Глядя на этих нынешних Ивановых, только и думаешь: «Господи, Господи! Неужели нас ждет близкое пришествие таких вот людей на вершину власти? За что такая напасть? Чем уж мы так прогневили Бога, что он второй раз за одно столетие насылает на нас такую всесветную беду? Неужто мы не вправе воспротивиться этому?»
К запрету и ограничению коммунистической деятельности в разные времена прибегали несравненно более прочные демократические режимы, чем нынешний российский. Вспомним хотя бы США, ФРГ… Финляндию…
В других странах – например, во Франции, в Италии – меры предосторожности находили излишними и как следствие получали немало хлопот на свою голову. Тут, однако, надо вспомнить, что еврокоммунизм – совсем не то, что наш российский коммунистический фундаментализм. (Не следует, конечно, смешивать с нашими красными и тех «розовых», которых с некоторых пор привечают в Восточной Европе и в Балтии.)
Так и получается, одни мы такие храбрые и безоглядные. Наша демократия – новорожденный теленок, еще только пытающийся утвердиться на тоненьких, колеблющихся тростинках-ножках. Между тем мы широким жестом позволяем вольготно жить и здравствовать кому угодно – крайним националистам, расистам, фашистам… И, разумеется, коммунистам. Вот мы какие! Никого не боимся! Никто нам не страшен! Что для немца карачун, русскому – здорово! Ой ли?
Оглянемся-ка вокруг. В очередной раз поучимся уму-разуму у того, у кого он есть. Экстремистские организации пользуются демократическими правами главным образом там, где они обладают ничтожным влиянием – поддержкой считанных процентов или даже долей процента населения. В этих странах подобное спокойное отношение ко всякого рода политическим бузотерам действительно как бы призвано демонстрировать полноту демократического ландшафта, оно словно бы свидетельствует: смотрите, у нас одинаковое отношение ко всем, без малейшего исключения.
Нам ли, однако, становиться сейчас в ряд таких стран? Мы ведь и близко к ним не принадлежим.
В тех же самых социально благополучных государствах, едва только влияние экстремистов возрастает либо же они начинают производить различные шумовые эффекты, сразу же принимаются экстренные меры по их стреноживанию. А как же иначе? Мы же, как представляется, вновь готовы покорно идти навстречу своей судьбе, проявлять полное смирение перед тем, что считаем неодолимым роком. И при этом мудро рассуждать и философствовать.
Удивил меня Егор Тимурович Гайдар, который в недавней беседе со мной высказал смелый прогноз, что вот, мол, если даже коммунисты придут к власти, долго они не удержатся, демократия все равно победит. Оговорился, правда: «Другое дело, сколько это будет еще стоить нашей стране».
А и в самом деле, сколько будет стоить стране очередной коммунистический эксперимент? Останется ли после него хоть что-нибудь от страны?
Думаю, в упомянутом прогнозе Гайдар-ученый возобладал над Гайдаром-политиком, Гайдаром-патриотом, тем самым, который поздним вечером 3 октября 1993 года призывал нас по телевидению идти к Моссовету, чтобы защитить российскую демократию от красно-коричневой чумы.
По-моему, никаких бесстрастно прогностических «если» в наших сегодняшних обстоятельствах быть не должно. КОММУНИСТЫ НЕ ДОЛЖНЫ ПРОРВАТЬСЯ К ВЛАСТИ.
Сама по себе победа большевиков на выборах в Думу – это, конечно, еще не катастрофа. Каков бы ни был расклад сил в новом думском составе, – конституционные полномочия нижней палаты парламента, как известно, весьма ограниченны.
Опасность таится в другом. Результаты прошлых думских выборов, как мы знаем, сильно повлияли на общую обстановку в стране, хотя уже тогда было ясно, что сама по себе Дума мало на что способна. В частности, под влиянием этих результатов Ельцин отшатнулся от демократов. А правительство «метнулось в сторону финансовой безответственности». Следствием чего стали известные события: резкое падение курса рубля, огромная инфляционная волна осени и зимы 1994 – 1995 годов, резкое снижение жизненного уровня…
Эффект от нынешних выборов может быть еще заметней, ибо они прошли в преддверии выборов президентских. В такой ситуации коммунистический триумф при голосовании 17 декабря – дурной знак. Он придает силы большевистским фанатикам, разворачивает в соответствующую сторону колеблющихся. Вносит смятение и растерянность в ряды тех, кто привык держать нос по ветру. В том числе и во властных кабинетах. В том числе и в прессе (омерзительно было смотреть, как в эти дни представители «свободной печати», радио, телевидения хороводились вокруг Зюганова и иже с ним, с каким холуйским подобострастием задавали им «удобные» вопросы, как старались доказать всему миру, что эти «пролетариелюбцы» – «с человеческим лицом»).
Вот в чем главная опасность этого триумфа. Вот почему его нельзя было допускать.
***
Перечитывая эти строки, снова думаешь: ведь с каким великим трудом страна выбиралась, выкарабкивалась из десятилетий коммунизма! Вряд ли и сейчас, спустя годы после описываемых событий, можно сказать, что окончательно выкарабкалась. Хуже того: уже и новое поколение появилось, которое плохо себе представляет, что такое РЕАЛЬНЫЙ коммунизм, и, отталкиваясь от мерзостей сегодняшнего дня, – а кто ж отрицает, что он, этот день, с верхом наполнен всякого рода мерзостями? – вновь ставит своей жизненной целью борьбу за коммунизм идеальный. Идеал этот в принципе недостижим. Борьба «молодого, незнакомого» племени ведет в тот же тупик, где мы уже побывали. Но ребята этого не понимают. Жалко их. Жаль впустую растрачиваемой молодости, напрасно расточаемых сил. Коммунистическое «светлое будущее» не может быть альтернативой мерзостям нынешнего времени.
Подведены окончательные итоги выборов
29 декабря Центризбирком обнародовал окончательные итоги выборов. В Думу прошли лишь четыре избирательных объединения – те самые, которые с самого начала захватили лидерство: КПРФ, получившая 22,3 процента голосов (за нее проголосовали почти 15 с половиной миллионов человек), ЛДПР – 11,18 процента (7, 7 миллиона), «Наш дом – Россия» – 10,13 (чуть более 7 миллионов), «Яблоко» – 6, 89 (4, 8 миллиона).
В результате по партийным спискам коммунисты получили в нижней палате 99 мест, жириновцы – 50, НДР – 45, «Яблоко» – 31.
В одномандатных округах КПРФ обрела еще 58 депутатских мандатов. 20 мест оказалось у родственной ей Аграрной партии.
Иными словами, в целом избиратели предоставили марксистам-ленинцам 177 депутатских кресел. Это хоть и не контрольный, но – самый внушительный пакет думских «акций».
По сравнению с Думой предыдущего, первого, созыва коммунисты значительно прибавили: в 1993-м за них проголосовали лишь 12,4 процента избирателей (6,7 миллиона человек), что дало им 32 «партийных» места. В тот выборный цикл последователи Ленина – Сталина оказались только третьими, пропустив вперед Жириновского и «Выбор России». Всего КПРФ получила 46 мест. Ее союзнице АПР досталось тогда 55 мандатов. Так что по сравнению с 1993 годом в декабре 1995-го альянс коммунистов и аграрников заметно увеличил свое присутствие в Думе…
«Яблоко» добавило к своему партийному списку 14 одномандатников, НДР – 10. По 9 мест получили в одномандатных округах не преодолевшие пятипроцентный рубикон «ДВР – Объединенные демократы» и возглавляемая Николаем Рыжковым «Власть – народу!», 5 – Конгресс русских общин (одно из этих пяти мест досталось генералу Лебедю)… 77 мест обрели независимые кандидаты.
Таков был в общих чертах расклад сил в нижней палате парламента.
После думских выборов стало вполне очевидно: представитель коммунистов будет главным фаворитом и на предстоящих в скором времени выборах президентских.
Впрочем, прямые соцопросы, проводившиеся в то время, не вполне подтверждали этот грядущий фаворитизм – Зюганов еще не был явным лидером. Намеченные на лето выборы президента в то время представлялись чем-то далеким, мало кто задумывался о них всерьез.
На что невозможно было не обратить внимание, так это на крайне низкий, почти нулевой, рейтинг действующего президента.
Данные социологов
(20 декабря 1995 года)
На вопрос социологов ВЦИОМа, за кого бы они проголосовали, если бы выборы президента состоялись в следующем месяце, 7 процентов ответили – за Жириновского, 6 – за Зюганова, по 5 – за Черномырдина и Явлинского, по 4 – за Лебедя и Святослава Федорова, по 2 – за Ельцина, Руцкого, Гайдара, Тулеева и Бориса Федорова (при этом, надо отметить, Черномырдин и Гайдар уже заявили: они не собираются баллотироваться в президенты). 24 процента сообщили, что не намерены участвовать в выборах. Опрос проводился 6 – 12 декабря.
"Яблоко" подыгрывает зюгановцам
Явлинский помогает Селезневу стать спикером
Вскоре после начала работы нижней палаты парламента коммунисты закрепили победу, которую они одержали в декабре на думских выборах.
