он отрубится. Ему нужно убедиться, что Марлоу находится в безопасном месте, прежде чем он погаснет, как перегоревшая лампочка.
Полоса полного спектра на циферблате его часов резко потемнела до почти чернильно-фиолетового. Он остановился, его зашатало и ему пришлось приложить немало усилий, чтобы просто удержаться на ногах, он посмотрел на безликую зеленую кварцевую стену. Она ничем не отличалась от любой другой зеленой стены в туннеле, но энергия, исходившая от нее, не уловимым образом отличалась.
— «Почти на месте», — сказал он. — «Вот ворота.»
Предчувствуя новое приключение, Гибсон взволнованно заурчал и спрыгнул с плеча Марлоу. Несколько секунд он стоял на задних лапах перед стеной. Появилось небольшое отверстие. Он проскочил сквозь него и исчез. Дыра в стене размером с пыльного кролика закрылась.
— Вот, черт, — сказал Адам. — «Не знал, что эти маленькие твари могут открывать проход».
— «Я думаю, он иногда охотиться здесь ночами со своими приятелями», — сказала Марлоу.
— «Откуда ты это знаешь?»
— «Он вечно приносит мне маленькие подарки, которые есть только в тропическом лесу. Цветы, какие-то странные ягоды и фрукты, блестящий камешек. Подарки всегда того странного зеленого цвета, который бывает только в джунглях».
— «Пси-зеленый».
— «Да.» — Марлоу изучала его с растущим беспокойством. — «Ты уверен, что тебе хватит сил и энергии, чтобы открыть врата?»
— «Я смогу это сделать.»
— «Я бы сама это сделала, но, как мы знаем, мой янтарь не выдержал перехода через вихрь».
Он посмотрел на нее, удивленный. — Ты умеешь открывать ворота?
— «Я не знала, как это сделать, пока не встретила Гибсона. Он научил меня.»
— Как, черт возьми?
— «Я не могу описать процесс. Я просто наблюдала, как он делает это несколько раз вторым зрением, и поняла, как управлять потоками. Это не сильно отличается от работы со светом снов. Если подумать, энергия она и в Африке энергия. Оказывается, большая часть инопланетного пси исходит из ультратемного конца спектра.»
— «Конца света снов».
Он собрал оставшиеся крохи резерва и сосредоточился на спектре своих часов, исследуя структуру токов ворот.
Кварцевая стена светилась более насыщенным оттенком зеленого. Открылось отверстие, достаточно большое, чтобы через него мог протиснуться человек, узкое окошко в причудливые подземные джунгли.
Гибсон появился в воротах и приветственно хмыкнул. В одной лапе у него была маленькая палка.
— «Я пойду первым», — сказал Адам. Он двинулся к воротам. — «Удостоверюсь, что с другой стороны нет сюрпризов».
Марлоу последовала за ним. — «Я уверена, что сюрпризов не будет. Гибсон забил бы тревогу, если бы нас там ждало что-нибудь опасное».
— «Возможно, но, видишь ли, в Гильдии такие правила», — сказал Адам.
Он протиснулся бочком в отверстие и попал в фантастический мир Тропического леса. На него обрушилась сильная волна жары и влажности. В его измученном состоянии это было слишком. Чтобы удержать равновесие, он схватился за свисающую лозу, покрытую жуткими зелеными орхидеями.
Проклятие. Хреновый способ произвести впечатление на женщину, Уинтерс.
Марлоу легко прошла через ворота вслед за ним. Пока она осматривалась, он использовал последнюю каплю энергии, чтобы закрыть отверстие. Он также быстро осмотрел окрестности.
Дождевой лес рос вплоть до стен туннелей. Деревья, покрытые вьющимися лозами, поднимались к искусственному зеленому небу, освещенному искусственным зеленоватым солнечным светом. Листья деревьев образовывали толстый полог. В ветвях порхали зеленые птицы, а в подлеске шуршали маленькие зеленые существа. Неподалеку было слышно как падает вода с водопада в бассейн грота. У подножия водопада в скалах было несколько небольших пещер.
— «То, что нужно», — сказал Адам. — «Я займу одну из этих пещер. Воду можно пить, а плоды, висящие на этих деревьях, съедобны. Здесь водятся хищники, но эксперты пока не обнаружили никого, кто бы был опасен для человека».
— «Да, я знаю», сказала она.
— «Извини за лекцию. Таков порядок. Что бы ты ни делала, не уходи одна. Помни, твой янтарь расстроен. Ты заблудишься, как только скроешься из виду».
— «Не волнуйся, я никуда без тебя не пойду», — сказала она. — «Гибсон предупредит меня, если будет что-то опасное».
— «Разбуди меня через два часа, если я не проснусь сам. Этого времени мне должно хватить на то, чтобы восстановиться».
— «Я не уверена, что тебе этого хватит. Ты вымотан».
— «Разбуди меня», — приказал он. Он собрал несколько толстых листьев и направился в пещеру.
— «Адам?»
Он бросил листья на пол пещеры и сел, зевая. — «Да?»
— «Что, там на счет жены?»
— «Что?» — Он еще раз посмотрел на часы. Он так устал, что не мог понять, сколько сейчас времени.
— «Несколько минут назад ты сказал, что, если не появишься в своем офисе, люди подумают, что ты либо мертв, либо ищешь жену. Ты сказал, что это дело Босса Гильдии.»
— «Старая традиция Гильдии».
— «Я не понимаю.»
— Гражданские, — пробормотал он.
— «Думаю, мы установили, что моя семья не принадлежит к Гильдии», — сказала она. Холод сквозил в каждом ее слове.
Он снова зевнул. — «Ты никогда не замечала, что почти все Главы Гильдий практически в каждом городе или населенном пункте либо уже женаты, когда получают должность, либо женятся вскоре после этого?»
— «Не задумывалась об этом», — призналась она. — «Но теперь, когда ты упомянул, да. Вообще говоря, у них у всех есть жены. И при этом они часто заключают официальные «Браки по Завету».
— Ты кажешься удивленной. — Он лег на сделанный из листьев тюфяк. — «Ты думала, брак внутри Гильдий чем-то отличается от брака вне организаций?»
— Ну… — Она сделала паузу. — «Я уверена, что есть определенное сходство».
Сомнение в ее слишком вежливом тоне раздражало его.
— «Я знаю, что вы, ребята из «Аркейна», очень часто обращаетесь к свахам Общества, — сказал он. — «К твоему сведению, семьи Гильдии тоже пользуются услугами профессионалов».
— «Я слышала, что в верхах Гильдии браки это больше деловые и социальные союзы. Любовь и совместимость не являются главными приоритетами».
— «Хочешь сказать, что в высших эшелонах власти Тайного Общества или в Обществе в целом все по-другому?»
— «Нет», — признала она. — «Но в моей семье все по-другому. Джонсы всегда очень традиционны, когда дело касается брака».
Жесткие социальные и правовые кодексы, установленные колонистами первого поколения, были предназначены для обеспечения стабильности основного строительного блока социальной структуры — семейной ячейки. Законы и обычаи несколько смягчились за двести лет после закрытия Занавеса, но не настолько. Семья была всем на Хармони. Любите или ненавидите, но вы застряли со своими родственниками. Если вступили в «Брак по Завету», вы застряли со своим супругом.
Лазейкой для пар, которые не были готовы связать себя обязательствами, был «Брак по Расчету» (БР), иначе известный как сожительство. Эти договоренности имели юридическую силу, но на самом деле они были не более чем
