когда я начну тебя учить. Договорились?
Конечно, договорились! И вот — провокация! Значит, говоришь, если я тебя догоню, то ты меня поцелуешь?.. А я догоню!!!
Я бодро зашагал к Катерине, отталкиваясь ногами от песка под водой. Вода упорно пыталась помешать мне, но я шагал и шагал, шагал и шагал… И не приближался ни на пядь!
— Попробуй помогать себе, загребая руками! — посоветовала девушка.
Ага! Так и в самом деле оказалось легче! И даже вода не так упруго сопротивлялась моим стараниям. Но расстояние между нами не сокращалось! Её голова торчала, как поплавок, улыбалась мне и не думала приближаться! Я размашисто грёб руками, и всё без толку!
— Попробуй делать длинные прыжки! — дала Катерина ещё совет, — Отталкиваешься от песка и как бы летишь над дном… А руками всё гребёшь и гребёшь. А потом другой ногой, опять сильно толкаешься и опять летишь. И гребёшь, гребёшь… Попробуй!
Совет опять оказался хорош. Хотя, с непривычки, я пару раз хлебнул морской воды, когда пытался «лететь». Но моя скорость движения в воде ещё увеличилась! И, кажется… кажется, я стал потихоньку приближаться! Но, нет… Такими темпами, я девушку только к вечеру догоню…
— Молодец! — похвалила Катерина, — Прирождённый моряк! Вот только… попробуй, когда «летишь», ещё и ногами двигать. Вот так.
Я увидел, как замолотили по воде её ножки, и девушка сразу увеличила расстояние между нами. Нет, я так не играю! Мне её вовек не догнать! Знала, хитрюга, когда предлагала поцеловать. Хотя… Если я тоже так научусь… Я же сильнее? Я же её догоню⁈
Я сильно оттолкнулся ногой от песка, лёг на воду, в положение «полёта», и сильно замолотил по воде руками и ногами. Секунд десять. Потом оттолкнулся другой ногой и опять — бах-бах-бах руками и ногами по воде. Вытянул опять ногу, чтобы оттолкнуться и… не нащупал дна! А⁈ Я тону!!! В отчаянии я молотил по воде руками, дёргал ногами и извивался всем телом. Кажется… кажется я вынырнул! Я сделал судорожный глоток воздуха и опять, что есть сил принялся колотить руками по воде. Пока кто-то не схватил меня за руку. А⁈ Оказывается, я ещё от страха зажмурился! Я бросил дикий взгляд вокруг. Что⁈ Где я⁈ А⁈ И тут… и тут я почувствовал под ногами спасительную твердь. Я стоял по шею в воде, но я стоял! На песке! Уф-ф! А передо мной стояла — стояла ли? Или всё ещё плавала? — Катерина, и держала меня за руку.
— Живой? — тревожно выдохнула она, и тут же улыбнулась, — Молодец! Андреас, представляешь, ты сам выплыл на мелководье! Ты поплыл, Андреас!
До меня не сразу дошло. Я что сделал? А? Я поплыл? То есть… я сейчас… Я поплыл! Я! Поплыл! Сам! В порыве чувств я схватил Катерину в объятья и прижал к себе. И тут же смутился, почувствовав, как ко мне прижалось обнажённое, горячее, девичье тело. И Катерина запунцовела. Я быстро разжал объятья.
— Э-э-э… Целуй! — потребовал я, пытаясь выкрутиться из щекотливого положения, — Я тебя догнал!
— Это не ты меня догнал, это я тебя догнала! — возмутилась девушка, — Вот ещё, целоваться вздумал!
— Ничего не знаю! Вот она ты! Значит, догнал! — я попытался нахмуриться, но у меня не получилось. Глупая улыбка мешала. Я умею плавать!
— Я тебя поцелую. Потом, — пообещала девушка, — Когда ты меня и в самом деле догонишь! А сейчас живо отвернись, я выходить на берег буду! И не вздумай повернуться, пока я не скажу, мне ещё надо полотенцем растереться как следует! Воздух прохладный…
Да, хотя море было достаточно тёплым, но воздух, чувствовалось, холодноват. Я добросовестно пялился в морскую даль, пока Катерина не разрешила обернуться. И пошёл к берегу.
— А ты куда? — удивилась она, — Только-только научился плавать и уже всё? Нет, дорогой, тебе надо ещё закрепить навык! Плыви! Сперва ко мне, потом от меня. Давай, давай! Не отлынивай!
В первый день я поверил, что я научился плавать. Во второй день, меня учили, как держать голову над водой, делая правильные вдохи и выдохи и как двигать ногами и руками. В третий день мне рассказали о разных способах плавания и я принялся их отрабатывать. На четвёртый день до меня дошло, что именно сегодня я действительно поплыл… А в первый день меня похвалили только для того, чтобы придать мне уверенность… Какое коварство! Потом меня учили плавать на спине, на боку, лежать на волне, раскинув руки, вроде морской звезды, отдыхая и набираясь сил… На десятый день я догнал Катерину. Хотя она пыталась хитрить, ныряя то туда, то сюда. И она чмокнула меня в щёчку. И это всё?..
— И этого много! — проворчала Катерина на мой немой вопрос, — Тебе ещё нырять учиться!
— В сапогах? — улыбнулся я.
— А вот, сапоги нужно сразу с ног сбрасывать, когда в воду упадёшь, — совершенно серьёзно посоветовала Катерина, — В отличии от одежды. Одежда помогает сохранить тепло, её снимать в воде не рекомендуют.
Ну, что ж… В любом случае, если я теперь упаду в воду, то не утону. По крайней мере, сразу. Ещё побарахтаюсь!
* * *
С некоторых пор мы зачастили с Катериной в Чивитавеккью. Бродили по портовым трактирам, кабачкам, и заводили разговор с капитанами. Увы, Катерина была совершенно права. Может быть, одного пассажира капитан и мог бы взять… особенно, если тот знает морское дело и может работать матросом. Но, чтобы сразу четверых человек, трёх лошадей и карету… Ну, нет!
И вообще, основная масса торговых судов заходила сюда по пути из Европы в Алжир или Левант, а также на обратном пути. Что-то купить, что-то продать, но в целом, корабли уже были набиты товарами под завязку. И что же делать? Неужели придётся, словно Ганнибалу, опять штурмовать Альпы? Бр-р-р!
— Ничего не поделаешь! — вздохнула где-то через неделю Катерина, — Нужно идти к пиратам… Другого выхода я не вижу.
— Но это же… морские разбойники! — обомлел я.
— Ага! А купцы — это торговые разбойники, — парировала Катерина, — Но ты же к ним в лавки ходишь?
— Ну, даже не знаю…
— Я знаю! Риск, конечно, неимоверный… Но через Альпы лезть среди зимы, риск побольше будет. А ждать лета, сидя здесь, в Чивитавеккьи… ты дождёшься здесь лета?
— Нет! —
