Мы все помним, - хмыкнула Льен. – Я же показывала тебе лингвочип. Кроме языка, он резонирует со словами лекторов и позволяет запомнить все, что они говорят. Как запись.
- Но тогда получается, что, как ученики мы все на одном уровне. Раз все всё помнят. Как они определят лучшего?
- Очень просто, - сказала Селена. - Главное – не лекции. Главное – практика. Льен, покажи ей свой коронный фокус.
Льен достала из сумочки однодолларовую купюру, показала ее Валенсии, положила на столик и прикрыла ладошкой. С минуту сидела неподвижно, закрыв глаза и шевеля губами. Потом убрала ладонь.
На столике вместо однодолларовой купюры лежала стодолларовая.
- Вуаля! – взмахнула рукой Льен.
- Да ну! Не верю. Это фокус. Их у тебя было две, но однодолларовая к ладони прилипла. Так?
Льен вздохнула.
- Не хочешь – не верь. Сходишь на пару занятий – поверишь.
- Это у нас неделю назад была лекция по монетам и ассигнациям, -сказала Селена. - Как всегда, все всё помнят. Но только у Льен получается номиналы менять. Это ее сразу на второе место в рейтинге закинуло.
- А кто на первом?
- Барби, конечно, кто же еще. У нее в роду с обеих сторон сплошные финансисты. Генетику еще никто не отменял.
- Если генетика здесь важна, - сказала Льен, - то нам ничего не светит.
- Это точно, - добавила Селена. – У меня в семье из бизнесменов только наркоторговцы. У Льен – макашницы и прочая торговля съедобными тараканами. А у тебя?
- Что-то похожее, - ответила Валенсия. Не говорить же им, что у них в семье торгует только она, да и то исключительно собственным телом.
- Про остальных не знаю. У Наоми вроде одни нигерийские крестьяне. А у Греты – понятия не имею.
- У Греты – прислуга в богатых домах, - сообщила Льен.
- То-то она за Барби постоянно таскается. Наследственное лакейство. А вот, кстати, и они. Легки на помине.
На террасу вышли две блондинки в золотистом и серебряном купальниках. На загорелой был золотистый. На бледнокожей – серебряный. Издалека казалось, что они голые. Их модельные фигуры были почти одинаково стройные и длинноногие, только бледная была немного пошире в бедрах.
Обе действительно походили на разноцветных кукол Барби.
Стоящая немного впереди загорелая огляделась и двинулась к ним явно подиумной походкой, по струнке и качая бедрами.
Бледная шла следом, старательно копируя, но у нее плохо получалось. Она то и дело сбивалась, и тогда ее круглое веснушчатое личико мучительно краснело.
- О, новенькая, - возвестила загорелая Барби скрипучим голоском. – Ты уже здесь. А мне такие новости про тебя рассказали. Я полагаю всем будет интересно послушать. Я ведь думала, ты на молокозаводе работала. Ну, где еще можно работать с таким-то выменем. Ну, не работать, конечно. Скорее, в стойле стоять. С молокоотсосами на сиськах. Давать тонны молока. А ты оказывается у нас работница сферы услуг. Труженица красных фонарей. Борделей. Расскажи-ка, всегда хотела узнать, какого это – ноги раздвигать за деньги?
Бледная хихикнула.
Селена и Льен уставились на Валенсию раскрыв рты и вытаращив глаза.
- Да также, как и бесплатно, - спокойно ответила Валенсия. – Берешь и раздвигаешь. Попробуй. Тебе наверняка понравится.
- Это вряд ли. Знаете, дамы, - Барби повернулась к Селене и Льен. – Уверена, что общение с этой… женщиной негативно скажется на ваших рейтингах. Подумайте об этом. Пойдем, Грета. Здесь воняет.
Барби гордо вскинула голову и развернулась.
- Ага, - пискнула бледная Грета и заковыляла следом.
Наступило тяжкое молчание.
- Ты что, - прошептала наконец Льен, - правда…
- Да, - перебила Валенсия. – Шлюха. Проститутка. Шалава. Потаскуха. Иногда эскортница. Какие-то проблемы?
Внутри все клокотало.
- Да ты что! – сказала Селена. – Наоборот. Это ж круто!
Валенсия недоуменно уставилась на них.
- То есть?
- Это значит, у тебя есть козырь в рукаве.
- Какой?!
- Ну, скорее, не в рукаве, - усмехнулась Селена. – А в манде.
- Тогда уж в анусе. Он же анал предпочитает.
- Кто?!
Селена вскочила с места.
- Пойдем. Всё покажем.
***
Бизнес-школа занимала весь верхний этаж небоскреба. Тридцать гигантских жилых комнат, из которых было занято только шесть. И несколько общих помещений. Терраса с бассейном, фойе с закрытыми лифтовыми шахтами, зал отдыха с игровыми автоматами, бильярдом и боулингом.
За залом отдыха в небольшой каморке стоял странный прозрачный агрегат, похожий на душевую кабину.
- Что это? – спросила Валенсия, разглядывая свисающие за стеклом датчики.
- Модифицированная геймерская станция. С полным погружением в виртуальное пространство, - сказала Льен.
- Вплоть до запахов и тактильных ощущений, - добавила Селена. – Модификация под виртуальный секс.
- Никогда не занималась виртуальным сексом, - сказала Валенсия.
- Это неважно. Сейчас все объясним, - Льен достала планшет и запустила программу.
У Валенсии глаза на лоб полезли, когда она увидела серые строчки кода на черном фоне.
- Это же Даркнет. Зачем он вам?
- Мы наняли хакера. Он взломал местную систему обучения и достал ответы на завтрашний промежуточный экзамен. Кстати, это правилами не возбраняется. Если мы смогли взломать сервер, - это уже считается плюсом.
- Но возникла проблема, - ввернула Селена.
- Хакер ждет оплаты. А мы не можем заплатить. Ему не нужны деньги. Это какой-то инвалид на коляске. Денег у него как у дурака фантиков. Ему нужен виртуальный секс.
- Так в чем дело? Лезете в кабинку и устраиваете потрахушки.
- В выбранную им локацию нас не пускают. Система говорит, что нам не хватает реального опыта. Мы просили его поменять локацию, но парень ни в какую. Нужна именно эта.
- Зачем в виртуальном пространстве реальный опыт?
- Не знаем. Но у тебя наверняка его много. Попробуешь?
- А мы с тобой ответами поделимся.
Они выжидательно смотрели на нее.
Валенсия пожала плечами.
- Ладно… Надеюсь, без подвоха?
- Да какой подвох в игрушке?
Льен перелистнула планшет, вызвав окно переписки и отстучала:
«Мы нашли с опытом».
Через минуту появился ответ:
«Чуть не опоздали. Пусть залезает».
Валенсия усмехнулась и открыла дверцу кабины.
- Раздеться надо, - смущенно сказала Льен.
Валенсия скинула все тряпки, залезла внутрь.
- Ну? Что дальше?
Льен топталась на месте и краснела.
- О боже, - Селена закатила глаза. – Льен, все знают, что ты
