Читаем без скачивания Особенная семья - Холли Джейкобс

– Ты лучше выяснил бы, встречается ли она с кем-нибудь. Вообще-то я вышел поблагодарить за скошенный газон.

Лайам кивнул:

– Вы же знаете, это не проблема. – Патрик давно вышел из того возраста, когда заниматься подобными делами безопасно, а Лайаму требовалось всего двадцать минут, чтобы скосить, заодно со своим, и газон старика. – Именно для этого и нужны соседи.

– Ты хороший мальчик. А теперь докажи, что ты еще и умный, и попробуй захомутать эту умную девочку. – Патрик с трудом развернулся и пустился в обратный путь к своему дому. – Анна. Чудесное старое имя. Древнееврейское. Означает «благодать».

Малоизвестных и вовсе неизвестных фактов, хранившихся в голове Патрика, вполне хватило бы для участия в «Своей игре», поэтому Лайам и не подумал усомниться в его словах. Наверняка старик точно назвал происхождение имени Анна.

– А мое имя? Что значит Лайам?

Патрик снова развернулся и провел пятерней по волосам, заставив их окончательно встать дыбом. Эйнштейн в самый лохматый свой день.

– Это гэльское имя, парень. Форма имени Уильям. Означает «воин». У твоего брата тоже гэльское имя. Означает «голубок». Я думаю, ваша мать знала, что делала, когда называла вас обоих. Будь воином, сражайся за девчонку.

– У меня нет времени на девчонок, на мне и работа, и Колм, но все равно спасибо, Патрик.

– Всегда готов поделиться своим мнением и дать совет, мальчик. Не то чтобы ты ко мне прислушивался…

Никто, кроме Патрика, давно уже не называл Лайама мальчиком. Откровенно говоря, Лайам и сам с трудом мог припомнить время, когда чувствовал себя мальчишкой. Сколько он себя помнил, у него всегда были обязанности, а после гибели родителей все вообще легло на его плечи.

Он открыл дверь в дом и сразу же услышал смех. Всякие мысли об ответственности выскочили из головы.

– Давай теперь ты, Анна, – произнес Колм в гостиной. – Тук-тук.

– Кто там? – ответила ему Анна.

– Колм, глупая.

Анна весело рассмеялась, и это было не принужденное хихиканье, а искренний глубокий смех. Ей и правда было интересно с Колмом.

– Ну давай же, Анна. Твоя очередь. Кажется, я пока побеждаю.

– Ну хорошо, последний раз. Эй, Колм, тук-тук.

– Кто там?

– Банан.

– Почему банан?

– Потому что Анна-Бананна, а теперь пора надевать пижаму.

На этот раз рассмеялся Колм, а чуть позже к нему присоединилась и Анна. Чудесно было вернуться домой и услышать такой смех!

– Эй, тук-тук! – сказал Лайам вместо приветствия.

– Лайам! – Колм завопил и мгновением позже влетел в арку гостиной. – Ты дома!

Он бросился на Лайама, откровенно рассчитывая, что тот поймает. Лайам – уже не первый раз – внутренне поклялся, что всегда сможет поймать брата и будет ему надежной опорой.

Колм выпустил его так же порывисто, как и обнял.

– Привез мне что-нибудь?

– Может быть.

Колм рассмеялся.

– Ты всегда мне что-нибудь привозишь. Давай же. Где оно?

– Как насчет пойти и надеть пижаму, как велела Анна? А я пока найду.

– Оки-доки! – Он окончательно отпустил Лайама и полным ходом унесся вверх по лестнице.

– По лестнице ходят, Колм, – окликнула его Анна.

Колм чуть-чуть, едва заметно, замедлился.

– Ну, как прошла поездка? – Анна начала подниматься с дивана.

– Пожалуйста, не спешите уходить, – сказал Лайам. Анна опустилась обратно, а он уселся напротив. Было очень приятно, что кто-то поинтересовался результатом поездки. Он никогда об этом не думал, но как же давно его никто ни о чем не спрашивал! – Отвечаю: поездка прошла великолепно! Бесспорный успех. Удалось заключить крупный контракт.

Бизнес Джексона Тека надолго обеспечит жизнеспособность его маленькой фирмы по компьютерной безопасности.

– Поздравляю, Лайам! Я так рада за вас!

– А как здесь дела?

– Просто фантастика! Колм сам постирал в машине свои вещи. – Анна улыбнулась какому-то приятному воспоминанию. – Кстати, когда увидите, как сложены вещи, не удивляйтесь. Не идеально, конечно, но несколько морщинок – не слишком большая цена за ту гордость, которую Колм испытал от этой работы. Он еще не совсем готов заниматься этим без посторонней помощи, но он старается, и получается совсем неплохо. Было бы хорошо, если бы вы не жалели времени и позволили ему в дальнейшем помогать вам.

Лайам ощутил острое чувство вины при мысли о том, сколь многому научился Колм за короткое время общения с Анной.

– Мне следовало больше заниматься с ним. Надо было убедить маму, надо было позволять ему пробовать новое… Но она вечно боялась, что он поранится, и через некоторое время… Ну, я просто перестал об этом думать. Колм есть Колм. Он такой, какой есть. Что-то умеет, чего-то не умеет, и бесполезно об этом думать.

– Лайам, мы ведь уже говорили об этом. – Анна подалась вперед и положила руки на журнальный столик. Кудряшки рассыпались по плечам. Казалось, она старается приблизиться к нему, чтобы ее слова были более убедительными. – Вы добились с братом прекрасных результатов. Колм хорошо адаптирован и счастлив. Если бы не это, он не смог бы так хорошо учиться и осваивать все эти вещи.

– Я не знал…

– Я, например, ничего не знаю о компьютерах, а вот вы можете делать с ними всякие поразительные вещи. При одном взгляде на всю эту путаницу приборов и мониторов наверху, в вашем офисе, мне становится не по себе. Вы хороший, заботливый брат, Лайам Франклин. Вы пришли в «Рассвет» за помощью, вы разрешили мне заниматься с Колмом. Вы любите его, вам не безразлична его судьба. Вам не в чем винить себя. Совершенно не в чем.

Она говорила все это так серьезно! Она хотела дать ему понять, что готова сражаться за него так же, как за Колма, а в ее готовности сражаться за Колма он уже успел убедиться.

Лайаму вдруг захотелось наклониться вперед через столик, оказаться к ней поближе и… поцеловать. Это желание застало его врасплох. Не то чтобы он не замечал, как привлекательна Анна. Ну, может быть, ему потребовалось на это некоторое время, но против ее улыбки и смеха устоять было невозможно. И он быстро понял, как здорово она работает – как здорово она общается с его братом. Но целовать?

Желание поцеловать Анну оказалось сюрпризом, и, конечно, он вовсе не собирался ему поддаваться. Вместо этого он просто положил свою ладонь поверх ее руки. Она не отняла руку, а лишь перевернула ее, так что их руки теперь лежали ладонь к ладони. Она слегка сжала его руку. Оба молчали.

Наконец Лайам откинулся назад, разорвав прикосновение.

– Спасибо! – произнес он охрипшим от нахлынувших эмоций голосом.

– Всегда пожалуйста. – Она вновь начала подниматься. – Мне пора.

– Эй, Анна, – позвал Колм с верхушки лестницы. – Тук-тук!

– Кто там? – отозвалась она, позабыв напомнить ему о том, что кричать в доме не полагается.

– Пижама! – Было прекрасно слышно, как Колм грохоча сбегает по лестнице.

– Почему пижама? – спросила Анна.

Колм ворвался в гостиную.

– Потому что пижама на Колме, вот почему!

– Кажется, – прошептал Лайам, отсмеявшись не менее весело, чем сам Колм, – он не до конца понял смысл игры.

– Смысл в том, чтобы веселиться, так что с этим все в порядке, – прошептала Анна в ответ.

– Эй, Анна, хочешь сыграть в «Ловись, рыбка!»? – спросил Колм.

– Может быть, в другой раз, Колм. Твой брат наверняка устал. Я уверена, что ему хочется отдохнуть в тишине и покое.

– Не-а, Лайам будет играть, правда, Лайам? – Колм очень серьезно обернулся к Анне. – Он ведь, как супергерой, может делать все!

Спрашивается, чем еще можно было ответить на взгляд Колма, полный безграничного доверия?

– Конечно, Колм. То есть конечно, если мы еще не окончательно надоели Анне.

Она метнула на него недоуменный взгляд и медленно ответила:

– Нет, вы двое мне еще не надоели.

– И никогда не надоедим! – заявил Колм. – Я ей нравлюсь, Анне. Я, конечно, не знаю, нравишься ли ей ты, – поддразнил он брата.

– Мне нравятся оба брата Франклин, – дипломатично вставила она.

– Ну нет, я ей нравлюсь больше, потому что ты зануда. Я нравлюсь Анне больше всех! – продолжал дразнить Колм.

Лайам понимал, что Колм затевает с ним новую игру – спор о том, кто больше нравится Анне, – но эта игра для него сейчас не годилась. Желание поцеловать Анну не уходило, как ни старался он с ним разделаться.

Они уселись играть в «Ловись, рыбка!». Привычно наблюдая за Колмом, Лайам вдруг понял, что его брат никогда еще не был так счастлив. Да, конечно, он всегда был доволен. О нем заботились. Его баловали. Но с тех пор, как в их жизнь вошла Анна, Колм по-настоящему вырос, повзрослел. Он приобретал новый опыт, испытывал новые впечатления. Он был счастлив, как никогда прежде.

– Ловись, рыбка! – радостно завопил Колм.

– Тихим голосом, Колм, мы же в доме, – мягко напомнила Анна.

– Конечно, Анна. Я забыл. Но ты знаешь, забыть – это ничего страшного, – поспешил он поделиться с Лайамом. – Анна говорит, что друзья затем и нужны, чтобы вовремя напомнить. А потом мы и сами перестанем забывать. В доме говорят тихим голосом. Ага, скоро я сам буду всегда помнить это правило.