— Практически да. Но за ним присматривают. — Гамиш выглядел так, будто мог рассказать и больше. Только вместо этого он мельком взглянул на Крисси и плотно сжал губы.
Они проехали ярко освещенный домик привратника. Холл оказался построенным из серого камня зданием, имеющим асимметричные формы. Это было все, что она смогла различить в кромешной темноте при неровном свете фар.
Гамиш взял ее чемоданы, и Крисси с трудом выбралась из машины. Она взяла Рози на руки, стараясь не разбудить ее. Парадная дверь не была заперта.
— Электричество, должно быть, все еще выключено, — пробормотал Гамиш, нащупав рукой выключатель.
— Вы шутите, — вздохнула Крисси.
Гамиш вышел, но было слышно, как он с грохотом прошел мимо буфета. Он вернулся, неся в руках фонарик, и показал ей огромную мрачную кухню.
— В холодильнике должна быть какая-то еда… Я оставлю вас, — сказал он и ушел. Крисси опустилась на стул с Рози на руках. Ей хотелось обхватить голову руками и заплакать. Без тепла, без света…
«Ну а чего же ты ожидала, Крисси?» — спросила она себя. — «Ты не гость, ожидающий приема, как в отеле. Ты экономка».
Она осторожно положила Рози в старое прогнувшееся кресло, прикрыла ее своим пальто и стала молить Бога о том, чтобы девочка не проснулась, пока она не разыщет кровать для них обеих. Взбираясь по ступенькам, Крисси поняла, что ничего более жуткого в жизни не испытывала. От света фонарика на стенах появлялись прыгающие тени. Освещая комнату за комнатой, она обнаружила три абсолютно новые ванные комнаты, но, как ни странно, во всем доме оказалась всего лишь одна меблированная спальня.
Ее не удивило и то, что в ближайшей ванной комнате не было горячей воды. Умывшись холодной, Крисси решила перенести в спальню Рози. Рози свернулась калачиком под одеялом, Крисси погасила фонарик и нырнула в холодную постель. Она мгновенно заснула, утомленная дорогой и всеми происшествиями недели.
Но вдруг ей начал сниться сон. Он не был похож на все, что ей снилось раньше. На какое-то мгновение ей даже показалось, что все происходит наяву. Если совсем недавно ей было холодно, то теперь ей стало жарко от этой фантазии.
Нет, это не она, едва прикрытая тончайшим батистом ночной сорочки, вздрогнула от прикосновения мужских рук, медленно странствующих по ее телу. Это не она начала извиваться и стонать, когда ищущие пальцы едва коснулись ее сосков, которые стали вдруг до боли чувствительными. И конечно же, не она страстно притянула этого мужчину к себе в полнейшей темноте и впилась с всепоглощающей страстью, даже назойливостью, в его рот.
Волна возбуждения, нахлынувшая на нее, была слишком неправдоподобна. Крисси вся горела и готова была вот-вот взорваться, и ее мысли были заняты лишь этим надвигающимся неминуемым взрывом. И потом где-то в темноте раздался едва различимый звук, тихий шепот, как будто Рози бормотала что-то во сне. Этот звук был настолько знаком, что Крисси внезапно открыла глаза и только потом поняла, что проснулась.
О Господи, откуда же ей было знать, что она лежит, придавленная сильным мужским телом. Она резко дернула головой и наконец-то высвободила рот.
— Отпустите меня! — воскликнула она, пытаясь прийти в себя.
Две вещи случились почти одновременно. Она оказалась свободной, и раздался мужской голос, произносящий ругательства. Никогда еще пробуждение не было для нее столь ужасающим, Интуиция подсказывала ей, кто воспользовался ее беспомощностью.
Зажглась лампа и осветила комнату. Резко сев на кровати и прикрыв руками свое полуобнаженное тело, Крисси испуганно уставилась на мужчину, стоящего перед ней.
— Какого черта ты делаешь в моей постели? — стиснув зубы, прорычал Блэйз.
3
Крисси посмотрела на него расширенными от ужаса глазами.
— Вам не кажется, что следовало бы надеть на себя что-нибудь?
— Я требую объяснений! — раздраженно воскликнул Блэйз.
Можно подумать, что он один имел причины для недовольства.
Мысленно она все еще видела его. Высокий, мужественный, совершенно обнаженный. Крисси чувствовала смущение и замешательство, но будто парализованная, не могла оторвать от него взгляда. Что он делает в этом доме? Что он делает в той же постели, что и она? Что, в конце концов, она позволила ему сделать с собой?
— Ты уйдешь отсюда?! — прошипела Крисси и увидела, как он натягивает на себя джинсы.
— Это моя комната! — громко прорычал он в ответ.
— Ты можешь разбудить Рози… — Крисси была в ужасе.
— Рози? — Ошарашенный, он подошел к ее половине кровати, с недоверием глядя на очертания маленького комочка, свернувшегося под одеялом. Только взъерошенный пух волос виднелся на подушке. — Она тоже здесь? Мы могли… Она могла увидеть… Проклятье!
Без предупреждения он схватил в охапку Крисси, сидевшую на кровати, и, дойдя до двери, поставил ее на пол. Затем с излишней осторожностью, которая при любых других обстоятельствах показалась бы просто смешной, закрыл дверь. Он мог бы и не суетиться так: Рози спала как убитая.
— Мы обсудим это внизу, — тихо сказал Блэйз с едва скрываемой яростью.
— Я бы хотела узнать, что ты здесь делаешь, — вызывающе сказала ему Крисси, стоя перед ним босая и дрожащая от холода.
— Внизу, — твердо повторил он. Его тон не терпел никаких возражений. — И лучше, если ты приведешь веские аргументы…
Игнорируя его слова, Крисси скрылась за дверью спальни. Она подошла к своему раскрытому чемодану, достала, оттуда не по размеру большой свитер и торопливо надела его.
— Если ты разбудишь малышку, я за себя не отвечаю! — Блэйз стоял в дверях с видом мстящего ангела.
— Когда она действительно устала, ее может разбудить только землетрясение, — пробормотала Крисси.
— И я, судя по всему, должен быть благодарен за это? — С этими словами он вышел из комнаты.
— Ну… по крайней мере, это больше, чем то, за что я должна быть благодарна, — с опаской, чуть слышно сказала Крисси. — Как ты посмел прикоснуться ко мне?
— Черт возьми, — негодовал он, спускаясь по лестнице. — Я не знал, что это была ты!
Он вошел в кухню и всюду включил свет.
— Я думала, электричества нет, — слова эти явно были неуместны.
— Выключено! Рабочие забыли включить его снова. — Блэйз опустился на стул и уставился своими синими, как сапфиры, глазами на ее хрупкую фигурку. — Что ты делала в моей постели?
— Но это единственная постель в доме, — стала оправдываться Крисси, удивляясь, почему он заставил ее почувствовать себя виноватой.
— Мебель должны были доставить со склада сегодня днем. — Во время долгой паузы он внимательно изучал ее, и было что-то новое, что-то волнующее в этом откровенном взгляде. — Не знаю, во сколько я приехал. Я включил свет, поднялся наверх и в темноте забрался в постель. Я не хотел разбудить тебя и ребенка, создав много шума…
