Зеху и мясо Великому Зеху. Прими Великий Зех дар!
Внезапно огромная пасть рогатого божества открылась, шаман бросил тушку козленка в нее и поднес чашу к пасти, из которой закапала слюна. Тотчас кровь в чаше приобрела черный цвет, и жестокие красные глаза на стене потухли.
Великий шаман воздел мохнатые лапы, иглы на его змеиной маске зашевелились, и заскрежетал:
- Великий Зех сыт, будет мясо у нас!
Затем он спустился с возвышения, встал на черный круг на полу пещеры и начал раскачиваться как маятник, все ускоряясь, потом его тело закрутилось на месте, увеличивая темп, внезапно он упал, обессилев, и захрипел:
-Великий Зех сказал мало жизней! и закрыл глаза.
Люди поднялись, все они были в звериных масках и казалось целое стадо диких животных направилось к выходу. В зале остался только Великий вождь Рих.
Охотник У знал, что вождь здесь для того, чтобы провести церемонию соединения с Великим Зехом.
Рих, оставшись наедине с божеством, должен был раздеться и помазать жертвенной кровью язык, два соска груди и пупок и самое священное-его фаллос.
На этом церемония заканчивалась. Так обязан был поступить каждый житель племени. Дождавшись своей очереди и совершив этот обряд, а ждать пришлось довольно долго, У направился к своей норе. Все тело болело, голова кружилась.
В пещере у очага хлопотала Уя. Ее голое коричневое тело блестело в красных отблесках костра. Охотник свалился на пол и потерял сознание. Перед тем, как влететь во мрак сна, он увидел себя краснолицего с мечом в руке и забрызганной кровью одежде.
Пришел он в себя от лучей, пробивающегося солнца, бьющих в глаза. Он лежал голый в черной жиже, только голова торчала из грязи. Но чувствовал он себя не плохо, голова не болела, других неприятных ощущений тоже не было. Поодаль сидела Уя, перебирая плоды дерева Со.
Когда он встал, Уя помогла умыться. Его бледная кожа в красных лучах полыхала розовым цветом. Внезапно тело слуги, коричневое стройное, наполненное живительной силой, прижалось к телу охотника.
Уя задрожала, взяла его за руки и начала кружить, пытаясь схватить и прижать к себе, принимала соблазнительные позы, прижималась всем телом. Молодой охотник рассердился и несколько раз ее ударил и бил бы еще, если бы не убежала.
Успокоившись, он продолжил натирать тело и волосы черным камнем. Вскоре подошла помогать ему и Уя, затем они мирно вернулись в свое жилище.
На другой день стройный порядок утреннего обряда в Главной пещере изменился. Великий шаман на этот раз держал за уши трепещущее тельце зайца над священной чашей. Второй лапой он резанул его по шее, наполнил чашу и поднес ее идолу, проскрипев:
- Великий Зех возьми жизнь и мясо!
Однако на этот раз ни глаза, ни пасть Великого Зеха, на стене не ожили. Поднявшийся глухой шум заставил шамана спуститься на черный круг и начать разговор с богом. Когда он, обессиленный, упал, все услышали его хриплый голос:
- Великий Зех голодный, мало дали жизней и мяса!- и закрыл глаза.
Все стояли на коленях и молчали, ждали, и Великий шаман поднялся и продолжал:
- Охотник Ор дал Великому Зеху жизнь, надо принести несколько жизней. Каждый принесет жизнь Великому Зеху. У всех будет мясо!
Поднялся Великий вождь Рих и гаркнул: - Большая охота!
Люди поднялись и направились к выходу. Добравшись до своей пещеры, У начал собираться на охоту, проверил крепеж наконечника копья, взял кожаные ремни для метания камней, обсидиановый нож, поправил одежду и шлем. Он резко отпихнул предложенный Уей плод и вышел из жилища.
Охотник шел по знакомой тропинке и видел, как и другие его соплеменники покидают жилье и уходят в лес., как правило группами.
Окунулся в чащу и У. Со всех сторон его окружили громадные деревья и мрачная багровая полутьма крепкого дремучего леса. В течение долгого времени крался по лесу охотник, не встречая на своем пути долгожданной добычи, но он рвался вперед, его звал и манил инстинкт и азарт преследователя.
Голод пока не сжимал тисками его желудок, и он испытывал удовлетворение от самого процесса поиска дичи. Он уже углубился на чужую территорию и каждую секунду ожидал услышать знакомые звуки кабанов.
Ему показалось, что где-то слышится повизгивание, и он бросился в этом направлении, напрягая зрение и слух. Неожиданно он выскочил на поляну, увидел спину зверя и, крадучись в высокой траве, начал приближаться к нему.
Вдруг кабан словно подпрыгнул, огромный камень ударил его в спину и опрокинул на бок. С противоположной стороны поляны к раненому кабану ринулся зверочеловек.
Ростом он немного уступал охотнику, но его мохнатое тело, мощные лапы, свисающие к земле, говорили об огромной силе, а низкий лоб с маленькими глазками, утонувшими в надбровных дугах с выступающей звериной мордой, свидетельствовали о злобном характере.
Он бежал почти на четырех лапах и успел схватить кабана за лапу прежде, чем тот смог подняться. С визгом огромный кабан вывернулся и вонзил мощные клыки в бок ловцу, но тот, не обращая на это внимание, успел его схватить за вторую ногу и поволок по траве.
Гнев и ненависть захлестнули молодого охотника, он вскочил и, потрясая копьем, ринулся к похитителю своей добычи. В несколько прыжков У настиг зверочеловека и, вложив в бросок все силы, пустил копье, которое вонзилось вору в спину. Неожиданный удар бросил соперника на траву.
Кабан освободил одну ногу и начал клыками рвать лапы и тело захватчика, попытался вырваться. Но мощная рука лохматого успела перехватить заднюю ногу кабана и удержать его, как раз на то время, которое понадобилось У, чтобы прыжком настигнув добычу, перерезать большой свинье горло. Кабан взвизгнул, захрипел и завалился на бок.
Все произошло за считанные минуты, но борьба отняла у охотника все силы, ослабев, он упал на траву. Они лежали оба, тяжело дыша, следили друг за другом. Отдышавшись, охотник подполз к кабану, снял шлем и, опустив голову на горло животного стал жадно высасывать ртом теплую кровь.
По жилам потекла сила, ему стало хорошо. Почувствовав движение, У вскочил на ноги, лежавший человек пытался встать на ноги. Охотник бросился на него с ножом, придавил коленом и замахнулся рукой.
Глаза мохнатого выражали такую боль, что рука человека опустилась. Повернув тело противника, он осторожно вытащил свой наконечник из раны, заткнув хлынувшую кровь пучком травы. Надел шлем, взвалил на плечи кабана и пошел к стойбищу.
Кабан был тяжелый и охотник медленно продвигался вперед, ночь встретила недалеко от холма, и он расположился на
