Любовь, поклонение — наикратчайший путь к сердцу женщины. И какое имело значение, что Константин в то время был женат? Патриарх допустил бы расторжение брака императора, если бы взамен под его длань были приведены новые многочисленные подданные. Приведены мирным путем — обращением в истинную веру.
И что с того, что Константин был автором знаменитого трактата об управлении империей, в котором категорически протестовал против браков представителей царствующего дома с представителями варварских государств, поскольку это непоправимо вредит престижу Византии! Он, кстати, и письмо написал своим внукам, Василию и Константину, заклиная их «держать и не пущать» варваров в царствующий византийский дом.
Кстати, это письмо стоит того, чтобы его процитировать. Ведь оно всплывет и в последующие годы, когда внук княгини Ольги, великий князь киевский Владимир, начнет сватать цареградскую царевну Анну, внучку Константина.
Итак, Константин Багрянородный писал:
«Если когда-либо народ какой-нибудь из этих неверных и нечестивых северных племен попросит о родстве через брак с василевсом ромеев[11], то есть либо дочь его получить в жены, либо выдать свою дочь василевсу ли в жены или сыну василевса, должно тебе отклонить и эту их неразумную просьбу, говоря такие слова: «Об этом деле также страшное заклятие и нерушимый приказ великого и святого Константина начертаны на священном престоле вселенской церкви христиан Святой Софии: никогда василевс ромеев да не породнится через брак с народом, приверженным к особым и чуждым обычаям, по сравнению с ромейскими устроениями, особенно же с иноверными и некрещеными…»
Написать, конечно, можно все, что угодно. Особенно о роли государства. И все же государство государству рознь. Одно дело, к примеру, какая-то крошечная Кроатия[12], и совсем другое — огромная, богатейшая Русь. Ради такого пирога можно многим поступиться. И сделать тонкий намек прекрасной княгине киевской…
Да, император хитер. Но ведь и Ольге было не занимать стать хитрости! Своей собственной, женской.
— Как же мы можем царствовать вместе? — спросила она, глядя в его черные глаза своими — светлыми и переменчивыми, словно река в ветреный день. — Я — княгиня русов, и страна моя верит во многих богов. Ты — христианин и владыка земли христианской. Сначала мне нужно креститься и принять твою веру.
— Так за чем же дело стало?! — радостно вскричал Константин. — Мы устроим это немедленно!
— Немедленно? — притворно испугалась Ольга. — Но я еще не готова… А впрочем, я согласна — только при одном условии. Ты сам приведешь меня в новую веру.
Константин был вне себя от восторга. Обряд крещения провели с невероятной скоростью. Сам патриарх Константинопольский крестил новообращенную, ну а восприемником от купели, то есть крестным отцом ее, стал император. Нарекли Ольгу после крещения Еленой — в честь матери императора Константина Великого, которая была одной из первых провозвестниц христианства в Византии.
— Ну, теперь мы равны перед Богом, — сказал Багрянородный Ольге. — Хочу взять тебя в жены.
— Как же это возможно?! — отпрянула Ольга. — Не ты ли сам крестил меня и называл дочерью? Даже поганые не берут дочерей в жены — неужто христианскому императору дозволено сие?!
И проговорил обескураженно император:
— Перехитрила ты меня, Ольга!..
Где было ему знать, что он оказался лишь одним из многих, кого перехитрила эта поразительная женщина.
Однако… однако это было ее последнее лукавство!
Дальнейшие события из жизни Ольги — перечень дел великой правительницы, которая, словно по волшебству, забыла веру отцов своих и ратовала за установление христианства на Руси. Впрочем, неофиты всегда отличались почти чрезмерным усердием в насаждении нововведений. Это докажет внук Ольги — Владимир, прозванный Святым, тот самый, который силком загонит соотечественников в Днепр, Волхов и другие реки и примется крестить их огнем и мечом. Но все же первой проложила этот путь Ольга.
Она делала это и во имя державы, и во имя спасения собственной души, и во имя сына Святослава, конечно.
Того самого сына, коего она зачала без мужа на вспаханном поле.
И это осталось ее тайной, которую погребли века.
Примечания
1
Рюрик (? — 879) — первый русский князь, призванный «чюдью, весью, словенами и кривичами», «из варяг» (из племени Русь), «княжить и володеть ими»; в 862 г . занял Ладогу, а через два года, по смерти своих братьев Синеуса и Трувора, присоединил к ней их владения — Белоозеро и Изборск; перенес столицу в Новгород и срубил город над Волховом (ныне Городище), где впоследствии жили новгородские князья. Перед смертью он вручил правление и заботу о малолетнем сыне своем Игоре своему родственнику Олегу.
2
Олег вещий (? — 912) — русский князь из рода варягов, воевода Рюрика. В 907 г . дошел до Царьграда и вынудил греков сдаться.
3
Асы — собирательное название всех варяжских богов.
4
То есть не беленого, а серого — дикого — цвета.
5
В древности славяне называли так волхвов, которые имели особую власть над погодой и особенно над тучами.
6
Хлодвиг I (466-511) — король франков из рода Меровингов. Завоевал почти всю Галлию, что положило начало Франкскому государству.
7
Германцы.
8
В ту пору это было не только обозначением возраста, но и названием молодого воина.
9
В те времена слово «город» имело несколько иное значение, чем теперь, и означало прежде всего любое огороженное стеной пространство.
10
Тлеющий уголек.
11
То есть с царем греческим.
12
То есть Хорватия.
