяет общая потеря. Я также думаю... то есть я чувствую... вернее, я мечтаю... – Тут она умолкла, очевидно, не находя нужных слов.
– Что? – с любопытством спросил Алексей.
Она улыбнулась, и их взгляды встретились.
– Мне некуда идти, кроме как сюда.
– Конечно, – пробормотал Роман.
– Ха-ха! – самодовольно усмехнулся Дмитрий. – Я так и подозревал.
Валентина подчеркнуто проигнорировала его.
– У меня мало денег. Я уже дважды овдовела...
– И кто же в этом виноват? – не удержавшись, мрачно буркнул Дмитрий.
Уже давно ходили слухи о том, что смерть как первого, так и второго мужа Валентины на ее совести. Оба джентльмена ушли в мир иной, прожив в браке с Валентиной не более полутора лет, и оба владели немалым состоянием.
Валентина бросила на Дмитрия взгляд, способный уничтожить человека, но тот даже не дрогнул.
– Кузен, Алексей, ваше... – тут Валентина на мгновение закрыла глаза, словно собиралась с силами, и наконец произнесла: – высочество! Полагаясь на ваше милосердие, как гражданка Авалонии и член вашей семьи, я прошу приюта. Точнее, убежища.
– Убежища? – Алексей с удивлением посмотрел на нее и не удержался от смеха. – Вот этого я не могу тебе предложить. Здесь же не храм, в котором можно приютить, да и я не суверен, владеющий страной.
– Наверное, «убежище» не совсем удачное слово, – спохватилась Валентина, подходя к нему поближе. – Все, что мне нужно, Алексей, так это крыша над головой. Мой образ жизни не позволил мне приобрести друзей. Ты и есть моя единственная семья, позволь мне остаться... – она с презрением покосилась на Дмитрия, – в твоем доме. Я еще могу быть тебе полезна. Я ведь хорошая хозяйка, а у тебя нет жены. Значит, я могу на званых обедах...
– Я не собираюсь устраивать званые обеды, – решительно возразил Алексей.
Не скрывая удивления, Валентина переспросила:
– Но почему?
– Его высочество пока не желает выходить в свет, – решительно вмешался Роман. – Он предпочитает в данный момент одиночество, хочет поразмышлять о будущем.
– Это несерьезно, – возразила Валентина. – Для всего мира ты все еще принц Авалонии, глава королевского дома Пружинских. Ты несешь определенную ответственность, во всяком случае общественную. Твой долг – появляться в свете. Хотя бы для того, чтобы показать всем, что мы разбиты, но не сломлены. Кроме того, бывая в свете, можно установить множество полезных контактов...
– С какой целью? – резко спросил Алексей, сверля ее глазами.
Все в комнате затаили дыхание. На лице Валентины можно было прочесть смятение. Тяжело вздохнув, она снова обратилась к кузену:
– Не знаю, но лично я не собираюсь прятаться от мира.
– И я тоже, кузина. Я не стану отшельником. Просто я еще не готов к встрече с банальностью высшего света.
– Алексей... – начала было Валентина, но тот резко остановил ее:
– Ты, конечно, из нашей семьи. Можешь и остаться с нами.
– Было бы разумнее... – начал Роман, нахмурив брови.
– Вы не можете поступить так, ваше высочество! – прервал его шокированный Дмитрий. – Это все равно, что пригреть змею на груди.
– Змею? Я не ожидала от вас такого, капитан, – фыркнула Валентина, но Дмитрий даже не взглянул в ее сторону.
– Она потратила всю свою жизнь, чтобы только захватить власть и погубить вас и вашу семью, ваше высочество! Она похоронила уже двух мужей! Вероятно, собственными руками уложила их в могилу. Ей нельзя... верить.
Алексей улыбался.
– Я и не собираюсь ей верить.
– На твоем месте я бы тоже не стала, – тихо пробормотала Валентина.
Дмитрий нахмурился:
– Не стала?
– Ни в коем случае. Думаю, что за нею надо следить. Это факт.
– Да, – покорно согласилась Валентина. – За мной надо следить. Верно, кузен, я не заслуживаю твоего доверия. Ты должен, как никогда, быть осторожен. На твоем месте я бы так и поступила.
Роман одобрительно кивнул:
– Осторожность – это хорошая черта, ваше высочество.
– Отлично! – удовлетворенно заметил Дмитрий. – Мне чертовски не хочется, чтобы вы поверили нескольким словам покаяния.
– Тогда позволь мне тебя успокоить, – сказал Алексей. – Валентина заслуживает самого тщательного надзора, днем и ночью.
– Я с вами полностью согласен. – В голосе Дмитрия было удовлетворение и даже энтузиазм.
Алексей с трудом скрыл улыбку.
– Считаю, что должен поручить это только тому, кому я абсолютно доверяю.
– Абсолютно, – кивнув, подтвердил Дмитрий.
Роман только усмехнулся.
– Тому, кому я вверил бы собственную жизнь, – продолжал Алексей.
– Собственную жизнь, – повторил Дмитрий. – Только так, а не иначе.
– И поэтому, мой старый друг, – продолжал Алексей, – я поручаю это тебе.
– Конечно, ваше высочество. Кому же... – Дмитрий вдруг осекся, поняв, с чем он соглашается. – Мне?!
– Ему? Этому самому лицемерному, самому безупречному святоше капитану! – гневно закричала Валентина. – Да мне лучше сесть в темницу и провести последние дни в обществе паразитов, чем быть под надзором этого типа! Я презираю его.
Дмитрий, скрестив руки на груди, глухо промолвил:
– Я просто не переношу ее.
– Я же не предлагаю вам быть неразлучной парой. – Подавив смех, Алексей постарался сказать это строгим голосом.
Все становилось весьма забавным, однако Валентина и Дмитрий были потрясены. Делать было нечего. Никто больше не сможет выполнить это поручение, кроме Дмитрия.
– Валентина! – Глядя на нее, Алексей старался казаться непреклонным. – Это одно из условий присоединения к нам, оно не подлежит обсуждению. – Он повернулся к Дмитрию: – Обстоятельства, в которых мы оказались, не дают нам выбора, капитан. И даже если бы все ресурсы Авалонии были в моем распоряжении, я все равно сделал бы такой выбор, ибо нет никого другого, кому бы я доверял больше, чем тебе, Дмитрий.
