Шон задумался, потом медленно кивнул.
- А как же они живут? - спросил он.
- Им приходится делать выбор. Либо они отказываются от гражданства Первого, либо терпят. Видятся с детьми раз в двадцать дней. Как правило, люди соглашаются. В конце-концов, не в одних детях проблема. У всех есть родственники, друзья, у многих - даже супруги. И все равно - соглашаются.
- Да уж. Я как-то пока не думал об этом, - признался Уорд.
- Ну, ты же думал о своих родственниках, - Лей пронзил его неожиданно внимательным взглядом, и Шон придал лицу абсолютно непроницаемое выражение, послав такой ответный взгляд, что Лей закашлялся, а потом тихо рассмеялся:
- Уорд, ты сам случайно не в ЦРУ в реальности работаешь? Больно у тебя глаза странные, - сказал он, продолжая изучать его взглядом.
- Нет, в МИ-6, - фыркнул Шон.
Он почти ничего не рассказывал опекуну о себе в реальности, но и о Лее ничего не знал. Уорду было даже точно не известно, чем его опекун занимается здесь, в мирах. Агент службы безопасности - слишком расплывчатое понятие. Как узнал Шон, это может означать что угодно - от секретаря-регистратора до следователя по уголовным делам, от оперативного работника до помощников главы СБ, Яльсикара Бьякки.
- Может, все-таки скажешь, какая у тебя специализация? - Лей доел салат и отодвинул тарелку, - Подыскали бы тебе работу поинтереснее.
- Меня все устраивает пока, - Шон улыбнулся одними глазами, и Ситте махнул рукой:
- Как хочешь.
- Ну, хорошо, - Шон задумчиво повел в воздухе большим куском сырной пиццы, который намеревался положить себе в рот, - а как насчет браков? Получается, в реале одна жена, да еще дети, а тут другая?
- Ну, это уже личное дело каждого. Как относиться. Есть несколько разных теорий на эту тему, - Лей поднес к губам бокал вина. - Часть людей предпочитают считать, что это такой красивый сон. И поэтому моральные рамки отсутствуют. Другие полагают, что эта параллельная жизнь, не связанная с той, что в реальности. И действуют, исходя из этого. А третьи считают, что это и есть реальность, а та - только сон. Поэтому там они делают лишь то, что необходимо для поддержания здоровья и заработка, а здесь живут полной жизнью.
- А ты как считаешь? - с любопытством спросил Уорд.
- Я в целях сохранения психического здоровья стараюсь жить одной жизнью. Той, которая длиннее, - улыбнулся Лей. - Так что можешь смело отнести меня к третьей категории.
- Но ты ведь не женат.
- Да зачем мне это надо? - Рассмеялся агент. - Миры полны симпатичных девочек. И потом, какие мои годы...
- Какие? - Уорд с еще большим любопытством впился глазами в опекуна. Тот засмеялся:
- Ну, нет, Шон, ты первый.
- Так не честно. Я тебя спрашиваю о местном возрасте, а не реальном.
- Ну ладно, - сдался Лей. - Это не секрет. Мне двадцать пять местных лет.
Он помолчал, потом продолжил:
- Есть и еще один вариант.
- Какой? - не понял Шон.
- Совместить обе жизни, - медленно сказал Лей. - Жениться здесь, потом найти друг друга на Земле и пожениться там тоже. Некоторые так делают, хотя это трудно.
Уорд кивнул. Он понимал, о чем говорит Ситте. Одно дело - жить вместе в мирах, не зная культурных и языковых различий. Другое дело - обнаружить, что твоя жена на Земле, к примеру, не так уж прекрасна внешне, какой ты привык ее знать. Не говорит на твоем языке, не понимает твоих шуток. И может запросто не любить и не признавать твоей культуры, религии. Бытовые проблемы, опять же, появятся. Проще уж вовсе не знакомиться, а то вместо второй свадьбы захочешь получить развод.
- Вы полицейский? - спросила тоненьким голоском заплаканная девчушка. Шон обернулся со вздохом. Несмотря на то, что на работу и отдых отводилось ровно по десять часов, это время никогда не текло равномерно. Все, как на Земле. Скучные дежурства тянулись долго, а часы отдыха пролетали как один миг. Летя на службу, он невольно задумался о предложении Ситте. Может, и правда перейти в службу безопасности, чтобы не было так скучно? Для этого достаточно было сообщить, что в США он сотрудник ФБР и имеет опыт расследований уголовных дел. Но Шон хотел сначала получше узнать устройство миров, да и законы здесь были другими. А, кроме того, он всерьез задумался о том, чтобы сменить профессию. Почему бы и нет, если впереди - сотни лет жизни? Он успеет получить еще столько дополнительных образований, сколько захочет. Может, ему лучше стать юристом-теоретиком? Ведь когда-то он не собирался связывать свою жизнь с расследованиями серийных убийств.
Почитав некоторые своды законов семи миров, Уорд убедился, что они нуждаются в существенной доработке. По-видимому, профессиональных юристов, особенно тех, кто мог бы сформировать законодательство для целого мира, здесь было мало. Парламент как таковой отсутствовал. Система государственных органов была причудливой, с одной стороны, подразумевавшей вертикальное подчинение Ксеару, с другой - было и разветвление властей. В частности, читая новости и аналитические статьи, Шон убедился, что в епархию Бьякки Ксеар почти не лез. Слово Яльсикара было последним во всем, что касалось борьбы с преступностью и обеспечения порядка в Семи мирах. Он формировал руководство полиции, которая была отдельной структурой лишь формально - все равно все было замкнуто на Бьякку. Он же формировал концепции безопасности по всем мирам - начиная от количества полицейских, которые в каждый момент времени должны были находиться на улицах и заканчивая системами сигнализаций в каждом доме, правилами регистрации новичков и прочего.
Тем не менее, каждый житель миров, начиная от самых обычных постовых офицеров или официанток вплоть до высших чинов Ксеариата и повелителей подчинялся Ксеару. Сначала Шона это возмутило до глубины души. Он не был слепым фанатом демократии, понимая, что у этой формы управления есть свои недостатки, но разве кто-то на земле изобрел более справедливый способ государственного устройства? Абсолютная монархия ему претила. Мало ли что придет в голову одному человеку? Да, может, у него в один прекрасный день крыша съедет от ничем и никем не ограниченной власти?
Однако, поговорив об этом с Леем, Уорд немного остыл. Он осознал, что, во-первых, никто, кроме обитателей седьмого мира физически не может ничем здесь управлять, а, значит, свободные демократические выборы в принципе исключены. А во-вторых, напомнил ему Лей, никто ведь не обязан здесь жить. Не говоря уже о том, что при наличии достаточных сил и желания любой может создать свой мир, какой пожелает. Для этого надо покинуть семь миров и создать свою реальность, постепенно вовлекая в нее новых обитателей. Только это настолько трудоемкое дело, что пока еще никто из граждан семи миров на такое не отважился, предпочитая пользоваться благами уже созданного.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
