свалил, но актер из него хороший. Большой по нему плачет.
Белый, дав всем секунду на осознание того факта, что лучшие друзья внезапно затеяли драку, вскакивает на ноги и, размахнувшись, бьет мне в челюсть. Силу, конечно, контролирует и удар в общем-то так себе. В общем, драку мы завязываем знатную, у меня даже кровь носом идет, немного, но достаточно, чтобы заляпать белую футболку алыми пятнами.
Нас разнимают спустя несколько минут эпичной битвы. С одной стороны Сокольников, с другой Кравцов и физрук.
— А ну прекратили! — ревет Василич.
Прости, Василич, тебе, конечно, влетит, но чес словно, претензий со стороны родителей не будет, а все остальное замнет Терминатор.
Нас с Белым сажают на скамью, на расстоянии метра друг от друга, пока Василич кроет нас благим матом, рассказывая нам, какие мы дебилы. Мимоходом дает команду Золотовой привести классного руководителя, если она все еще в лицее.
А она, конечно, в лицее.
Я точно знаю, потому что Александровна не носит работу домой, проверяет все на рабочем месте и со спокойной душой заканчивает рабочий день. Сегодня у нее всего одна пара и три урока у мелюзги, так что преподавать она уже закончила и сидит в своем классе.
Александровна, словно по заказу, появляется спустя десять минут моего чрезмерно напряженного ожидания. Она практически влетает в спорт зал, стуча острыми каблучками. Моя ж ты фурия. Следом мышкой крадется Золотова и быстренько теряется в кучке одноклассников, чтобы не отсвечивать.
Потому что Александровна просто в бешенстве.
И ух… Как я люблю, когда она вот такая. Маленькая, разъяренная пантера. Она движется прямиком на меня, пронзает своим небесно-синим взглядом, буравит во мне дыру. На Белого Александровна даже не смотрит, только на меня. И я, как последний кусок идиота, не могу отвести взгляд от ее порозовевшего личика, слегка выбившихся из резинки прядей, от носика, который она так смешно морщит.
— В мой класс, оба! — рявкает она тоном генеральской жены. У Терминатора, что ли, научилась?
Кажется, я ее довел окончательно. Это я, конечно, скот.
Ксюша
Я как раз заканчиваю проверять последнюю работу, когда раздается стук в дверь и после моего короткого «да», в кабинете появляется Алина Золотова. По выражению лица Золотовой и пальцам, мнущим футболку, я понимаю, что нас ждет масштабный такой трындец, выражаясь языком моих же учеников. И отчего-то не покидает меня предчувствие, что без Волкова тут не обошлось.
Что у них сейчас?
Физкультура?
— Ксения Александровна, там это…— мнется Золотова, — Николай Васильевич просит вас спуститься в спортзал.
— Что случилось? — поднимаюсь с места, мысленно напоминая себе дышать.
— Там… ну в общем…Клык, то есть Егор
Я прикрываю глаза. Ну как чувствовала, что без этого мальчишки тут дело не обошлось.
— Что натворил Волков?
— Они с Белым, то есть с Рустамом, подрались.
Твою ж…
Я вылетаю из кабинета, словно за мной стадо буйволов гонится. Пересекаю длинный коридор и спускаюсь вниз, где-то за мной по пятам тянется Золотова, до которой мне сейчас нет совершенно никакого дела.
Он ведь нарочно. Я уверена просто, что драка эта чистой воды провокация. И убеждаюсь в этом, как только вхожу в спортзал.
Волков вместе с Беловым сидят на скамье. Белову, кажется, до меня вообще дела нет, он свои кроссовки разглядывает, а вот Волков. Волков, чтоб его. Он словно ждал моего появления, ждал и пялился на вход в ожидании.
Даже на расстоянии я вижу, как горят его глаза, как губы складываются в ухмылочку.
Гаденыш.
Мало того, что этот засранец мелкий меня своими сообщениями затерроризировал окончательно, звонками достает каждый вечер, не говоря уже о том, что уже второе утро подряд я нахожу на своем столе чертов черный кофе с молоком и сахаром, все как я люблю, так теперь он еще и драку затеял.
Я подхожу ближе, осматриваю его с ног до головы: на правой скуле ссадина, нос измазан в крови, губа кровоточит, футболка белая в алых пятнах. Потом бросаю взгляд на Белова, у которого, естественно, увечий меньше. Окончательно убеждаюсь в том, кто зачинщик этой драки, которая даже не драка.
— В мой класс, оба! — приказываю и развернувшись на каблуках, иду в сторону выхода. С физруком потом решу. — А вы чего столпились? Пара уже началась, разминаемся, — попутно срываюсь на стоящей в стороне кучке одноклассников придурков моих одаренных.
Николай Васильевич, кажется, тоже шокирован моим эффектным появлением, но не препятствует, видно, у меня на лице сейчас написано, что я просто убивать готова.
Я иду не оборачиваясь, точно зная, что двое балбесов следуют за мной, и я уже знаю, как именно их накажу. Ничего, пусть потрудятся.
— Сели за первую парту, — произношу не оборачиваясь, и занимаю место за учительским столом.
Парни усаживаются напротив. Белов, надо отдать ему должное, хоть взгляд опускает, а Волков продолжает нагло пялиться. Проходится по мне взглядом, и несмотря на то, что одежда у меня более чем строгая и совершенно закрытая, мне хочется завернуться в хиджаб.
— И в чем причина драки? — спрашиваю, нервно постукивая ручкой по столу. Дурная привычка и пора бы от нее избавиться, но ничего не могу с собой поделать, каждый раз как начинаю нервничать, хватаюсь за ручку.
— Это наше с ним дело, — нагло скалясь выдает Егор, впрочем, ничего другого я от него не ожидала.
— Кто начал? — продолжаю допрос.
— Да мы просто… — подает голос Белов. — Ну в общем оба мы виноваты, мы уже все решили.
Я не сомневаюсь, что они уже все между собой решили.
И мне за одно проблем подкинули.
— Ну раз между собой вы решили, то теперь решите и со мной, — произношу, глядя на Белова, потому что из этих двоих, у него хотя бы имеется совесть и присутствуют рабочие тормоза. —
