Но вскоре даже и повязки, которыми она каждое утро туго перевязывала грудь, не скроют форм ее взрослеющего тела. Тогда даже Язон поймет, кто она.
О боги, Дамосу нужно было рассказать все с самого начала. Ложь с каждым днем все росла, становилась более неприступной, казалось, что уже нет способа покончить с ней. Язон не просто разгневается, узнав, что Ика девушка, — он решит, что его предали.
Каждый раз как Дамос хотел сбросить с души этот камень, он видел перед собой Ику, видел, с каким воодушевлением она ждет предстоящих игр и как страстно готовится к ним. Несомненно, чистая совесть — это хорошо, но может ли он лишить ребенка единственного шанса стать героем?
Дамос покачал головой. Нет, он не мог решиться на серьезный разговор с Язоном. Правда подождет. В конце концов что может измениться за несколько дней?
Царевна Дафна отдавала приказания слугам.
— Ты отгони этих мух. А ты мог бы и побыстрее махать веером. Неужели нельзя сделать больше тени под этим навесом? Мое кресло почти расплавилось от проклятой жары. О, Зевс, двигайтесь поживее, или я прикажу казнить вас всех.
Обычно ей нравилось наблюдать, как суетятся вокруг нее слуги, но сейчас Дафна была слишком расстроена: даже ее собственный отец не обращал внимания на ее капризы. Царь Геркон стоял немного в стороне, начальник стражи тоже забыл про нее. Их внимание было приковано к воинам, демонстрирующим свое искусство.
Как можно любоваться всей этой военной ерундой? Бесчувственные мужланы, неужели они не видят, что «Прекрасный цветок Мессалоны» устал от жары и поднятой вокруг пыли?
— Эй, раб, принеси мне вина! — приказала она. — А ты что смотришь? Не видишь, мне нужны подушки для стула и веер! Пошевеливайся, и сбегай в…
Протянув руку по направлению к дворцу, она задела сосуд с вином. Холодная жидкость выплеснулась прямо на дорогое шелковое платье.
— Неуклюжая скотина! — крикнула избалованная до предела Дафна и хлестко ударила рабыню по щеке.
При этом звуке Язон неожиданно обернулся, он казался немного удивленным и словно чувствующим свою вину перед ней.
Реакция ее отца была более любезной.
— Дорогой мой ягненочек, — проворковал он, — что случилось? Что мы можем сделать?
Дафна, хлопнув в ладоши, прогнала слуг, суетливо счищавших пятно.
— Уже поздно, — сказала она, — как видно, вы больше внимания обращаете на вашу дурацкую армию, а не на меня.
— Неправда, — ответил Геркон и взял ее за руку. — Это же моя обязанность. Очень важно, чтобы мы вместе проводили смотр армии.
— А зачем тогда наш начальник стражи? — спросила она, отодвигая руку. — Он же здесь как раз для этого.
Кивнув Язону, она с удовольствием заметила, что и он хочет присоединиться к ней. Он так красив, такой высокий и гордый, и, должно быть, с ним приятно будет в постели.
Подумав о нем как о супруге, Дафна впервые за день улыбнулась. Она надеялась, что Язон будет заботиться о ее спокойствии и нуждах больше, нежели отец.
О, как она мечтала о нем! Позволяя своему взгляду скользить по его стройной фигуре, по его сильной груди, Дафна думала, что он очень красив и достоин ее. Его рост и сила дополняли ее хрупкость и изящество, и она считала, что он единственный, кто ей подходит. Он был подарком богов, этот Язон, предназначенный исключительно для ее удовольствия.
— Да, действительно, я здесь по долгу службы, — сказал Язон глубоким и мягким голосом, подходя к ним. — Но царь желает, чтобы вы были более самостоятельны, случись что с ним или со мной. Афинам сейчас приходится плохо, так что скоро и Мессалона может стать жертвой минойцев.
По мнению Дафны, Язон преувеличивал опасность со стороны Миноса.
— Тем больше оснований наконец-то назвать кого-либо моим супругом, — обратилась она к отцу. — Но нет, вы даже не позволите своей единственной дочери взглянуть на избранника, пока ей не исполнится шестнадцать лет.
Дафна подняла глаза вверх, своим видом показывая, что начальник охраны как раз подходит на роль избранника, но, к ее огромному сожалению, Язон опять отвлекся.
— Я часто размышляю над этим, — побагровевшее лицо Геркона и его хриплый голос свидетельствовали, что и он не так уж рад находиться на солнце. — Нелегко сделать достойный выбор. Каждый раз, когда я почти решаюсь на что-либо, Ремиридон увеличивает цену.
Ремиридон был толстым неотесанным мужланом; почти сплошь заросший волосами, он напоминал собою дикого кабана. Дафне казалось неважным, что он обладает состоянием большим, нежели царская казна, что свадебный выкуп с лихвой бы покрыл все долги. Важно было то — и она часто повторяла это своему отцу, — что руки у купца холодные и липкие и что он смотрит на нее, как на аппетитный кусок мяса перед обедом.
Язон разделял ее антипатии, и она надеялась, что он выразит протест. Но он продолжал внимательно наблюдать за происходящим на поле и не интересовался их разговором.
— Есть и другие поклонники, — сказала Дафна, надеясь этим привлечь внимание Язона.
— Мне сказали, что Минос может предложит нам одного из его сыновей, — самодовольно улыбнулся Геркон. — Не так уж и плохо быть отцом критской царицы.
На какое-то мгновение тщеславная Дафна позабыла о Язоне. Она никогда не видела Миноса, но кто же слышал о Кносском дворце, утопающем в роскоши? Ее отец в чем-то прав. У миносской царицы, должно быть, действительно великолепная жизнь.
Дафна представила, как сидит на троне и подает руку не какому-нибудь темнокожему торговцу, а царевичу или даже самому великому Миносу. Вместо того, чтобы править ничтожной Мессалоной, она властвовала бы почти над всем Эгейским морем.
Эта картина пробудила в Дафне приятное чувство.
— Начинается учебный бой, — неожиданно сказал Язон, вернув ее к реальности.
— Посмотрите туда, это Ика, — Язон восхищенно указал на поле. — Он собирается показать свое мастерство в поединке.
Это только разозлило Дафну. Что такого интересного Язон нашел в этом мальчишке? Как может нравиться сухощавая детская фигура, преследующая его как тень? Язон должен любоваться только ею.
Дафна решила отвлечь его внимание. Язон принадлежит ей, и она не позволит ему смотреть на других; она с удовольствием отправила бы Ику в царство Аида.
Язон удивленно наблюдал за своим любимцем.
— Шаг вправо, — тихо отдал он приказ. — Теперь рывок!
Ика, словно услышав его слова, безошибочно отклонилась в сторону от копья Газы. Язон рискнул бросить взгляд на Геркона; он заметил, что царь следит с интересом. Сердце Язона забилось сильнее.
Но тут Ика, посмотрев вверх в поисках одобрения, ослабила внимание, споткнулась о ноги Газы и упала на землю. Язон шагнул вперед, неосознанно желая помочь ей, но смех царя остановил его.
