После обмена любезностями и осмотра достопримечательностей обычно начинается беседа за семейным столом. То есть очагом, где хозяева жарят шашлык. Народ занимает места поближе и поудобнее, причем порой случаются мелкие семейные конфликты на тему «кто тут первый сел». Подобным образом проходит визит в квартире друзей, с той разницей, что там поменьше места и народ собирается поприличнее.
Иная ситуация, когда гость приходит в незнакомое общество. Он часто смущен и скован, чувствуя себя как бедный родственник. Дальнейшее опять же зависит от хозяев. Там, где гостя встречают дружелюбно или хотя бы снисходительно, он обычно вскоре оттаивает, перестает смущаться и включается в общее веселье. А порой так увлекается, что не желает уходить домой.
Хуже, если хозяева гостю не рады или гость попался хам и невежа (что случается очень редко). В этом случае хозяева отбрасывают правила дипломатии и быстренько объясняют незваному гостю, что в чужой монастырь со своим уставом не входят. Если гость извинится и примет претензии, его еще могут принять в свое общество. В редких случаях, когда хозяева попались экстремально неприветливые или гость экстремально невежливый, гостя могут и ликвидировать. Жаль, но случается и такое…
Примечание переводчика
Время от времени я брала собак на передержку.
Иногда из гуманных соображений (надо же помочь, если собачку не с кем оставить), а иногда из меркантильных, ради денег. Почему-то чаще всего оставляли не милых спокойных сучек, а хулиганистых агрессивных кобеляк. Этот случай не был исключением. Хозяева собирались уехать в санаторий на четыре недели (двадцать восемь!) дней, и возникла проблема: не с кем оставить домашнего любимца и диктатора, трехлетнего ротвейлера. Я задумалась. Однокомнатная квартира, где, помимо двух бернов на утепленной лоджии, живут непосредственно в квартире еще четыре собаки. Из которых двое взрослых кобелей-ротвейлеров. Куда я помещу нового квартиранта? Меня честно предупредили, что кобель агрессивный. Деньги были очень нужны, и я согласилась. Честно предупредив, что ввиду агрессивности пса культурную программу в виде долгих прогулок с остальной стаей я ему обеспечить не смогу. На том и договорились.
Квартирант (на вид довольно хлипкий мужичонка) обосновался в кухне, в распоряжении стаи осталась остальная часть квартиры. Первые три недели прошли без проблем. Мужичонка оказался действительно вредным, и поэтому дверь в кухню я держала всегда плотно прикрытой. Выгуливала его персонально, предварительно вытурив своих псов из коридора, и по возвращении домой злыдень закрывался в кухне, где у него была своя подстилка, миска и мячик.
ЧП случилось на двадцать четвертый день его пребывания у нас. По какому-то недосмотру дверь в кухню оказалась неплотно закрыта. Я мыла кастрюлю, когда мой квартирант обнаружил этот недочет, подцепил когтями дверь и вывалился в коридор, где с ходу налетел на отдыхающего Марка. Тот не успел даже испугаться. Из комнаты, как чертик из коробочки, выскочил на подмогу Фрэнк, и они вдвоем свалили квартиранта с ног. Потом, схватив за руки и за ноги, поволокли в комнату на расправу.
Представив, как они вдвоем его разукрасят (а кобеля через четыре дня надо отдавать!), я вылетела за ними прямо с кастрюлей, которую в этот момент отмывала. К счастью, она была до половины наполнена водой, и я эту воду с размаху хлестанула на ком шевелящихся рычащих черных тел. Ком развалился. Фрэнк и Марк, ошарашенные неожиданным душем, выпустили жертву само уверенности, и она, пробуксовывая когтями на поворотах, кинулась обратно в кухню, забилась за холодильник и притихла.
С тех пор в доме царил покой и мир. Дверь в кухню уже не закрывалась. Квартирант выходил в коридор, только убедившись, что там в данный момент никого нет. Если в коридоре кто-то был (хотя бы и Саванна), гость сидел за холодильником, выставив за угол, как перископ, подозрительный глаз. Мои собаки тактично не входили в кухню, предоставив ее квартиранту во временное пользование, а просторный коридор стал чем-то вроде нейтральной территории.
Это был единственный случай, когда собака, оставшаяся у нас дома, не была принята в стаю и до конца осталась в квартире чужаком. Хотя как знать, получи кобель профилактическую взбучку сразу по прибытии, его скверный характер, скорее всего, улучшился бы за несколько дней. Как оказалось, он вовсе не был агрессивным. Только одичавшим от одиночества и охамевшим от безнаказанности.
Прогулки – не только моцион
Выгуливание
Сразу же хочу обратить внимание: выгуливание – это не прогулка. Между выгулом и прогулкой такая же разница, как для вас разница между экскурсией и походом в туалет. Почему-то хозяева путают эти понятия и порой гордо заявляют в разговоре с коллегами: «А мы гуляем три раза в день!» Причем мы, с коллегами-собаками, выясняем, что их выводят на десять минут утром и вечером, и только одну прогулку днем (продолжительностью в полчаса) еще как-то с натяжкой можно назвать прогулкой.
Многие из нас ухитряются выгуливание (точнее, отправление естественных надобностей) растягивать надолго, насколько позволит емкость мочевого пузыря или сила сфинктера анального отверстия. Некоторые псы в этом отношении аж патологически изобретательны, но вообще-то для любой собаки отправление потребностей далеко не такая простая и банальная вещь, как для вас. Вот вы отложили продукты жизнедеятельности в унитаз, смыли в канализацию, и вам больше нет до них никакого дела. У нас это целая наука.
Например, большая нужда. Мы тоже привыкаем справлять ее в определенном месте и это место по возможности тщательно выбираем. Не любим слишком беспокойные места, ведь и вам хочется посидеть спокойно, в интимной обстановке и не торопясь, за газеткой, решить эту мировую проблему. С другой стороны, отложив свою визитную карточку на видном месте, мы привлекаем к себе внимание, делаем рекламу, так сказать. Поэтому не торопимся избавиться от «балласта» где попало, а, если есть возможность, укладываем его на кусты, возвышенные пригорочки, кочки, куски картона. Или, метко прицелившись, прямо на визитную карточку соперника.
То же самое с маркировочной жидкостью. Торопливо слив избытки, остальное очень бережливо расходуем на пограничные отметки, объявления в желтой прессе и на комментарии для неприятелей из-под забора. Причем вопреки довольно распространенному мнению метят не только кобели, но и суки, просто делают они это немного иначе, скромнее, не задирая ногу до второго этажа. Поместить объявление в желтую прессу тоже надо уметь. Ну какой смысл давать рекламу в захудалую газетенку, где ее никто не увидит? Писать надо туда, где это увидит максимальное число подписчиков. По высоте отметки и ее размерам читатели составят впечатление о размерах рекламодателя, поэтому каждый старается выдавить из себя максимум и взять отметку повыше. Чем мельче собачонка, тем серьезнее презентуется. У дам свои женские приемчики. Они обычно не стремятся к высоким целям, но применяют эффективные и оригинальные методы: написают на целлофановый пакет, в картонную коробку или даже в старый чайник, кому что подвернется.
Скажете: «Фи, столько речей о записухах!» Для вас это просто записухи, а для нас это бюро знакомств, доска объявлений, справочник и Интернет.
Прогулки: чем раньше, тем лучше
Каждому овощу свое время. Волчата в возрасте около четырех недель начинают вылезать из берлоги, а щенки примерно в этом возрасте начинают покидать мамину подстилку и отправляются исследовать комнату, где она находится. С каждым днем экспедиции удлиняются, и постепенно щенок осмеливается на дальний поход в коридор. В этом возрасте он имеет непреодолимое желание знакомиться со всем новым и при этом еще не осознает (как и ваше дитя) опасности этого света. На первых порах он еще очень неуклюж, из-за неважного зрения и слабых ног проходимость у него пониженная, поэтому в возрасте до шести – восьми недель малыш просто не способен к долгим переходам. Волчата в это время никогда не удаляются далеко от норы. Играют, развивают ловкость, подвижность, координацию движений и устанавливают первые социальные контакты. При берлоге они в безопасности, поэтому они открыты всему миру и жадно впитывают все новое и интересное.
Самое время начать знакомить щенка с внешним миром с двух месяцев. Ранее не стоит: для его мозга еще достаточно информации в квартире или во дворе. Но и затягивать знакомство тоже плохо. В возрасте около трех месяцев кончается период «открытости», щенок становится недоверчивым и склонен боязливо реагировать на все новое и незнакомое. В этом возрасте он начинает осознавать опасности, поджидающие его за пределами родного дома, и в то же время чувствует свою неопытность, слабость и неспособность противостоять этим опасностям. Если до этого возраста он не привыкнет к обстановке улицы, не познакомится с чужими собаками, людьми, машинами, ему потом намного труднее осваиваться в постоянно меняющихся обстоятельствах. Если для двухмесячного щенка все люди на одно лицо, то старший щенок людей различает и вынужден привыкать к каждому новому человеку, к каждой новой чужой собаке, а это для малыша огромная психическая нагрузка.
