долго смотрел в ее темно-зеленые глаза, но так и не отдал куртку, а на следующий день вернулся и провел с ней прекрасный вечер. Так прошли их три месяца: в любви, страсти и радости. Родители вечно ругали Марию, но она влюбилась в Генри бесповоротно, поэтому окончательно ушла от опеки родителей. Сыграв свадьбу, молодая пара задумалась о детях. Но их шансы были пусты, ведь ничего не получалось. Тогда, они решили обратиться в детский дом, чтобы взять чудесных детей и любить, как родных. Они нашли прелестных мальчиков, двух братьев. Их детство проходило в ужасе, они часто голодали, ведь их родная мать пила и редко занималась детьми. Поначалу Джон и Денни были напуганы, долгое время молчали и не выходили из комнаты, только слушали друг друга. Джон, старший брат, защищал своего маленького брата, и тогда, когда почувствовал доверие и заботу со стороны новых родителей, стал приучать Денни растить в себе доброту к другим людям. Полноценная семья жила в гармонии и счастье в Испании пять лет, а затем, на десятый день рождения Джона, Мария и Генри решили переехать в Америку. Но потом, когда дети стали старше и закончили учебу, все решили уехать в уединенный уголок страны, в город Аспен, где и началась взрослая жизнь Джона и Денни.
Джон прошел в зал, поздоровался с отцом, а затем они вместе прошли на кухню к Марии. Родители сразу заметили, что произошла какая-то беда.
— Сынок, что случилось? — спросила мама Джона.
— Кэрол…
— Что? Что произошло? Снова ваши глупые ссоры, Джон? — ответил твердо отец.
— Нет, на этот раз Кэрол просто ушла, мы вчера отдыхали в парке, а затем… — сказал Джон.
— Что значит ушла? А я всегда говорила, что она немного не в себе, — перебила и строго сказала Миссис Грант.
— Хватит, мама, не перебивай меня. — Вчера я отпустил ее за город, ей нужно было по работе, а Кэрол не приехала, может быть, что-то произошло, — сказал тихим голосом Джон.
— Так ты даже и не знал, куда она поехала, ведь так? — спросил отец.
— Да, отец, — сказал Джон, опустив голову.
— Хорошо. Я сообщу в наш участок, дорога за город одна, может что-то найдут, мои ребята быстрые, уже к вечеру все сообщат. — Поезжай домой, сынок, вдруг приедет твоя жена, — сказал отец.
— Жена, с такой женой и проблем не надо, а ты, Джон, правда, отдохни дома. — Если будешь плохо себя чувствовать приезжай к нам, — сказала Мария, обняв сына.
Кэрол, после уезда Джона, тоже собралась уезжать из огромного особняка, она лишь посмотрела на Денни, ничего не сказав.
— Ведь мы еще увидимся, Кэрол…? — последнее, что спросил Денни.
Но женщина просто вышла и села в машину, которая привезла ее сюда. Через час она приехала к дому, свет не горел, а значит, Джона не было дома. Она зашла в прихожую и прошла в ванную комнату. Кэрол встала перед зеркалом и закрыв глаза, вспоминала, как недавно Денни смотрел в глаза и нежно прикасался к ее шее. Джон не приехал домой, а сидел в своем ресторане, не думая ни о чем. Телефон жены был выключен, поэтому было бы глупо снова набирать ее. А Кэрол настолько была погружена в себя, что просто забыла предупредить мужа, или же, боялась увидеть его самого. Джон к вечеру приехал домой и заметил, что Кэрол вернулась. Он в тяжелой радости побежал в спальню и увидел, что супруга спала на кровати. Он подошел к ней и поцеловал, а затем сидел и смотрел на нее. Женщина, почувствовав тепло на щеке, медленно открыла глаза.
— Кэр, как же ты напугала меня, не вздумай больше так делать, но и я дурак, даже не узнал, куда отправил тебя, — сказал Джон, улыбаясь.
— Прости меня, я хотела сказать, что задержусь, но потом мой телефон отключился, — отвернувшись, сказала Кэрол.
— Но где ты была всю ночь?
— Я…я была у мамы, хотела поговорить с ней, а тебя тревожить ночью не было бы причины, — снова ответила Кэрол.
— Я был у твоей мамы сегодня, и в редакции тоже…
Тут Кэрол его перебила и ответила:
— Джон, не выясняй, просто разминулись, видимо, я ушла от мамы утром, затем немного прошлась, но потом сразу пришла домой…у меня болит голова, прости, я уже не могу разговаривать.
— Да, конечно, все хорошо, отдыхай, я верю тебе, Кэрол, — сказал Джон, обняв жену.
Из дневника Кэрол Грант:
Этой ночью я не спала, да и думаю мой Денни тоже. По моему телу проходили сотни тысяч мурашек, от которых я попадала в состоянии эйфории. Меня обнимал Джон, а на его лице была самая милая улыбка, потому что он радовался моему присутствию, хоть мне это и не нравилось. Я пропустила день графика и снова стала на шаг дальше от рождения своего чуда, но ничего не могла поделать. Мне было тошно лежать в одной постели с мужем, не думая уже и об интимной близости. Многие поймут мои чувства. Когда на тебя смотрит или же целует тот человек, к которому ты ничего не испытываешь, равно тому, что есть нелюбимую еду, но тебе приходится снова и снова употреблять это, ведь либо ты просто приучил себя к этому, либо так нужно. Но оба этих варианта паршивы. А если же дело касается взаимности, то здесь и думать не нужно, ты просто любишь. Это чувство вдохновения поднимает тебя высоко, и ты даже не боишься упасть, ты живешь и дышишь этой любовью. Все прикосновения, взгляды, объятия, поцелуи становятся лакомым кусочком даже в самое трудное время. Рождается легкость от этой пылающей страсти. Так к чему я размышляю об этом. У моего супруга очень теплые руки, и он сам достаточно нежный, но я никогда не чувствовала этих ощущений внутри себя, наверное, это как прижиматься к батарее, только она еще и приносит немного кайфа, который постепенно разносится по частицам организма. В декабрьские деньки я гуляла с Денни, тогда еще мороз не окутал город. Мы долго думали о том, чтобы покататься с огромной горки, которая считалась звездочкой для туристов. Но мы так и не попали туда, потому что пока мы собирались, тучи заполонили все небо, и настроение моментально пропало. Мой Денни не растерялся и придумал самое удивительное приключение. Мы забрались на невысокую горочку, но это не помешало заметить фонари вечернего города. Он жил. Повсюду были толпы людей, а возле них бегали дети. Я улыбалась, ведь меня переполняли эмоции. Именно в тот момент я научилась радоваться
