молот был совсем не нужен,
Я мысленно мог свет сжимать.
Он предо мной был безоружен.
Я, что хотел, мог вытворять.
До тонкой, очень тонкой пленки,
Что в молоке могла родиться,
Луч растянул слегка в сторонке
И вновь заставил появиться.
Размером в среднюю тарелку
Возникло света полотно,
Быть может, больше по примеркам,
Слегка прозрачное оно.
Осталось только мне понять,
Как использовать все это.
А почему б мне не создать
Перчатку из волокон света?
Я знал, что свет мне не опасен,
Что он не даст меня в обиду,
Что он, как жизнь сама, прекрасен,
Он дарит мне покой, защиту.
Я вытянул вперед кулак
И плавно начал погружать
В расплющенный, как лист, светляк.
Свет начал руку огибать.
Я мысленно скрепил все это.
Рука моя слегка светилась,
Но до сих пор не знал ответа,
Куда б мне это пригодилось.
Запомнил то, что получилось,
Чтоб позже сделать побыстрей.
И плетенье испарилось,
Я отошел от сил дверей.
Надел отцовскую кольчугу,
Пока в углу ‘боец’ храпел.
Мне кажется, нашел я друга,
Как ты, отец, мне и велел.
Ну, хоть не друга, но учитель
В моей жизни появился.
Он, как заботливый родитель,
Следит, чтоб сын его учился.
Сейчас он, интересно, спит?
Или, забыв про отдых свой,
Как полуночный червь сидит
И думает, как быть с рукой.
Неловко как-то получилось,
Но я не знаю, в чем причина.
Скорей бы это все забылось,
Как и ночная мертвечина.
Кольчуга будет мне полезна,
Я дважды помахал Чидару.
И не последний раз! Железно!
За что мне ниспослали кару?
Спрятал черную защиту
Под просторною рубахой.
Все органы теперь прикрыты,
И я не выгляжу неряхой.
Почуял за спиной шумок:
Ребята начали шептаться,
Друг друга тормоша под бок.
Было время просыпаться.
Вода в барьере исчезала,
Аром на ногах стоял.
Вид был замученный, усталый,
Глаза зажмурив, он зевал.
– Нужду не правьте только в воду,
Ручей впадает прямо в реку,
Не стоит злить саму Природу,
Она мощнее человека.
Мне Аром даже подмигнул
И показал рукой персону,
Что на запрет рукой махнул,
Ослушался его закона.
Фонтан воды ударил в пах!
Преступник тут же был наказан,
Он чуть держался на ногах,
В своих отходах был измазан.
И, проклиная все на свете,
За сменкой в сумку он полез.
– Не забывайте о запрете!
Не ждите от меня чудес!
По мне так, если разобраться,
Всё, что он с водой творит,
Может чудом называться,
А он "не ждите" говорит.
Пока ребята всё носились,
Аром ближе подошел.
– Ну что? Хорошие сны снились?
– Да нет, в кошмарах ночь провел.
– Ну, ничего, это бывает.
Теперь это почаще будет.
Кто силы дверь свою вскрывает,
Того не раз кошмар разбудит.
Ты будешь часто просыпаться,
Это плата за твой дар.
Нельзя никак сопротивляться,
Особенно, когда ты стар.
Те сны – приятные, смешные –
Ушли давно в небытие.
Теперь кошмары лишь сплошные
О жизни гадкой да гнилье.
– А раньше мне сказать никак?
Хотя бы как-то намекнуть?
– Ну что ты мелешь, а, дурак,
Кого ты хочешь обмануть?
От силы смог бы отказаться
И стать как эта ребятня?
Хотел бы ты простым остаться?
Хотел? Да не смеши меня!
Владыкой быть всегда почётно!
Об этом знает весь народ!
Жизнь легка и беззаботна,
Так молва о нас несёт.
– Мой Мир пустой! Он бесполезен!
Могу работать фонарём.
"Мой друг! А будешь ты любезен?
Мне света хочется как днём!"
Да ко всему ещё опасен!
Одним он нужен, другим нет!
Когда он греет – то прекрасен,
А вот другим приносит вред.
– Ты с ним живешь всего лишь сутки.
Еще успеешь разобраться!
Владыкой быть – поверь, не шутки.
Всё будет, главное стараться!
– Ну ладно, может вы и правы.
Это просто все так ново.
Я не ищу народной славы…
Ребята, кажется, готовы.
‘Бойцы’ собрались дружно в кучу
И ждали, что же Аром скажет.
Он был не в духе, словно туча.
Куда дорога наша ляжет?
Мы побрели опять наружу.
Светило грело небосвод,
Испаряя воду в лужах,
И не было других хлопот.
Я не любил всегда дожди!
Им наглости не занимать,
Им только повод дай пойти,
Чтоб фермеров с полей прогнать.
Ищи укрытие от них,
Как будто мало других дел,
И жди, чтоб тот хотя б притих.
И бойся, чтоб не заболел.
А лужи! Лужи просто мрак –
Ни проехать, ни пройти!
Под ногами грунт размяк.
И так почти на всем пути!
Ребята быстро уставали,
И вместе с чваканьем сапог
Мольбы и жалобы звучали,
Чтоб Аром нам опять помог
И путь пред нами осушил.
Владыка тоже был ‘паскудный’,
Кто-то рядом пошутил.
Он говорил, что всем нам трудно.
А сам, я видел, под ногами
Превращал всю воду в лед
И шел широкими шагами.
А за собой, наоборот,
Делал землю чуть пожиже,
Чтобы глубже вяз башмак.
Те, кто был ко мне поближе,
Говорили: – Вот он враг!
– Ну что, хотите отдохнуть? –
Аром невзначай спросил. –
Иль продолжим снова путь?
– Нет, нам не хватит просто сил!
– Тогда идём на ту полянку,
Она для нас как раз сгодится,
Устроим временно стоянку.
Я вижу, кто-то копошится!
Ударил посохом о землю,
Там кто-то пискнул и затих.
– Будь бодрей, ведь зверь не дремлет.
Тут есть потомки поварих?
Парень тут же вскинул руку.
– Отлично! Приготовить сможешь
Вкусную какую штуку?
Как закончишь, так доложишь!
Зверем заяц оказался.
Жирным был, как на подбор.
Нору бедняга рыть собрался,
Но был исполнен приговор.
Наверно, просто задохнулся.
Вода закрыла кислород.
Хотя точнее, захлебнулся.
Мокрым был и нос, и рот.
Парень ловко разобрался
С тушкой зайца, на ура.
Не знаю, где он обучался,
Но учили мастера!
Котел нам шустро сделал Аром,
Заморозив воду в лед.
– Устойчив будет он к ударам
И кипяток переживёт.
И, чтобы это доказать,
Водой наполнил он котел,
И, не заставив долго ждать,
До кипячения довел.
Ребята скинулись, кто чем:
Нашлись и крупы, и приправы,
И, без каких-либо проблем,
Отыскались клубни, травы.
Похлебка вышла аппетитной,
Наваристый такой бульон:
Вкусный, ароматный, сытный.
Был даже Аром впечатлен.
Он сделал водный тёплый ключ,
Чтоб мы могли помыть посуду.
Воистину, талант могуч!
Он пригодится, точно, всюду!
Остатки пищи были смыты,
И, вроде бы, пора в дорогу.
Котел исчез, мы
