Впрочем, мы отвлеклись.
Итак, рассмотрим далее системообразующие различия совокупности всех этих «государевых людей» и людей обычных. Как стремится ответить на любой естественный вызов народ? Говоря современным языком, найти инженерное решение. Ибо, как гласит народная мудрость, «голь на выдумки хитра». В противовес этому вельможное «сытое брюхо к ученью глухо».
В этом поиске «инженерного решения» лидирует средний класс. Именно он «вытягивает ситуацию». Зачастую вопреки воле государства, или, как минимум, при его полном равнодушии.
Такое положение не может не породить глубочайшего антагонизма именно среднего класса и государства. Вся история — это битва среднего класса за ослабление государства.
И средний класс со временем добился, во всяком случае, в странах — цивилизационных лидерах, ослабления государства и свободы в осуществлении собственного жизнеобеспечения.
Этой тенденцией пропитана вся история Нового времени.
Здесь стоит сделать одно отступление. Если говорить о Новом времени, то лидером внутри самого среднего класса было предпринимательское сословие или буржуазия. Однако есть буржуазия и буржуазия.
Часть буржуазии, как, кстати, и часть интеллектуалов, нашла компромисс с государством. Эта поладившая с различными «силовыми крышами» буржуазия выработала схемы обогащения не за счет решения реальных проблем с помощью предпринимательских усилий, а за счет разграбления природы и эксплуатации народа с помощью государства.
Такой путь оказался легким. И такие буржуа стали наиболее богатыми. Именно их, по нашему мнению, и стоит называть олигархами, богатство которых кричаще и совершенно незаслуженно.
И все же не только и не столько богатством отличается олигархия от верхов среднего класса. Ибо олигархи потому и держатся на плаву, что поддерживаются государством. Задаром? Разумеется, нет. Они более чем щедро делятся с чиновниками и силовиками. Делятся регулярно и систематически. Но в этом случае не стоит и отделять олигархию от государства. Вне государства олигархия не существует. Олигархия — это финансовый отдел антинародной государственной машины .
И именно этой принадлежностью к чиновничьей мафии, этой связью с государством, этой прикрытостью от всех невзгод реального бизнеса и отличается олигархия от верхов среднего класса.
Кстати, здесь уместно будет прояснить одну деталь. Вот нынешний Кремль прижал олигархов, посадил Ходорковского. Вроде бы олигархи и государство — враги.
Но ведь большинство остальных олигархов остались при своих. Все эти Абрамовичи, Мамуты, Вексельберги, Аликперовы. Мало того, для нас ситуация от фактической национализации крупных компаний не меняется.
На кой нам черт все эти цифры о налоговых поступлениях? Мы все равно тех поступлений не видели. А вот бензин при господстве кремлевских национализированных или взятых под контроль Кремля нефтяных компаний как дорожал, так и продолжает дорожать.
Ну, и что нам дал разгром ЮКОСА?
Ничего. Ибо это их внутренняя разборка.
И специально для господ национал-социалистов. Хотя автор многократно повторял, что национал-социализм отвергает и презирает, но много, знаете ли, развелось сейчас этой публики. И мы не можем лишний раз отказать себе в удовольствии ткнуть носом этих «государственников» в их тупость. Посаженный Кремлем (который чуть ли не национал-патриотический при Путине) Ходорковский — полукровка. А вот Абрамович, Мамут и Вексельберг евреи чистокровные. Так что даже в этом отношении противостояние «русской бюрократии» (разумеется, «патриотической»!) и «еврейской олигархии» более чем сомнительно.
Впрочем, последние замечания не для наших единомышленников. Они и сами все это понимают прекрасно.
И нам понятно, почему в вековой борьбе среднего класса олигархия для него такой же враг, как и государство.
Тем не менее, в течение всего Нового времени государство (или государство и олигархия) отступали под давлением среднего класса. В этой борьбе, во всяком случае, в странах Запада, средний класс поддерживало простонародье, которое хотело, и не просто хотело, но имело реальные шансы влиться в средний класс. Ибо средний класс расширялся с развитием промышленного производства и повышением его технического уровня.
И опять же заметим, нижний средний класс от простонародья отделяют не только и не столько уровень доходов, а менталитет. Средний класс, даже его относительно небогатая часть, инициативен, оптимистичен, мобилен. Даже в невзгодах он помнит, что знавал лучшие времена. Не склонен опускаться, надеется на более счастливое будущее и делает все, чтобы это будущее приблизить.
Вместе с тем надо сказать, что среди части простонародья всегда существовали чувства зависти и недоброжелательства к более успешным соседям из среднего класса. Эти чувства имели возможность реализоваться, ибо государство, особенно государство сильное, сдерживало самооборону среднего класса от маргиналов. Кроме того, маргиналы в иные моменты четко понимали, что опасно протестовать против государственного произвола, но довольно безопасно враждовать с более удачливым соседом.
И в ХХ веке государство и олигархия использовали в борьбе со средним классом простонародье. В ХХ веке государству и олигархии удалось-таки «оторвать» значительную часть простонародья от среднего класса и временно блокировать средний класс.
В некоторых случаях от этого пострадали и сами олигархи (СССР), а выиграли только «государственники». В других случаях часть олигархов объединилась с победившими «государственниками» (Третий рейх и нынешняя Россия).
Однако в итоге, в этой борьбе в большинстве развитых стран мира плоды победы над средним классом разделили между собой олигархи и государственники. Причем олигархи стали играть первые роли.
7. Необходимое разъяснение № 3. О борьбе классовой и борьбе национальной
Что, читатель, проняло вас? Согласитесь, неожиданная схема «классовой борьбы». Кардинально отличающаяся и от марксистской схемы, и от схемы либеральной. Кстати, отличающаяся и от национал-социалистической схемы.
Однако эта схема позволяет объяснить многое, что не может быть объяснено в рамках только что упомянутых доктрин.
Попутно отметим, что для простонародья или, если угодно, народа во всех коллизиях классовой борьбы возможны лишь немногие варианты самоопределения.
Первый — разделить идеалы среднего класса и вместе с ним вести борьбу за процветание и прогресс против олигархов и государственников. При этом народ должен выработать в себе самоуважение и, как следствие, веру в то, что большинство народа сможет жить (ибо достойно этого) по стандартам среднего класса.
Второй — поддержать государство в борьбе со средним классом. А взамен потребовать от этого государства поделиться награбленным «у кулаков». Вопрос взаимоотношений олигархии и государства в этом случае остается вне компетенции народного волеизъявления. Государство само решает, с кем ему дружить, а с кем нет.
Третий — поддержать олигархическое государство. В обмен на все тот же «скромный гарантированный достаток».
Четвертый — вообще не играть активной роли, а просто вымирать ограбленным олигархией и «государственниками» и брошенным собственным средним классом.
Это, так сказать, варианты «классового» поведения народа.
Но есть еще и национальный аспект. Как мы покажем ниже, классическое государство не может без коррупции. И в этих условиях этнические мафии легко скупают чиновничество и становятся еще одним грабителем народа.
А вот при слабом государстве сильный средний класс легко подавляет любых инородцев. Подавляет сам, отмахиваясь от попыток государства этому помешать. При этом инородцы либо уничтожаются, либо обращаются в рабство (если это экономически целесообразно).
Данный тезис мы тоже здесь доказывать не будем. Ограничимся его яркой иллюстрацией. Наиболее тотальный геноцид — индейцев в Северной Америке и тасманийцев в Австралии — осуществили неконтролируемые государством, не связанные его законами первопроходцы. И эти первопроходцы так радикально разобрались с индейцами, что тех остались считанные проценты от первоначальной численности.
Нет-нет, мы не агитируем за геноцид. Просто констатируем факт: так решались такие коллизии в недавнем историческом прошлом.
Рабство негров, кстати, тоже было возможно только до укрепления государственности Линкольном. Рабство оказалось несовместимым с этим укреплением.
Вот уж воистину «не воруй. Государство не любит конкурентов».
По сравнению с этими примерами, пресловутый Третий рейх просто неуклюжее эпигонство. Кстати так ничем толком и не закончившееся. Вернее в итоге закончившееся крахом для немцев и образованием еврейского государства Израиль.
