быть. Я — его обнаглевшая пациентка. Что он там не видел из того, что я пыталась прикрыть?
— Прости, я… твое полотенце взяла, — заикалась я.
— Я тебе принес твое. — Он обернулся от ванной с закатанными рукавами, стряхнул пальцы от воды и кивнул в сторону тумбы. — Рубашка моя и штаны с носками. Давай отогревайся и выходи.
— Спасибо, — смущенно смяла я край полотенца на груди, глядя на то, как он прошел мимо.
Дурацкая обида затопила по самые уши — у меня вообще не на что посмотреть что ли? Даже бровью не повел…
Я залезла в ванную, блаженно вздохнув. В душе все рвалось в клочья — что мне делать? Я жить хочу. Прежней жизнью, а не вот этой… Совсем уже дошла до крайней степени унижения — бегать за своим доктором и вынуждать его пускать меня в свою ванную! Ну кошмар!
Надо, наверное, извиняться и убираться из его дома. Но куда мне деваться, понятия не имела.
— Может, мы сделаем мне какую-то комнату у тебя в больнице с ошейником… или клеткой?.. — решительно заявила я, показавшись в гостиной. И тут же втянула голову в плечи — в уютной комнате с горящим камином вкусно пахло травяным чаем и выпечкой. От стола на меня обернулась незнакомая женщина. Она как раз расставляла тарелки, когда я ворвалась с революционным предложением.
— Мам, это Робин, — поднялся Джастис от камина. — Робин, это моя мама…
— Здравствуйте, — тихо пролепетала я, глупо хлопая глазами.
— Очень приятно, — улыбнулась она, — проходите, прошу. Чувствуйте себя, как дома, не буду вам мешать….
Я пришибленно прошла к предложенному стулу, стараясь не смотреть на Джастиса. Жаль, что его мать сразу же выскользнула из гостиной. Я так надеялась, что не придется объяснять свои слова доктору, потому что вся решительность иссякла, стоило встретиться с его взглядом.
— Выпей чаю, — опустился он на соседний стул. — Согрелась?
— Да, спасибо, — закивала я, послушно выполняя все его просьбы. — Прости… я не должна была втягивать тебя…
— А кого? — перебил он.
Наши взгляды встретились, и мне перехотелось строить из себя вообще кого бы то ни было. Ну что уж мне? Я в отчаянии, на грани того, чтобы покончить со всем разом… Разве есть мне дело до того, кто и что обо мне подумает?
— Я думала, что смогу… — начала я тихо. — Смогу сбежать. Думала, поселюсь в какой-нибудь деревеньке, сделаю себе клетку… Но тут появился ты. И я понимаю рядом с тобой, что ни черта не способна на побег. Я даже… — с губ сорвался смешок. — Я даже надавить посильней на педаль не смогла.
— Молодец, что не смогла, — спокойно отозвался он. — Робин… Я правда хочу тебе помочь. Мне нечего терять. Мне плевать, кто и чем мне угрожает — я никому не нужен. Ну, кроме матери… — Он бросил долгий взгляд на двери, за которыми она скрылась. — Но я не знаю как. — Его взгляд вернулся ко мне. — Пока не знаю.
— Значит, сделаем мне клетку?
— Нет, — отрицательно мотнул он головой. — Я буду спать с тобой.
Я взволновано сглотнула. В голове взорвалось много всего — вроде бы то, что я хотела? А где мы будем спать и как? Да что же он до меня будто снисходит? Я уговорила мужчину с собой спать?! Совсем уже хуже некуда! Добровольно со мной спать никто не хочет!
Выбор эмоций был настолько велик, что я даже не нашлась, какую выразить. Кроме одной. Самой тупой.
— Я не просила со мной спать.
— Ты сказала, что хочешь спать со мной, — прищурился он вроде бы раздраженно, но я видела — усмехается.
— В офисе! В кресле! — вскочила я.
— Нет, дорогая, — открыто улыбнулся он. — Я люблю спать дома. А не в офисе. Поэтому ты будешь спать со мной у меня дома.
— Не буду я с тобой спать дома!
— Робин, я тебя не в свою постель тащу. Хотел бы — нашел способ попроще…
— То есть, ты меня не хочешь, — совсем замкнуло меня.
— Ты — моя пациентка, — удивленно вздернул он бровь, усмехаясь все шире. — Я права не имею.
— Так мне еще не отказывали.
— Я не отказываю.
— А я не предлагаю! — Я зажмурилась, чувствуя себя полной дурой, и заметалась вдоль окна, едва не перевернув свой стул. — Прости… я… ты… ты как-то влияешь на меня, что я ерунду несу полную…
— Выпей еще чаю и успокойся, — улыбнулся он. — Я просто буду рядом. Понаблюдаю, сделаю выводы… Ты права, что приехала. Нам неделя осталась — лучше использовать время по максимуму.
— А если я обернусь?
— Даже хорошо, — огорошил он меня уверенностью.
И ноги подкосились.
— Хорошо? — переспросила я, опускаясь на стул.
— Да. Мне нужна эта твоя сторона — понаблюдать, может даже договориться…
Я впервые видела кого-то, кто говорил о появлении зверя не как о чем-то катастрофическом.
— Джастис, моя кошка превращает мою комнату в поле боя…
— Я давно хотел сделать ремонт. — И снова эта спокойная улыбка.
— А мама твоя?.. — растерянно выдохнула я.
— К подруге уехала. — Он еще немного посмотрел на меня, прежде чем продолжить. — Я справлюсь. А ты не должна боятся выпустить эту свою сторону. Просто позволь ей быть…
Во рту пересохло, и я поспешила сделать глоток чая, но тут же вернула взгляд на Джастиса. Новый виток эмоций сбил меня с толку окончательно — я верила ему. Каждому слову. А еще восхищалась его уверенностью и спокойствием, с которыми он готов был встретиться с моим зверем.
— А если не справишься… — все же закралось неверие.
— У меня есть успокоительное, — пожал он плечами. — На крайний случай. Но вряд ли оно понадобится. Съешь булочку.
С губ сорвался смешок:
— Ты просто… нечто!
