— Если ты хоть пальцем тронешь меня, я…
— Что ты сделаешь, Дарина? — сощурив свой взгляд, я впился им в испуганные глаза девушки. Она вся дрожала, как и ее губы. Наверняка сладкие… черт возьми, мне дико хотелось коснуться их и целовать до тех пор, пока разум не обеднеет от нехватки кислорода. Это дикое наваждение теперь пугало меня, но я не отступал, желая заполучить ее согласие на брак со мной. Мы уже связаны узами артефакта, и этого было бы достаточно, вот только старейшины воспротивились варварским методам. И теперь из-за их прихоти я должен плясать перед Дариной, добиваясь ее ответа. Как заставить землянку полюбить меня?
— Не знаю! Но уж явно тебе не понравится! — выкрикнула она, а затем замахнулась и дала мне такую смачную пощечину, что звенящий шум шлепка тут же пронесся эхом по всему гостиному залу. Она ахнула, схватившись за кисть, а потом истошно закричала. — А-а-а! Боже мой, как больно…
Скатившись по стене на пол, она согнулась и прижала к груди руку. Я отступил, но тут же сел на корточки перед Дариной и легонько коснулся ее дрожащего плечика. Она плакала. Сколько уже землянка выплакала слёз? Разве такой хотел я видеть ее всегда? Нет!
— Дай посмотрю, — с хрипотцой буркнул я, а сам уже взял ее под локоть и потянул на себя. Дарина сопротивлялась, и, не глядя мне в глаза, все-таки показала раскрасневшуюся ладошку от удара. Она совершенно безбашенная. Наша демоническая плоть сильнее стали, тем более, когда грозит опасность или такая мелкая атака со стороны Дарины. — Сильно болит? — мягко спросил я, и она закивала, прикусив губу.
— Очень. А как твоя щека?
— Все нормально. Но больше так не делай. Договорились? — я пристально посмотрел на землянку, отмечая какой правильной формы было ее лицо. Прямой носик, румяные щеки, полные губы, и глаза, прямо сейчас сканирующие меня самого. Шумно сглотнув, Дарина ответила:
— Хорошо.
— Идем, — я помог ей подняться. Было одно удовольствие ощутить ее тепло под своими ладонями. И мне не хотелось выпускать из объятий Дарину, да и землянка не спешила вновь давать отпор. — Я покажу тебе твою спальню. Но как только мы заключим договор, ты будешь полноправной хозяйкой моей спальни.
Дарина ничего не ответила, лишь сильнее прижала к груди ушибленную руку и что-то одними губами промолвила. Я уловил лишь последнее слово, и им оказалось мое имя.
***
Дарина
«Это мы еще посмотрим, Роланд», прошептала я так, чтобы мужчина не услышал меня. Вздумал какие-то договоры со мной заключать, да женой насильно делать. Я этого не хотела, а разве такое возможно, чтобы против воли настаивали на обратном. Вдруг у меня уже был муж, почему Роланд не удосужился поинтересоваться моим статусом. Взбрело ему в голову «надо», но мне-то не надо! И все-таки я льнула к груди Роланда, ощущая его мощь и силу. Он нес меня, и самое удивительное, что мне было все равно. Лишь волнение, которое охватывало мое внутреннее состояние неспокойствия, постепенно накрывало отчаянием. Его спальня станет моей… так сказал Роланд, как только наш брак признают заключенным его чудные дядьки.
Когда мужчина переступил порог своего замка, он аккуратно опустил меня на ноги, но продолжал удерживать за талию. Приятное тепло разливалось по всему телу, а я настоятельно рекомендовала своему мозгу игнорировать поступающие импульсы блаженства. Легко говорить, но трудно выполнить. Голова немного кружилась из-за разительных свойств кислорода. Видимо, мой организм приспосабливался к миру этого незнакомца.
— Это главная зала, — Роланд представил моему вниманию огромное помещение, размером с футбольное поле. Обведя рукой просторы, Владыка украдкой следил за моей реакцией. Я была поражена размахом всего замка, и уверена, что эта комната лишь одна десятая часть всего построения.
— Не хило, — хмыкнула я, — за коммуналку небось платишь…, — присвистнув, я мысленно посчитала какую сумму, но решила умолчать. Роланд рассмеялся. Наконец, отпустив меня, он отошел чуть поодаль и вновь напугал своими размашистыми крыльями, появившихся так внезапно, как и исчезали.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Это — Зазеркалье. Мой мир, в котором Тёмные используют особенную магию. Мы не нуждаемся в земных слабостях, Дарина, — заявил громоподобно и властно, покрываясь темной дымкой. Его уверенная походка была подобна тому, как если бы Роланд решил напасть на меня и придушить.
— Не надо меня пугать своими… даже не знаю, какое слово подобрать. На Земле предостаточно своих радостей. Между прочим, у меня есть работа и клиенты, которым следует отдать вовремя их заказы. Ты срываешь мне сделки, Роланд!
— Здесь тебе не надо ни работать, ни разводить демагогии с клиентами. Всюду камни. К чему грязь, Дарина? Может быть потому, что ты черпаешь силу из Земли? Этому тебя научила твоя мать? Влиять на судьбы других существ, нагло вторгаться в их мир и проклинать на долгие муки? Что же ты замолчала, Дарина?! — Роланд не контролировал свой гнев, обращенный на меня так внезапно. Отступать было некуда, и я приняла его обвинения, не позабыв дать сдачи.
— Я не понимаю, о чем ты, ненормальный, — прорычала, стиснув с силой зубы. Переминулась с ноги на ногу и снова одарила взглядом, полного непонимания. Роланд принудительно заставлял меня принять неизбежное, а я по-прежнему сопротивлялась. — Но даже если кто-то причинил вам вред в вашем мире, Роланд, то я более чем уверена, что вы этого заслужили!
Роланд стремительно быстро оказался возле меня и схватил за оба плеча, приподнимая. Теперь наши взгляды были на одном уровне. Я едва касалась носочками пола, но смотрела только в глаза мужчине, который прямо сейчас убьет меня. Пусть видит во мне не страх, а презрение к нему.
— Тёмные лишаются жизненных сил, Дарина. Мой отец погибает у меня на глазах только потому, что он когда-то спас девушку — землянку, от участи быть сожженной инквизиторами. Привел ее в наш мир, дал крышу над головой. Еду и спокойствие. А вместо того, чтобы отблагодарить старейшин, что те позволили ей остаться у нас — она очернила наш род. Я последний наследник из рода Тёмных, Дарина. И прямо сейчас меня останавливает лишь одно — кольцо, которое выбрало тебя. Артефакт не ошибается в выборе ведьмовской крови, а значит ты — ведьма по роду.
Нет, ну это уже правда за гранью нормального и разумного. Ведьма… да какая я ведьма!
— Пусти меня.
Как только Владыка сбавил свой пыл, он вновь принял свой прежний облик обычного мужчины. Растрепанные волосы, усталый взгляд ярких глаз, направленных только на меня, даже плечи — и те осунулись, словно он тоже терял свои жизненные силы.
— Мне очень жаль, — выдохнула я, искренне пожалев его отца. — Но во мне нет ничьей крови. Я из простой семьи. Мои родители умерли, когда мне было пять лет, а воспитывала меня моя бабуля. Она, к слову, Роланд, осталась одна в моем мире. Только представь, меня нет в оранжереи, да и дома тоже. У нее же приступ случится!
Мужчина нахмурился, словно ему одному было куда больше известно обо мне, чем мне же самой. Опустошенный взгляд Владыки насторожил меня, а затем, отойдя на пару шагов от меня, он провел рукой, выписывая круг в воздухе. Ярко алые искры наполнили шипящим звуком все помещение, в котором мы до сих пор оставались наедине. Внутри образовалось пространство, следом поплыла череда картинок, сменяющихся эпизодами… черт возьми, моей жизни!!!
Я медленно подошла к Роланду, уставившись в отражение самой себя. Я была дома — по ту сторону, и так же улыбалась, отправляя помощницу на свидание с Николаем. Затем вновь прыжок во времени: я убиралась в оранжереи, когда нашла кольцо, которое стала рассматривать с интересом. И голос… проникновенный, гортанный тон Роланда, заполонивший мой разум звучанием. Я заметила, как та «я» убрала кольцо в карман и поднялась, чтобы поприветствовать незнакомца. Вот тут была моя главная ошибка: Роланд понравился мне. Вы только посмотрите на блеск в моих глазах. Как я нагло его рассматривала. Его косая ухмылка, пристальный взгляд, даже само поведение — ничего меня не насторожило, как вдруг кольцо в кармане ярко засветилось лучом, но я этого не заметила, и только спустя пару минут выяснения отношений с незнакомцем, мы оба обнаружили, что оно уже было на моем безымянном пальце. Роланд прокрутил еще несколько мгновений в магическом кольце.
